Владимир, Сын Волка 6 - RedDetonator

Разработка спутников «Меридиан» была начата где-то через год после начала разработки ещё первой «Парселены», потому что стало очевидно, что РЭБ будет глушить всё, и нормальной связи не будет ни у кого. Протокол применения спутников, конечно, допускает создание «коридоров» или временных «окон» для своих войск, но это не так эффективно, как всем бы хотелось, а ещё в Минобороны работают параноики, предполагающие наличие у НАТО своих спутников РЭБ. С этими резонами и было дано «добро» на разработку альтернативной связи.

Актуальный на сегодня спутник — «Меридиан-4М», первый реально запущенный на орбиту и испытанный. Его масса — всего 573 килограмма, поэтому открылась возможность массового подъёма на орбиту с помощью «Энергии». Она должна будет поднять на орбиту контейнер с 50 спутниками, после чего этот контейнер подхватит «Шквал», который должен будет отбуксировать его к орбитальному доку станции «Мир-2».

Уже там контейнер пристыкуют к доку и внутрь зайдут космонавты, которые проверят состояние груза и начнут процедуру распаковки первой партии спутников из индивидуальных транспортных контейнеров.

А дальше «Шквал» будет забирать по 8–10 спутников за раз и разносить их по орбите.

Это будет значительно дешевле, чем запускать их множеством тяжёлых ракет типа ещё не готового «Тритона» или уже давно эксплуатируемого «Протона».

Повторить эту процедуру придётся два раза, а затем у СССР появится собственная система лазерной связи, которая будет давать отличный сигнал на территории СССР, Европы и Арктики.

Для глобального покрытия необходимо поднять на орбиту около 400 спутников, что абсолютно не по карману никому на планете. Даже США насмерть надорвутся от таких разовых безумных трат, поэтому спутниковая группировка будет пополняться в течение десятков лет.

Но это ещё не всё из того, что придётся сделать из-за «Парселен». Нынешний ГЛОНАСС совершенно не годится, так как его наглухо подавит даже «Парселена-3», поэтому в разработке находятся спутники «ГЛОНАСС-М2Л», которые будут давать более мощный сигнал, с расширенным диапазоном частот, с высокоскоростными скачками частот, с новыми псевдослучайными кодами и алгоритмами криптозащиты, а также межспутниковой лазерной связью для синхронизации и коррекции времени.

Также разрабатываются новые военные приёмники ГЛОНАСС с повышенной помехозащищённостью, а также сооружается новая сеть наземных станций коррекции и контроля.

Всё это обойдётся в 4,1 миллиарда рублей — на НИОКР потрачено 1,7 миллиардов, а остаток суммы будет израсходован на остальное.

— Ужас… — прошептал Жириновский.

Из-за всего этого ему уже пришлось отдать распоряжение о залезании в карман подставных компаний — при Орлове такого не делали ни разу, а Жириновский не проработал и месяца, как сразу начал лезть в потайной карман.

Но в благородном деле пополнения бюджета может очень сильно помочь грядущая Американо-иракская война, которая крайне серьёзно скажется на стоимости нефти.

Миллиарды долларов, евро и фунтов стерлингов поддержат советский государственный бюджет, а пока, до тех пор, пока ничего не началось, ГКО постановила рассмотреть вопрос о начале продажи сверхчистого полупроводникового материала на внешние рынки, а также о расширении продажи продукции фармацевтических модулей.

«Мы в ловушке — нам нужно всё и сразу, но денег не хватает», — подумал Жириновский. — «Давно я не оказывался в такой ситуации».

Всё это военные расходы, потому что «Парселены» ничего не дают для народного хозяйства, а служат пусть и крайне мощным, но лишь средством обороны от внешней агрессии.

«Шквал», в экономическом смысле, в тысячу раз полезнее, но лишь потому, что он снижает военные расходы, которые были бы, в любом случае, понесены.

«Время мирного космоса ещё не настало, поэтому он всё ещё военный, с самого рождения», — подумал Жириновский. — «А станет ли он когда-нибудь мирным?»

*Иракская Республика, мухафаза Басра, в тоннелях, 11 марта 2000 года*

— Хорошая винтовка… — произнёс капитан Али Расан. — Это же НК-94?

— НК-94М, — поправил его лейтенант Иван Варенцов.

— А в чём отличие? — поинтересовался офицер.

— Четырёхкратный коллиматорный прицел новый — СП-4, с подсветкой, — начал объяснять различия Иван. — Новый материал — вместо сплошного пластика «скелетное» цевьё, для снижения общего веса, ну и ствол длиннее на 30 миллиметров. Удлинение ствола увеличило дальность прямого выстрела по ростовой фигуре до 660 метров. Ах да, ещё добавили более совершенный дульный тормоз-компенсатор, что ослабляет отдачу.

Все эти усовершенствования конструктор Никонов сделал на основе обратной связи сначала от миротворцев в ЮАР, а затем от членов группы Файзиева в Пакистане.

Карабин всё ещё тяжеловат, потому что всю экономию по массе поглотил новый дульный тормоз-компенсатор, который теперь относится к закрытому типу. Раньше ДТК создавал очень яркую вспышку, а теперь значительная часть пламени уходит в специальный кожух, поэтому стрелка стало сложнее обнаружить по вспышкам выстрелов.

— Да, значит, она ещё лучше, чем я думал… — произнёс капитан Расан и с разочарованием посмотрел на свой АК-74М, а затем на потолок.

С потолка, холодным белым, светят яркие светодиодные лампы, вереницей уходящие дальше по тоннелю и исчезающие в плавном повороте.

Эти лампы — продукция ЛОЭП «Светлана», и Иван смотрел по ЦТ передачу о нюансах производства и характеристиках этих ламп. Диктор утверждал, что благодаря применению передовых технологий, конструкторам удалось добиться срока службы в 45 000 часов, какой-то там хорошей цветовой температуры, а также беспрецедентной дешевизны. Ещё там говорилось, что производят их в масштабе десятков миллионов единиц в год.

Но, на взгляд Ивана, тут что-то не так, потому что всё под этим светом слишком подчёркнутое, а сам свет какой-то мёртвый и вызывающий дискомфорт, как хирургическая операционная…

И всё же, он испытывает нотки гордости за то, что советская продукция экспортируется по всему миру — диктор в передаче заявлял, что советские светодиодные лампы поставляются не только в рамках Советского блока, но и в страны Запада.

— Уже использовал её в бою? — спросил капитан Расан.

— Довелось, — подтвердил лейтенант Варенцов.

— М-м-м… — покивав, изрёк иракский офицер.

— У неё отличная убойность, — поделился Иван. — Бронебойный патрон отлично пробивает штурмовую броню ЭП-25М-3, но с дистанции до 500 метров.

В тренировочном лагере под Кейптауном им демонстрировали разрез бронебойного патрона и объяснили, как именно он работает. Внутри содержится сердечник из карбида вольфрама, что позволяет пуле пробивать стальную плиту толщиной до 17 миллиметров на дистанции до 500 метров, а на дистанции до 100 метров эта пуля может пробивать до 26 миллиметров гомогенной стали.

Это значит, что НК-94М позволяет уверенно прошивать борта и корму БМП-3 или M2 Bradley с хороших дистанций.

— Жаль, что нам такие не поставляют, — произнёс иракский капитан.

Варенцов прекрасно понимает резоны, почему советское командование не оснащает Иракскую армию новейшим