Следы у трона - Алексей Иванович Гришин

Шутник. Однако возникла пауза. Успокоиться. Хоть немного! И думать, черт побери. Думать!

Умник и впрямь не дурак, сообразил, что лишняя информация вредна для здоровья. Что может сделать? Самое простое – убить. Мол, сдох бедолага под жуткими пытками, как говорил великий Карлсон – ерунда, дело житейское. Но это если только уверен в своей команде. А они – точно команда, слаженная, сработавшаяся.

Нет, не годится. Маг еще может устоять против того же заклятья правды, а он сам? А палач? То-то же.

Остается доклад руководству и переложение ответственности на его могучие плечи. А руководство – тоже люди, со своими недостатками, они тоже жить хотят. И что остается?

Одно. Пригласить сюда, в жуткую и вонючую камеру того, кто уверен в собственной непотопляемости. Значит, ждем высокого гостя. Извините за минимализм в одежде и неподобающий парфюм.

Глава 27

Однако зябко. С камином было жарко, теперь холодает. Не иначе кто-то когда-то озаботился вентиляцией в этом узилище.

Да нет, реально холодно! Идиоты, заморозить решили? Чтобы ни самим ничего не узнать, ни другим не сболтнуть?

Сколько уже прошло времени? Хрен знает. Попробовал пошевелиться – бесполезно. Умеют работать, гады.

Шаги в коридоре? Наконец-то. Тот или иной конец, но он близок. Итак…

Дверь открылась, свет факела, кто-то вошел. Лица не видно, оно прикрыто чем-то вроде шарфа. Это радует, от покойников лица не прячут.

Вошедший достал что-то из кармана, положил прямо на пол. Амулет! Ого, не слабый, однако. Собраться, начинается главное.

Амулет засветился магическим светом, снова возник конструкт заклятья правды, снова уперся в лоб желтый луч. Итак?

– Как давно вы стали моряком? – Вопрос задан на галлийском, но с грубейшим акцентом.

– Одиннадцать лет назад. – Легенда продумана, все возможные вопросы учтены. Кажется.

– Почему не меняли веру?

Да, на голом мужчине это сразу видно.

– Не было нужды, никто из капитанов этого не требовал.

Так и есть, пиратов вера подельников не интересует, только добыча.

– Вас использовали мужчины как женщину?

Ловок, сволочь. По доброй воле в этом никто и никогда не признается, однако на кораблях редко кому из юношей удается избежать позорной участи. Если нет влиятельных покровителей, разумеется. А в легенде такого покровителя нет.

– Да.

– Кто и как часто?

Сволочь!

– Мой первый капитан шебеки «Пиявка», Реис. Как часто – не помню, не считал.

Проверите? Таких пиявок и Реисов во всех портах полно. Ищите, если успеете. И если Линч не подведет. Пора бы уже ему появиться.

– Где учились штурманскому делу?

– У того же Реиса. Зря что ли я ему прислуживал? – Ого, а заикание-то ушло. Что радует.

– Вы за столько лет не выучили язык Магриба и империи. Почему? Глупы?

Самый опасный вопрос.

– Реис говорил со мной на галльском, с остальными я не общался. Вообще редко выходил из его каюты. Но язык я знать. – Он перешел на магрибский. – Уметь говорить, и писать.

Действительно, больше года учил, по четыре часа в день. Зря, что ли? По приказу самого короля, между прочим. Но об этом – молчок.

– Как оказались в море?

– Был похищен во время налета, – вновь перешел на галлийский.

Обычная история. Сколько таких европейских мальчишек продано на рабских рынках.

Но посетитель, кажется, доволен. Во всяком случае, перешел к делу.

– На что ваш капитан рассчитывает? Почему уверен в успехе налета?

А вот этот вопрос главный. Ради него и была задумана вся авантюра.

– Первого июля в Мадриде состоится обручение галлийского короля и кастильской принцессы. Линч узнал, что короля будут сопровождать все галлийские фрегаты и галеоны, базирующиеся в Средиземном море. То есть Монпелье, как и Безье, останутся без флотского прикрытия. А гарнизон Монпелье ни за что и никогда не придет на выручку замку – там у них непреодолимые противоречия, в своего Спасителя верят слишком по-разному.

– Откуда Линч знает про королевский конвой?

А ты не обнаглел, мужик? Чтобы капитан со штурманом такой информацией делился?

– Этого я не знаю. Линч лишь сказал, что добыча будет богатая. Кстати, отозваны из портов приписки будут все тяжелые корабли Галлии.

Вот тебе крючок. Ну, сам заглотишь, или подсекать придется?

– Откуда в провинциальном замке богатство? Там что, королевская казна хранится? Не врешь? Уверен?

Сам клюнул! И это радует. Получай!

– Уверен. Я подслушал разговор Линча с его квартирмейстером. Год назад в устье реки Орб бросили якорь три корабля под галлийским флагом. Двое моряков с тех кораблей потом попали на корабль Линча и рассказали, что это были пираты, захватившие на Карибах огромный куш. Какой точно, Линч не знает, но шлюпки два дня безостановочно возили в замок сундуки с золотом. Пока в Монпелье базируются тяжелые корабли галлийцев, о захвате замка нечего было думать. Зато сейчас…

Ну как, попался? Дыхание участилось, потираешь руки, даже не замечая этого. Отлично, теперь не соскочишь. Еще вопросы будут?

– В Монпелье Линч взял двоих пассажиров. Зачем? Кто такие?

Черт, шпион оказался проворнее, чем мы рассчитывали. Молчать нельзя, а что соврать? Если только… да, пожалуй.

– Какие-то шишки из охраны замка, должны помочь в его захвате. Точнее не знаю, Линч их бережет от команды, как зеницу ока.

И впрямь бережет, а зачем – пойди, проверь.

Но где же этот Линч? Как бы тем временем в мудрую голову неизвестного собеседника глупые мысли о пытках не полезли. На всякий случай, для верности.

Топот в коридоре! Успел? Началось?

Деликатный стук в дверь. Тюремную. Никто там пыточную с королевской спальней не перепутал?

Но собеседник идет открывать. Лично и важно, как король в сортир.

Вроде там давешний главнюк стоит, что-то шепчет. Так. Выходят оба, даже амулет забыли. Очень интересно. Точно Линч пожаловал. Испортить им амулет, что ли? Так, из вредности. Не, не стоит. Стоп! Не расслабляться, хрен знает, до чего эти деятели сейчас додумаются. Убить не должны, но все же…

Опять шаги. Входит палач. Мамочка… нет, всего лишь одевает. И впрямь заботливо, как мать родная любимого сыночка. Уходит.

Теперь – маг. Отключает амулет, убирает в карман. Развел руки, создал конструкт. Какой? Ну-ка, ну-ка… ба, да все знакомое, можно сказать, родное. Заклятье забвения. Ну-ну, что там забыть требуется? Все, что было в этой комнате? Да с дорогой душой!

Все, забыл. Теперь ведите меня к свободе! К свету! Темница рухнет, и свобода нас примет радостно у входа! И братья меч нам отдадут! Не рухнет, не отдадут? Ну и плевать, главное, что примет, и живым!

Железная дверь