Одиночка. Том 4 - Дмитрий Лим

Толпа за площадкой не сразу поняла, что произошло. Они ожидали взрывов силы, столкновений, возможно, даже каких-то световых эффектов от S-ранга. Но вместо этого они увидели лишь почти статичную сцену: я уже стоял рядом с опускающимся телом, а движение было таким быстрым, что многие просто пропустили его.

Тишина была теперь абсолютной, даже более глубокой, чем после измерения ранга. Это было молчание не восхищения, а почти первобытного ужаса от такой простой, абсолютной эффективности. Зрелища не было. Была только констатация факта.

Светлана Покайло, после нескольких секунд проверки на своём устройстве, произнесла голосом, который теперь казался почти механическим:

— Поединок завершён. Победитель — Александр Громов. Результат занесён. Тело будет передано для процедур. Дуэль считается законченной.

Дмитрий Крог медленно опустил голову, как бы делая внутреннюю отметку. Катя застыла, её восхищённый смех теперь исчез, заменённый внезапным холодным пониманием, что сила, которую она наблюдала, не была театральной.

Маша закрыла глаза, её лицо выражало теперь не шок, а глубочайшую, почти философскую печаль. А толпа молчала. Не было ни комментариев, ни обсуждений — они получили не зрелище, а урок, и этот урок был слишком тяжёлым для праздных разговоров. Они понимали, что их ждёт, если в их противниках будет S-ранг.

Я отступил от тела, мои глаза встретились со взглядом Светланы Покайло.

Теперь у неё будет ко мне куча вопросов. Блин… придётся признаться, что да, там, в ТРЦ, был я.

Уважаемые читатели, завтра выходной)

Глава 15

Не успел я сделать и шага в сторону машины, где Вася уже заводил мотор с выражением человека, жаждущего поскорее слинять с места преступления, как сзади раздался голос:

— Громов. Прошу вас, задержитесь на минуту.

Светлана Покайло подошла так тихо, что я, с моими-то рефлексами, её не сразу услышал.

— Мой служебный автомобиль ждёт у восточных ворот, — продолжила она, не дожидаясь вопросов. — Позвольте мне довезти вас. «ОГО» рекомендует обеспечить безопасный и конфиденциальный выезд участникам подобных… процедур. А также провести краткий опрос по форме 7-Г.

В её голосе не было просьбы. Это была ультимативная, обёрнутая в бюрократический целлофан, настоятельная рекомендация. Вася бросил на меня вопросительный взгляд из окна. Я махнул ему рукой: мол, езжай, я доберусь сам. Он кивнул с понятным облегчением и тут же рванул с места, оставляя за собой лёгкий запах гари от шин.

«Блин, а ведь он не видел, что было там, на заднем дворе. Вот бы он удивился моей скорости…»

Машина Покайло оказалась неброским тёмно-синим седаном с усиленным кузовом и тонировкой «в ноль». Внутри пахло антисептиком, кожей и табаком.

Я устроился на пассажирском сиденье, и мы тронулись, плавно выезжая с территории дворца в спящий ночной город. Покайло первые несколько минут молчала, сосредоточенно ведя машину. Я смотрел в боковое окно на проплывающие фонари, чувствуя, как адреналин окончательно покидает тело, оставляя приятную, почти звонкую пустоту.

— Если что, мне в Обухово, — только начал я, как она перебила, отчеканивая:

— Форма 7-Г предусматривает уточнение…

— Про Обухово слышали? Вам на главную дорогу. Сейчас.

— … обстоятельств инцидента, предшествующего дуэли, — игнорируя мои слова, продолжила девушка. — В частности…

— Давайте без этого, — теперь, перебил её я. — Вы не про дуэль говорить хотите. А про другое.

Она притормозила, быстро глянула в мою сторону, и продолжила вождение:

— Я хочу услышать объяснения по поводу событий в торгово-развлекательном центре на прошлой неделе. Вы можете это прокомментировать?

Я закрыл глаза, наслаждаясь прохладой стекла у виска.

— А вам действительно нужны мои комментарии, Светлана? — спросил я лениво. — Вы сами всё видели своими глазами. Или вы им не верите?

Она слегка сжала губы. Машина замедлилась на светофоре.

— Я спрашиваю, потому что… потому что…

— Я своей клоунадой чуть было не заставил вас поверить в то, чего не было, — закончил я за неё. — Да, правда. Это я там был. Почему я не дал вам убить боссов? Увы, это секрет фирмы. Скажу только одно — мне требовалось узнать свою силу.

— Но навык… я видела как тело…

— Вы видели то, что и всегда бывает во время Белых Разломов. Убитое существо — испаряется через некоторое время.

— Я…

Она молчала. Эта тишина была красноречивее любых слов. Она боялась меня.

В ней был и страх — чистый, животный, инстинктивный, который будили в хищнике другого порядка. Но был и профессиональный азарт следователя, напавшего на ниточку в огромном клубке лжи. И было разочарование. Не мое — её собственное, в самой себе.

Она, опытный оперативник «ОГО», позволила ввести себя в заблуждение театром одного актёра. Я почти физически чувствовал, как в её голове щёлкают шестерёнки, перемалывая факты: мою внезапную «пропажу», невероятную для низкого ранга скорость, мои слова — которые не сходились с тем, что она видела, ну и моё же появление на дуэли с нечеловеческой меткостью. Пазл складывался в картину, от которой становилось не по себе.

— «Я», — повторил я за ней, наконец открыв глаза и глядя прямо на неё. — Это самое интересное слово в нашем диалоге. Вы что, Светлана? Дознаватель, который обязан заполнить форму? Или человек, который хочет понять, что же он на самом деле увидел в тот день? Потому что это два разных разговора. В первом случае я вам вежливо и скучно совру, вы всё красиво запишете, и мы разойдёмся довольными друг другом. А во втором… Во втором вы рискуете узнать больше, чем хотите. И уж точно больше, чем вам положено по штатному расписанию.

Она резко свернула с главной дороги на пустынную пригородную улицу, ведущую в сторону Обухово, и припарковалась под сенью огромного спящего дуба. Заглушила двигатель.

Тишина, ранее заполненная рокотом мотора, обрушилась на салон, став осязаемой, плотной. Она не смотрела на меня, уставившись в тёмное лобовое стекло, её пальцы по-прежнему сжимали руль, будто это был якорь в реальности, которая грозила уплыть из-под ног.

— Я не боюсь, — сказала она слишком быстро, и от этой поспешности фраза прозвучала как детское «сам дурак».

Потом она выдохнула, разжала руки и повернулась ко мне. В тусклом свете приборной панели её лицо казалось высеченным из бледного мрамора, только глаза горели тёмным, живым огнём.

— Ладно. Боюсь. Любой нормальный человек на моём месте испугался бы. Вы… вы S-ранговый охотник, способный обмануть новейшее устройство по… определению ранга. Вы способны в одиночку уничтожить, играючи, трёх S-ранговых боссов. А я… я пыталась вас сгноить…

— Это было необходимо, —