Стражевый компас - Ксения Журавская

— Пришли с бумагой от его Величества и вывели Колдрея из‑под стражи. Хотел за ним понаблюдать, но парень словно сквозь землю провалился.

— А что с огнестрелом, за кем числился?

— Не за кем. На нём не было именного клейма.

— Какая‑то ерунда творится, тебе не кажется, Николас?

— Кажется, не кажется — а что делать, прикажешь?

— Смотрите!!! — громко вылетело из толпы.

Николас и Вард резко обернулись на возглас — и застыли. На небе, словно в воду наливали чернила, проступала густая тьма. Собравшиеся оглядывались по сторонам, смотрели друг на друга, мысленно вопрошая: «Что это вообще такое?»

Кто‑то пожимал плечами и отвечал уже вслух:

— То ли необъяснимое природное явление, то ли выходки сумасшедших учёных.

Но что делать — ни те, ни другие не понимали. А тьма продолжала заливать небо, пока голубого не осталось совсем. Даже солнце не смогло пробить этот мрак — последние лучи растворились в бездне. Солнце погасло.

Городские фонари приняли бой на себя, но не смогли победить в этой схватке. Беспросветная тьма обрушилась на город.

Собравшийся народ с ужасом смотрел в небо. Все понимали: нет смысла бежать. Может, так и наступает конец света?

Но что‑то замерцало…

В чернильном небе россыпью вдруг вспыхнули яркие точки — и звёздным дождём устремились к земле. Они становились всё больше и больше… Кто‑то из толпы прошептал:

— Ангелы.

Они величественно спускались один за одним, зажигая факелы, освещая себе путь. Тьма под их ногами невольно расступалась. Отблески огня подсвечивали белые крылья — они напоминали храмовые свечи перед алтарём, в каждой из которых горела надежда.

На лицах обычных военных и горожан отразился ужас и одновременно восхищение: подобное они могли видеть только на старинных фресках.

Следом засветились воронками порталы, открывая путь чернокрылым. Они влетали дерзко, а в глазах красным горел гнев. За ними появились Стражи — их полупрозрачные крылья отливали серебром.

Некоторые из Ловцов увидели «своих», которых они когда‑то нашли и «посвятили». Они молча кивали друг другу и расходились по своим позициям.

Ангелы оттеснили всех за свои спины, выстраиваясь в единый ряд. Затем белые вспорхнули ввысь — для защиты с воздуха. На земле в первых рядах остались чернокрылые, за ними выстроились Стражи. Вспышка в небе — и как по команде у крылатых всех мастей вспыхнули мечи.

Все поняли: намечается нечто страшное.

Глядя на крылатых всех мастей, Ловцы заискрили в руках эфир.

Впервые городская набережная не была излюбленным местом для прогулок — она превратилась в будущий театр военных действий под руководством белоснежного четырёхкрылого ангела. По обожжённым перьям было понятно: он прошёл не одно сражение. Его меч пока был опущен, а серьга в ухе горела, как путеводная звезда во тьме.

Первая линия — Ангелы. Вторая линия — Стражи. Третья линия — Ловцы. Четвёртая линия — военные и все законники: полиция и тайные службы. А там — и остальные горожане, которые проснулись в обычный день и не увидели солнце за окном.

Когда мимо Элая Баркли прошли Стражи, его сердце вздрогнуло. Он лихорадочно всматривался в каждого из них, искал её — самую прекрасную девушку на свете, Ивану Стужеву. Но не нашёл.

Облегчённо выдохнул.

Он был рад, что его девочка — Стужа — где‑то далеко и не будет участвовать в этом безумии. Элай знал: она жива, и с ней всё в порядке. Их выстраданная связь по‑прежнему оставалась сильной — он чувствовал её всем нутром, в каком бы мире она ни находилась.

На улицах воцарилась гробовая тишина. Только часы на городской ратуше отсчитывали своё: «тук‑тук».

Все ждали…

И началось.

Прогремел во всю мощь гром. Земля задрожала. Налетел ураганный ветер. Его сильные, со свистом, порывы ломали деревья, обрушивали мусорные баки на мотороны, срывали крыши, как с игрушечных домиков.

Толпа горожан в ужасе ломанулась в разные стороны: кто‑то падал на землю, кто‑то истошно молился, кто‑то рыдал.

Только Ангелы, Стражи и Ловцы не поддались налетевшему хаосу.

Одновременно с громом боль неожиданно ударила Элая в грудь. Он согнулся пополам и в ужасе прошептал:

— Где ты, чёртова птица? Мне нужно к ней. Она меня зовёт.

Элай чуть не отключился от боли, но призрачный силуэт белого ворона заставил его собраться. Ворон внимательно смотрел в глаза Ловца — а Элаю казалось, что на него смотрит мужчина с пепельными волосами и выдающимся горбатым носом.

Всё‑таки он пришёл — проводник по имени Альбед.

Глава 25. Братья

Аремиэль стремительно влетел в этот новый, погружённый в опасность мир. Его поразило поглощённое тьмой небо и полное отсутствие света. Впервые Арем столкнулся с подобным явлением. Он, обладатель белоснежных крыльев, привык купаться в голубой неге и парить в чистоте. Сейчас ему казалось, что каждое перо испачкано копотью, а зловонный шлейф преследует каждое его движение.

Он даже сделал несколько оборотов в воздухе, чтобы стряхнуть налипшую копоть, — безуспешно. Тогда он ярче зажёг факел и продолжил своё феерическое схождение, как и его белокрылые собратья. Когда ангелы спустились с небес, беззвёздная высь вновь была подобна застывшей смоле — густой, тяжёлой, поглощающей всё.

Касиэль и Аремиэль стояли плечом к плечу в первых рядах, их клинки уже материализовались. Они знали: не все войны начинались с громких слов и трубных кличей — иногда с тихих шагов на чужую землю.

— Как думаешь, откуда появятся гости? Небо? Земля? Что выбираешь? Может, порталы? — с привычной лёгкостью в голосе спросил Кас.

— Каас, — обречённо простонал Арем, — мы на пороге битвы, а ты всё спорить изволишь.

Касиэль хохотнул и по‑дружески хлопнул Аремиэля по плечу. Кас был на взводе: он был готов вспомнить древний ритм боя и даже ждал этого. От мысли о предстоящем сражении в его глазах плясало пламя адской бездны.

Только Касиэль собрался подшутить над Аремом, как по телу пробежал холодок — предчувствие неизбежного. Давно они не знали настоящего боя, но сейчас в их жилах горел не страх, а ярость, знакомая только тем, кто рождён для сражений.

Не сговариваясь, ангелы взметнули клинки ввысь — и в этот самый момент из мрака вырвались воины. Их формы дрожали, словно размазанные дождём, но мечи в их руках были острее отчаяния.

— Всё‑таки с неба, — в один голос произнесли Арем и Кас.

Война началась без предупреждения.

Первый удар — и кто‑то рухнул на землю. По рядам пронеслось:

— Ангельская вода!

Первая капля крови упала на твердь. Это было серьёзно. Смертельно.

В один миг сотни белокрылых взмыли вверх, рассекая потухший свод горящими мечами. А