Рывок в прошлое - Алексей Викторович Вязовский

– А я слышал, что от исковерканной фразы «oll korrect», что означало «all correct» – все правильно.

– Ой, он сдается! – Синтия махнула рукой в сторону октагона.

Гилли и правда, попав на удушающий двумя предплечьями – одно под шеей, другое над, – застучал по канвасу. Победил Грейси. Впрочем, как и ожидалось.

Пока объявляли победителя, готовили все к следующему бою, я успокаивал каратиста.

– Поднабраться в приемах борьбы, и следующий чемпионат твой!

– Будет и следующий?

– А как же! Видишь, какой ажиотаж? – Я махнул рукой в сторону зала. – Яблоку упасть некуда. Зрелище для народа получается отличным, еще и по миру поездишь.

– Это зачем?

– Как зачем? Открывать федерации MMA в других странах. Я тебе даже насчет Союза договорюсь!

– Back in USSR! – пропел из «Битлов» Гилли, рассмеялся. – Я согласен. Если только твое КГБ не будет меня вербовать в медовой ловушке!

– Да кому ты нужен, – отмахнулся я беззаботно. А внутри все сжалось. Коллеги вполне могли подвести какую-нибудь юницу в короткой юбке. Так сказать, «на будущее».

* * *

Перед полуфиналами мы дали бойцам отдохнуть, вскипятили чай, поставили на стол фрукты.

– Берите бананы, – поучал я троицу участников, что прошли дальше. – Они лучше всего поддерживают энергию перед нагрузками.

– Не ожидал, что будет так тяжело. – Грейси взял нож, ананас, начал его вскрывать по кругу. – Вроде бы три раунда по три минуты, кажется, что немного. Но по ощущениям как будто машину с кирпичами разгрузил.

Начал опять нам рассказывать про бой с легендарным чемпионом по дзюдо Масахико Кимурой. Японец применил перевернутый удэ-гарами – ключ от плеча, – который сломал руку Элио, который все еще отказывался, из-за боли или гордости, сдаваться. В честь победителя розетка удэ-гарами получила имя Кимура в словаре бразильского джиу-джитсу. А длился бой двадцать минут!

Финал этой истории Элио рассказывал, уже лежа на кушетке – оба его секунданта массировали борцу спину в четыре руки. Хорошо устроился! Я бы тоже от массажа не отказался. И еще лучше от баньки. И чтобы финал был через недельку…

Пока мы трепались, Джуниор расположил на поверхности предплечья несколько четвертаков, резко дернул руку вверх. Монеты взлетели, и… боксер их начал ловить. Ни одной не дал упасть! Да, тяжело с ним будет. Резкий, быстрый, да еще и тяж-панчер.

Я пошептался с Майком, тот с Гарри. В итоге объявили, что первый полуфинал будет Грейси – Фаулер. А наш с Джуниором уже после. Пусть будет чуть больше времени отдохнуть и восстановиться.

Оделся, сходил на улицу, посмотрел, как обстоят дела. Полицейские навели порядок, даже расставили вдоль улицы загородочки. В толпе рассекали спекулянты, которые перепродавали билеты в зал втридорога. Вместо десяти долларов – тридцатка, а кое у кого и по полтосу. Что такое капитализм? Это предпринимательская инициатива, помноженная на частную собственность.

На первом чемпионате я и не планировал заработать – только обкатать технологию проведения, правила, набрать пул бойцов. Я даже проигравшим собирался выплатить небольшую премию. Прикормить, так сказать. Поэтому работе жучков никто не препятствовал, барыг, что принимали ставки, тоже не гоняли.

Оба фэбээровца стояли, о чем-то трепались с копами, я тоже наслаждался поздним ноябрьским солнышком. В больших очках-консервах, в надвинутой бейсболке меня никто не узнавал и не теребил просьбами достать билетик. Я мог спокойно дышать морским воздухом, успокаивая нервы перед боем с Джуниором.

Рекламная кампания с Мэлоди стартует через неделю. И вызовет она не меньшее бурление говн, чем история со «святой травкой»: полуголая женщина в топике и шортах, в перчатках, полувысунутой изо рта капой… Ох, в южных штатах шторманет!

Под это дело мы планировали купить еще два-три боксерских клуба и переделать в них ринги на октагоны. Успеем ли? Для чемпионатов мне кровь из носу нужен какой-то известный «паровоз». Грейси хорош, но в Штатах его мало кто знает. Каких-то раскрученных японцев публика тоже не примет. А вот Чак Норрис…. Одни плюсы: имеет раскрученную сеть школ каратэ, вот-вот начнет активно сниматься в кино. Заманить бы его на чемпионат!

– Ник, ты где? Сейчас начнется первый полуфинал. – На крыльцо вышел Майк, начал выглядывать меня. Черт, сейчас запалит. Я начал быстро пробираться ко входу.

* * *

Бой Грейси с Фаулером выдался скандальным. Нет, сначала все начиналось пристойно. Борцы пожали друг другу руки, начали классический дзюдоистский поединок с борьбой за захват. Никаких ударов, попытки подсечек, проходов в ноги. Ни у кого не было значительного преимущества, один бросок засчитали бразильцу, другой – грепплеру.

А во втором раунде Грейси удалось прихватить Фаулера за пояс двумя руками и переворотом, со всего маху воткнуть борца головой в канвас. В последний момент соперник попытался сгруппироваться, но не успел. Хоть покрытие и спружинило, нокдаун был полный, Фаулер лежал с закрытыми глазами.

Началась суета. Доктор открывал веки, светил фонариком. Гарри спустился из октагона к нам, спросил, нарушены ли правила. Броски головой вниз в нашей методичке запрещены не были, и что делать, было не ясно.

– Закон не имеет обратной силы, – пожал я плечамия, наблюдая, как поднимают покачивающегося грепплера. Ну хоть жив. А ведь Грейси мог и шею ему сломать!

– Объявляй победу бразильца.

– Он грязно борется!

– Тут ничего не поделаешь – правил он не нарушил.

– Орел, неужели ты так это оставишь?! – возмутился по-русски мрачный Незлобин. Вене тоже не понравился прием с бросанием на голову.

– В финале отплачу.

– Точно?

– Зуб даю. На своих двоих не уйдет.

Глава 25

Древняя восточная мудрость гласит: «Бойся того, кто тренирует один удар тысячу раз». Эту истину я сполна познал в бою против Джуниора.

У нас тоже все началось с осторожной разведки. Медленно фехтую джебами. И тут я вообразил себя Тайсоном и Роем Джонсом в одном флаконе – поменял план боя. Вместо прохода в ноги и борьбы ввязался в размен ударов. Зал ревет, в основном поддерживают меня. Хрен ли нам какой-то боксер… И не таких складывали и опрокидывали.

Сначала все шло удачно. Я доминировал, Джуниор отступал. Я, конечно, слышал крики Незлобина «Что ты делаешь?», «Орел, не надо!», но проигнорировал их. Удары проходили акцентированные, работал на дальней дистанции прямыми. Боксер ловко уклонялся, качал корпусом, по его лицу не было заметно, что мои наскоки доставляют какой-то дискомфорт.

И тут он меня достал. Подсел под удар, сделал «циркуль» ногами, боковой в корпус и тут же другой рукой в челюсть. Да еще прямым джебом на отходе. Я успел прикрыть челюсть плечом, но в голове все равно зазвенело, ноги