Эхо отражений - Геннадий Борисович Марченко

несколько видео общим хронометражем больше 40 минут. Из всего этого я за последующие пару дней смонтировал 12-минутный сюжет. Каюсь, не обошлось снова без нейросетей и наложения разных загадочно-устрашающих звуков. Но получилось здорово, даже самому понравилось. Плюс фоном шёл рассказ о легендах кладбища, а их хватало с избытком. К тому же мягкая игрушка с оторванной головой, обнаруженная мною на могильной плите купца Скрябина, летавшие над головой стали каркающих ворон — всё это добавляло гнетущей атмосферы.

Комментарии потекли сразу же, едва я успел разместить видео. Такое чувство, что первый комментатор даже толком его просмотреть не успел, а уже принялся строчить отзыв. Хорошо хоть положительный.

[1] До 1992 года станция метро носила названия «Площадь мира» по названию одноимённой площади.

[2] Фолловер (от англ. follower — «последователь») — пользователь социальной сети или онлайн-платформы, который подписался на аккаунт другого пользователя, чтобы регулярно получать его обновления, публикации и новости.

Глава 8

Время до очередного полнолуния тянулось томительно медленно. Но я не сидел сложа руки, а начал заранее готовиться к визиту в 1886-й год. Я планировал прибыть в Петербург времён Александра III на следующий день после нашего с Екатериной знакомства. Но не могу же я снова появиться перед ней в одном и том же костюме! Наверное, это будет выглядеть со стороны так, будто он у меня только один и имеется. А мне нужно будет посетить магазин готового платья или здесь, в Петербурге 21-го столетия, сшить на заказ по своим лекалам. Для того, чтобы сшить наряд в позапрошлом веке, мне понадобятся царские деньги. В каком-нибудь антикварном магазине наверняка можно купить старинные банкноты, но сколько на это уйдёт средств… Логичнее пошить здесь. Оно и быстрее выйдет.

Другой вопрос — нужны российские рубли. Они у меня пока имеются, в принципе, должно хватить на услуги портного и ещё на жизнь остаться. Вернее, портних, поскольку мужчин в этой профессии я на своей памяти не встречал. Это только в книгах и старых фильмах они попадаются, преимущественно старые евреи.

Опять же, поскольку я сказал Кате, что в Петербурге буду ещё целую неделю, то есть время сводить девушку в ресторацию, а может и в театр. Почему бы нет? Вот только всё это стоит денег. Причём царских, и мне в любом случае придётся их добывать.

В общем, я забил в поиск запрос, и на сайте объявлений наткнулся на некую Анну, специализировавшуюся на пошиве исторических костюмов. Она даже позиционировала себя как историк моды. Тут же списался, представившись актёром самодеятельного театра, и уже на следующий день переступил порог её частного ателье, располагавшегося на улице профессора Попова.

Мы согласовали детали, по итогу Анна констатировала, что стиль, выбранный нами, называется «буржуазная сдержанность», а костюм будет чёрным, за исключением белоснежной манишки. С меня тут же сняли мерки, взяли аванс в размере 15 тысяч, и велели приходить через три дня на первую примерку. А ещё через четыре дня я заявился, чтобы забрать свой заказ. Под чутким руководством модельера-портнихи я облачился в уже отглаженный костюм, покрутился перед зеркалом, и мы сошлись во мнении, что на улицах Петербурга 19 столетия бы выглядел вполне гармонично. В общей сложности за материал и работу (включая аванс) я отдал 45 тысяч рублей.

А между делом я пробежался по антикварным магазинам, пошустрил по сайтам объявлений, и вскоре стал обладателем 56 рублей и 55 копеек в купюрах и железе второй половины XIX столетия, до случившейся в 1895 году денежной реформы Витте — министра финансов императора Николая II. Заплатил за них почти 12 тысяч уже имеющих хождение в моё время «деревянных». Эту сумму я посчитал достаточной для того, чтобы провести время в компании Екатерины Викентьевны Зориной. Во всяком случае, интернет мне подсказал, что билеты в Мариинский театр стоили от 22 копеек до почти 19 рублей. На самые дорогие я не рассчитывал, а средняя ценовая категория вполне была по силам. Плюс буфет без особых изысков.

Что ж, теперь можно было отправляться на свидание. Отправился я в ночь с четверга, 21 января, на пятницу, 22-е, выбрав датой назначения следующий понедельник после нашей последней встречи. День выдался пасмурным, но меня это совершенно не смутило. Я с раннего утра занял место в подворотне напротив дома, в котором жили Зорины.

Я помнил, что Екатерина сегодня утром должна отправиться на лекцию Менделеева, и рассчитывал перехватить девушку на выходе со двора. Лишь бы она одна была — вероятное присутствие родителей меня заранее смущало.

Сегодня на мне был всё тот же костюм, поскольку новый я решил приберечь для театра. Стоять пришлось долго, вызвав подозрительный взгляд местного дворника. Но поскольку я был одет вполне прилично, то этим взглядом всё и обошлось.

Екатерина появилась без пяти минут восемь. Увидев меня, на секунду замерла, удивлённо приподняв брови, а затем её лицо озарилось улыбкой.

— Иван! А вы что тут делаете?

— Доброе утро, Екатерина! — ответил я, чуть поклонившись. — Собственно, вас поджидаю. С предложением… Хочу в следующее воскресенье куда-нибудь вас пригласить. Например, в театр. Правда, не знаю, в какой, я же не петербуржец. На слуху только Большой да Мариинский.

— Большой в феврале закрыли, там вроде бы теперь будет располагаться консерватория. А все спектакли перенесли в Мариинский, который сам до этого три года перестраивался.

— Понятно, — кивнул я. — Значит, идём в Мариинский?

Екатерина поморщилась:

— Мы с папенькой и матушкой ходили месяц назад, сразу после открытия, на оперу Глинки «Жизнь за царя». Я едва не уснула… Слушайте, а давайте лучше сходим в цирк Чинизелли, что на Фонтанке!

Глаза её загорелись, и тут уж я не мог возразить.

— Хорошо, идёмте в цирк. А что там за программа?

— У них обязательно бывают всякие трюки на лошадях, сам Чинизелли при жизни был известным наездником, да и его дети тоже… Кстати, а куда пропал ваш синяк на скуле? Или вы его так хорошо запудрили?

— Да-а, — я растерянно провёл пальцами по тому месту, где некогда красовался кровоподтёк. — На мне всё заживает, как на собаке.

— А между прочим, дрессированные собачки там тоже будут. Должны быть, я видела афишу на Невском. А ещё клоуны, а ещё фокусник… Так вы согласны?

— Ну конечно, я же сказал… Сегодня же озабочусь билетами, постараюсь взять в первый ряд.

— Но первый