Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

под него ссуду. А поправить положение другим способом — старовата ты для этого. Здесь выходят замуж минимум в четырнадцать, до двенадцатилетних, как в нашем средневековье, еще не дошло. Но если тебе уже под три десятка, и ты старая дева — по местным меркам уже бабуля — то этот вариант отпадает.

«Отчаяние. Боль. Скорбь», — транслировал мне Друг. — «Умереть. Желание».

Вот только суицидников не хватало! Обычно этим кончают люди с истерическим типом личности, но здесь я его не видел. Хладнокровие обреченного, смирившегося со своей судьбой — вот это скорее да. Но тут тебе предлагают прекрасный выход, почему нет?

— Тогда предлагаю вам принять вассалитет. Клан Осгенвей может помочь вам всем, чем можно, от вас потребуется только вассальная клятва, миледи. И тогда вы получаете все, что необходимо, для восстановления и развития. Не только ссуды, но и рабочие руки и ресурсы нашего клана.

— Чем это лучше продажи земли? — горько усмехнулась она.

— Тем, что номинально вы остаетесь ее владелицей, и всегда можете выкупить ее обратно.

— Вы настолько щедры, Ваша Светлость? — хотя ее так и тянуло сказать «глупы» вместо «щедры».

— Я никогда не пользуюсь стесненными обстоятельствами других, чтобы приставить им нож к горлу, — заявил отец. — Вы меня не знаете лично, но наверняка слышали обо мне.

— Да, я наслышана. Но опять же могу сказать только одно — нет.

Ну и дура, подумал я. Хотя здесь скорее всего замешано что-то еще. Проще дать ей действительно осуществить задуманное, тогда выморочные земли отойдут в казну, а оставшийся недееспособный дедуля не сможет ничему помешать. Ну или помогут ему отправиться вслед за внучкой. Устала тетка бороться? Или сил уже нет на сопротивление? Вот только кому?

— Я хочу, чтобы вы обдумали мое предложение. Если вы его примете…

— А что, если не приму? — с вызовом спросила она. — Пришлете дружину?

— Зачем же так? — с укором сказал отец. — Я просто займусь тем же, что и делал в отношении клана Иссон. То есть ничего. Предложение я сделал, принимать или нет — дело ваше. Никаких действий, тем более враждебных, с моей стороны не будет. Даю слово герцога.

— Положусь на ваше слово, Ваша Светлость. А теперь прошу меня простить, я что-то чувствую себя нездоровой.

«Зло! Внутри!» — собакин вскочил на лапы. Я почувствовал что-то такое, словно небольшая тень промелькнула в воздухе.

— В таком случае, миледи, разрешите откланяться! — отец встал и вновь отвесил традиционный рыцарский поклон.

Триди нас проводила до дверей, мы вскочили в седла и поехали обратно. Но до леса мы не доехали.

— Подождите! — вдруг сказала Иль и спрыгнула с коня.

Она прошлась по засохшему полю, наклонилась, подобрала комок земли и растерла его в пальцах. Прошлась шагов двадцать, потом вернулась и ни слова не говоря опять вспрыгнула в седло.

Отец поднял бровь в изумлении, но ничего не сказал до тех пор, пока мы не углубились в лес достаточно далеко.

— Ну, что нашла? — отец остановил коня.

— Хоть я и пока средний маг жизни, — закокетничала сестрица, — но могу сказать, что их недород — искусственный. Тут поработал кто-то из черных магов.

— Ты уверена?

— Настолько, что могу утверждать.

— И зачем им это?

Зачем, зачем… Стандартный способ отжима. Сначала разоряем бизнес, потом убиваем владельца, договариваемся с наследниками — а в данном случае им является полоумный старик — и забираем все себе за бесценок.

— Затем, что кто-то положил глаз на этот участок, — сказал я. — Кто-то, кому надо его получить, доведя несчастную наследницу до самоубийства. Потом припугнуть дедка, и заполучить весь манор целиком за гроши. Земля-то здесь хорошая, от твоих угодий не отличается, почему нет?

— С чего ты решил, что она собралась свести счеты с жизнью?

— Друг сказал, — я погладил зажмурившегося от удовольствия собакина. — Он как-то мысли может читать. Это я на всякий случай говорю, если вы решите зажать ему сахарную косточку.

Друг открыл один глаз и с укором посмотрел на отца.

— И что сейчас?

— Сейчас? Надо выяснить, кто доводит тетку, чтобы она наложила себе в руки. Причем, сделает она это не сегодня-завтра. А заодно того, кто будет жизнь в старикашке поддерживать до тех пор, пока он не подпишет бумаги. И обязательно, ведь если они все разом помрут, то земля станет выморочной. Хотя тут уже речь идет больше о некромантии.

Я вспомнил одного такого президента, которого, похоже, вело стадо госдеповских некромантов. Подняли из гроба, наширяли зельями, засунули кулак в жопу как кукле — марионетке и вывели под телесуфлер. Типа пресс-конференция ходячих мертвецов для свободного мира.

— Прислать сюда Ария?

— А смысл? Какую Скверну он может тут искоренить? Если еще живая наследница против? Ну искоренит, и что? Тетка все равно покончит с собой, не пройдет и месяца. Даже если засунуть ее в скорбный дом и королевским указом объявить недееспособной — бароны, все-таки, тоже прямые вассалы короля — то на то и меняется. Наследник устранен, дедок подписывает бумаги, не приходя в сознание. А потом если кто-то предъявит свои притязания, начнутся королевские суды, будут качать святые права аристократов на землю и все остальное почее. Тем более, боюсь, нет времени, чтобы вызывать Ария. Я думаю, все свершится ночью или к утру, поскольку мы ее подтолкнули к быстрому принятию решения. И потом, есть второй вариант, на случай, если не пройдет первый. Задерживаем ее с шумом и помпой, типа спасли наследницу от смерти и эвакуировали в замок. И начинаем смотреть. Кто громче всех завопит — тот и заказчик всего этого безобразия.

— Что ты предлагаешь?

— Предлагаю? Совсем немного. Я прослежу, чтобы до утра с ней ничего не случилось, заодно и попытаюсь что-нибудь разузнать.

— Ты? — насмешливо спросила Ильга. — Тут нужен маг или Искореняющий.

— Базовая подготовка у меня есть, сама видела. А остальное — кто там насчет железа говорил?

— Ты справишься? — спросил отец.

— Мы справимся! — я достал Друга из седельной сумки и спустил на землю.

«Жрать!», — транслировал мне пес, чтобы я не забыл. Вот ведь вечно пустой желудок постоянно растущего организма, одни мысли на уме!

— Да, кстати, с вас еда, — сказал я. — Что я говорил про чтение мыслей?

— Ну у нас с собой особо-то ничего и нет, мы на долгую поездку не рассчитывали, — сказала Ильга. — Только пара кусков хлеба и мяса, пошарь у себя в седельной сумке. Кухарка всем сделала на всякий случай.

— Пойдет, — сказал я.

— И вот тебе еще пара артефактов, — порылась в седельной сумке сестра. На изгнание, на защиту и на лечение. И гномская антимагическая цепочка.

— У тебя всегда с