Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

Глава 22

— Найди Иль и приведи сюда. Понял?

«Да».

Ну хоть тот случай, когда односложный ответ пойдет. А то общение с псом напоминало работу с обратной бесскобочной логикой пополам с мастером Йодой. Ну что поделать, у него своя манера общения, к которой я уже привык.

Пес выскочил в оставленный от выбитой двери проем, и побежал к обговоренной вчера точке рандеву, только лапы сверкали.

Ночь прошла спокойно. Ведьма была качественно упакована и для гарантии примотана к потолочному столбу, откуда и могла только вращать глазами и время от времени мычать сквозь кляп. А Триди порассказала мне, как в тысяче и одной ночи. Только я не заставлял ее прекращать дозволенные речи, как падишах в сказке.

Все началось весной, когда сошли снега и земля была уже готова. К ней приехали две жещины, и потребовали продать манор, весь целиком — от усадьбы и до земли, которой Иссоны владели с давних пор. Ну естественно, Триди послала их подальше, как и положено. И вот тут началось. Сначала не взошло зерно, ни один росток. Потом в двух селах начался падеж немногочисленного, уцелевшего от недокорма скота. Сгорели амбары с зерном, которое Триди хотела продать, чтобы хоть как-то свести концы с концами — жили-то они бедно, совсем не как благородные. Да и что может одна женщина, пусть и наследница, сделать? Только помогать работать в поле — она показала мне стертые в кровь руки с набитыми мозолями. Тут уже и замаячил призрак голодной смерти. А визитерши продолжали появляться. И после каждого визита становилось хуже и хуже.

— Почему не обратились к властям? — спросил я.

— К кому? Мы — прямые вассалы короля.

— Ну так и навестили бы его в Сенаре.

— Как вы это представляете? — грустно усмехнулась она. — Чтобы попасть к королю, надо заплатить большую пошлину, и не одну. В смысле, не только официальную, но и тем людям, которые имеют к нему доступ, и могут продвинуть просителя. И даже с пошлиной задвинут в конец очереди. А просителей у короля немало. И принимает он их очень редко, когда ему вздумается. Для того, чтобы быть принятым королем, надо переехать в Сенар, найти там жилье и средства на жизнь в столице. У нас столько денег не было, даже и в помине.

— А к Искореняющим? Тут же явная Скверна.

— Ну приехали бы они, осмотрелись тут, подтвердили, что есть Скверна, а дальше? Вы думаете, стали бы они ее искать?

— Я думаю, да.

— А я — нет. И то, доказательств нет никаких. Ну навел кто-то порчу на поля и скот, и с концами. До сегодняшнего дня я даже не знала, кому должна это продать, да так бы и не узнала. Женщин тех я не знала, но поняла, что это ведьмы — по тем оберегам, что были на них.

— Вы не владеете магией? — удивленно спросил я.

— Увы, нет. В нашем роде это угасло.

Вот те раз… А, ну да. Мне уже об этом говорили. Но чтобы лендлорд не владел зачатками магии… Даже отец, и тот может чуть-чуть.

— В общем, жить нам оставалось недолго, и либо умереть от голода, либо покончить со всем разом…

— Ну что же, и так ясно, что вас настойчиво подталкивали именно к этому развитию событий. И вы отчаялись.

— Да.

— Но все равно не продали манор.

— Меня как-то с детства приучили к мысли, что та земля, на которой я родилась — главнее жизни и всего.

— Ну, не буду критиковать ваши убеждения… Но сейчас, я думаю, вы сможете их пересмотреть. И после сегодняшнего вечера — точно.

— Во всяком случае, я над этим подумаю, — сказал она.

Мы проговорили с ней всю ночь напролет, чтобы не заснуть — мне необходимо было не сводить глаз с пленницы. У которой, впрочем, тоже была бессонница, вероятно от бешенства — как же, мало того, что она не выполнила свою миссию, так еще поймали, связали и изувечили! Пусть споет песенку «Ну где же ваши ручки», может полегчает.

Сейчас Триди ушла наверх, обслуживать деда. Ну пусть хоть отвлечется, все-таки она себя здесь чувствовала неуютно рядом со своей неудавшейся убийцей. При взгляде на ту ее охватывала крупная дрожь.

Ну а через полчаса с улицы раздался стук копыт, возглас «Тпру!», и в комнату влетела Иль, а за ней пес.

— Что слу… — она осеклась, глянув на примотанное к столбу тело.

— Вот она и случилась. Решила купить манор по сниженной цене. Вот купон на скидку, — я протянул ей предсмертную записку, не объяснив, что я имел в виду.

Ильга пробежала глазами записку, нехорошо ухмыльнулась и, повернувшись к пленнице, сделала пару пассов. Ту аж начало корежить, аура засветилась черными и красными пятнами, а в середине груди словно скопище черных червей зашевелился гвор.

— Ведьма. Черная, — констатировала Иль. — Сильная. Удивлена, что ты с ней справился.

— Сам удивлен. Повезло, наверное, — пожал плечами я.

— Ну да, вероятно. Что планируешь делать?

— Скачи в замок. Пусть пришлют сюда подводу или гужевых лошадей, надо вывезти Триди с дедом отсюда. И трофей тоже, — я мотнул головой. — По самому короткому пути. И пусть пошлют гонца за Арием. Это как раз самое что ни на есть его обязанность возиться с такими кадрами. И еще несколько дружинников на охрану манора с приказом стрелять на поражение в тех, кого увидят.

— Ну ты раскомандовался, братец! Хорошо, амулетов я им насыплю полные карманы, — кивнула Ильга. — Особенно когда знаю, с кем имею дело. Жди здесь, скоро буду!

И Иль скрылась за дверью, а скоро послышался и удаляющийся топот копыт. Выполнит, куда денется. Хорошо, что хоть выполняет в серьезной ситуации все как надо, без пререканий.

— Кто это был? — спросила спускающаяся по лестнице Триди.

— Посыльный. От меня в замок. Сестра, в смысле.

— Поехала за подмогой?

— И не только. Дедуля переживет дорогу до нашего замка?

— До вашего? А меня спросить не пробовали?

Вот же упертая тетка, с таким характером только бесить всех.

— Вы хотели покончить жизнь? У вас есть хороший шанс. Просто замечательный. И заодно вашего любимого дедушку, он тоже приговорен. Нет? Тогда успокойтесь и ждите. Скоро здесь будет много народу, всякого. Который вообще-то приедет вас спасать. Ну или пока можете заняться приготовлениями к путешествию на тот свет. Минимум час у вас есть, — я завелся и хамил Триди напропалую.

Не надо меня бесить и пытаться перечить. И лучше сразу осадить, чтобы знала свое место.

Триди скорчила рожу и ушла наверх.

— Ну что,