Друид. Исток Жизни - Виктор Молотов

– Прекрасно, барон. Здоровею с каждым днём!

Снова врёт.

– Яков Антонович, – я скрестил руки и приготовился к непростому разговору. – Ответьте на мой вопрос. Только честно. Зачем вы продолжаете до сих пор?

Я уже не предполагал. Мне было известно, чем он занимается. Разведчик Ярины подтвердил мои догадки.

– Не понимаю, о чём вы, барон, – замер старик. Его азарт начал угасать.

– Понимаете. Пусть я – не лекарь, Яков Антонович, но как друид, я вижу, что происходит сейчас в вашем теле. Там всё ещё циркулирует ваша старая ослабевшая магия. В вашей крови до сих пор есть вещества, которых там быть не должно. И они там взялись явно не от Лизиных отваров.

Андрей Яковлевич тут же перестал притворяться, опустил книгу и прислушался к нашей беседе.

– Вы продолжали принимать яды, – добавил я. – Даже после отставки. И делаете это до сих пор. Только теперь уже в стенах моего санатория.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

– Барон, – голос у старика стал твёрдым, – это серьёзное обвинение. Вы осознаёте, к чему могут привести ваши слова?

– Это не обвинение. Это – факт, – парировал я.

– Жми-жми! – шипел Пушок. – Сейчас он сломается!

Яков Антонович посмотрел на сына. Андрей Яковлевич побледнел, но пока что не посмел вставить и слова в наш разговор.

– Андрюша, – устало сказал старик. – Выйди-ка.

– Нет, отец, – помотал головой тот. – Хватит. Ты меня так всю жизнь гонишь, когда тебе было неудобно. Сейчас я никуда не уйду. Господин Дубровский говорит правду? Ответь!

Теперь мы давили на старика с двух сторон. Он больше не мог увиливать.

Победа за нами.

– Хорошо, барон, – вздохнул Яков Антонович. – Да, я не остановился.

– Отец…

– Да помолчи ты, Андрей! – рявкнул старик. – Раз уж остался – сиди слушай, – Уваров-старший вновь перевёл взгляд на меня. – Барон, вы хотите знать, зачем я продолжаю? Ну поймите же вы, я ведь сорок лет живу с ядами. Они стали частью меня. Это не просто привычка. Яд для меня теперь заместо крови. Если брошу – мне только хуже станет. Поэтому и продолжаю по сей день.

– А почему же вам сейчас стало хуже, раз яды вам так помогают? – поинтересовался я.

– Сейчас… – он развёл руками. – Я только недавно понял. Отвары Елизаветы в себе магию содержат. А магия с магией сочетается непредсказуемо. Её отвары усиливают мой яд.

– Если вы это поняли, то почему не остановились?

Старик помолчал.

– Потому что хочу усидеть на двух стульях! – заявил он. – Яд бросить не могу, а почки лечить надо. Вот я и подумал… Клин клином вышибают! Надо отравиться ещё сильнее, чтобы уж точно помогло.

Андрей Яковлевич вскочил со стула и прокричал:

– Да что же ты творишь-то, отец? Я из-за тебя лекарку оклеветал! А ты, выходит, помирать сюда приехал!

– Не кричи на отца!

– Так, господа! Отставить споры, – велел я. – У меня есть для вас выход.

– Не надо меня утешать, барон, – помотал головой отравитель. – Вы мне не поможете.

– Ошибаетесь. Я вас не утешаю. Вы сильно недооцениваете нас с Елизаветой. У моей целительницы есть навыки, которых нет даже у столичных врачей. И я, скажем так, кое-что да умею. Если вы согласитесь работать с нами, а не против нас, мы вас вытащим.

– Что вы предлагаете, Всеволод Сергеевич? – спросил Уваров-младший.

– Полную очистку крови и восстановление органов, – объяснил я. – Это будет неприятно. И жить дальше вашему отцу придётся без ядов. Совсем. Это самая трудная часть, – я перевёл взгляд на Якова Антоновича. – Но если у вас есть ради чего жить, мы это сделаем.

Пока старик молчал, Андрей Яковлевич взял слово:

– Отец, у тебя двое внуков. Они ж тебя обожают. Пожалуйста, одумайся. Не зря же мы сюда приехали. Давай попробуем?

Яков Антонович опустил голову, но спорить больше не стал. Похоже, мне всё же удалось его убедить.

– Согласен, – сдался старик. – Согласен, барон. Делайте, что считаете необходимым. Уж ради семьи как-нибудь потерплю.

– Хорошо, – сказал я и поднялся. – Тогда я зову Лизу. И мы начинаем сегодня же. Андрей Яковлевич, вы будете рядом. Елену Михайловну с детьми пока не впускайте. Зрелище будет неприятным.

Я пошёл к двери. У самого порога обернулся.

– Ах да, и вот ещё что, Яков Антонович, – добавил я. – Все ваши пузырьки и заначки – на стол. Сейчас же. Пока я хожу за Лизой.

Старик молча кивнул.

– У него в табакерке, – тихо подсказал Пушок мне в ухо. – Я видел, как он туда два раза пальцы совал. А потом, пока ты отворачивался, под язык себе какой-то порошок закидывал.

Вот ведь хитрый старик! Приехал, называется, в санаторий. Только лекарства наши зря переводит.

Лизу я нашёл в аптечной. Она перебирала склянки и подписывала ярлычки. Я поведал девушке всё, что мне удалось узнать.

Елизавета тут же замерла со склянкой в руке.

– Он… подмешивал яды… в мои лекарства? – у неё, казалось, даже голос осип.

– Да.

– Я его убью, – неожиданно процедила сквозь зубы она.

– Лиза.

– Я ему уши оторву! Весь день вокруг него кручусь, а он…

– Лиза, хотя бы ты успокойся.

– Ох, я уж думала, что сошла с ума, Всеволод! Всю ночь не спала! Три раза переделывала состав!

– Потом всё ему это выскажешь. Но сейчас нужно действовать, пока он ещё живой. Очистим ему кровь вместе. Ты своей магией, а я через исток. Готова?

– Хм… – задумалась она. – Придётся начать с печени и почек. Параллельно разбираться с кровью. Часа на четыре работы, а то и больше. Потом ещё неделю придётся ему сердце поддерживать. Но если всё сделаем правильно – должно получиться.

План созрел на ходу, и уже через час мы приступили к лечению.

В палате Уваровых на столе уже были выложены десятки пузырьков с ядом. Яков Антонович смотрел на них с такой печалью, будто с родственниками на вокзале прощался.

– Господин Уваров, – подготавливая всё необходимое для лечения, бурчала Лиза, – скажу вам честно. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы