Связи решают все - Алекс Русских

опасается муток с золотом, потому как статья специальная в уголовном кодексе имеется за номером 167 «Нарушение правил разработки недр и сдачи государству золота». Даже за несколько грамм до двух лет могут дать или, если очень повезет, то штраф впаять. А если насчитают на крупный ущерб, то тут до пяти лет с конфискацией имущества.

Как в подобном случае говорил Вицин в комедии «Операция „Ы“ и другие приключения Шурика»:

— Не пойдет.

Кадр из всенародно любимой советской кинокомедии «Операция „Ы“ и другие приключения Шурика» 1965 года

И это статья как раз для геологов и старателей. Если же самовольно кто моет, то там еще больше ответственность идет. В СССР золото к валюте приравнено, так что вплоть до вышки.

Откуда знаю? Ну, так нам же доводили про недопустимость хищений социалистической собственности. С золотом работаем же, без инструкции никак. Россыпи ведь как разведывают? Бьют шурфы, грунт из них промывают на лотке. Остаток называется шлих. Там не только золото может оставаться, но и другие тяжелые минералы. Так вот пробы складываются в специальные мешки и опечатываются, в журнал маршрута вносится, где и когда брали пробы. Сам процесс промывки проходит под присмотром помощника начальника партии, он же отвечает за сохранность образцов и заполнение маршрутного журнала. Например, если я вношу записи, то Марат их внимательно проверяет прежде, чем поставить подпись.

Это не все, в лагере имеется радиостанция, на которой тоже работает Марат. Связь ежедневно, докладываем, что все в порядке, происшествий нет, а заодно и отчитываемся о взятых пробах. По возвращении всех обязательно опросят, в партии обязательно пара стукачей есть, которые обо всех подозрениях тут же доложат. Вполне возможно, что Васек один из них, таких приблатненных проще всего на крючок брать, у них обязательно рыльце в пушку.

Интересно, что при Сталине с золотом проще было. Имелись частные старатели. Бери лицензию и мой, только чтобы драгметалл государству сдавал. В поощрение за сданное золото выдавали боны, а на них можно было в спецмагазинах купить импортные товары: продукты, шоколад, ветчину, консервы всякие. И это даже во время войны.

А как Сталин помер, так старателям воздух прикрыли, как и кооператорам, имущество которых в госсобственность забрали. Тогда же и закупочную стоимость золота изрядно понизили. Очень во время правления Хрущева и Брежнева наши власти опасались, как бы кто честным трудом капиталов себе не нажил. В результате капиталы начали наживать нечестным путем в сфере торговли, в первую очередь. Заодно цеховиков расплодили. Подпольных миллионеров сейчас не так и мало, многие даже особо не скрываются. Только большие деньги куда тратить? Есть два варианта: пропивать-проедать в ресторанах и скупать антиквариат. Очень оба направления нынче популярны. В общем, классическое: «хотели, как лучше, а получилось, как всегда».

Кстати, в статье о нарушении правил разработки не только о золоте идет речь, но и о других драгметаллах, а еще о драгоценных камнях. Но с ними проще. Нет, алмазы, рубины, изумруды — с ними строго, а вот на камни, которые относятся к полудрагоценным, особо внимания не обращают. Помню, отцу два крупных ювелирных граната знакомый геолог подарил, с голубиное яйцо они были. Красивые камни, темно-красного цвета, была мысль у меня ювелиру их сдать, огранить. Увы, при переезде на старой квартире оставили. Впрочем, чего уж теперь, нынче у меня новая жизнь.

Насчет Витька я Марата предупредил с глазу на глаз. Не потому, что он мне не нравится, просто, если его с золотом поймают, неприятности будут у всех. А так попросил приглядывать на всякий случай. Пирит — не криминал, сколько хочешь бери, но он-то делал это тайком.

Друза пирита с кварцем

Марат явно разговор с Витьком провел, что привело к тому, что парень стал на меня волком посматривать. Я, от греха подальше, начал свой рюкзак особым узлом завязывать. Если не знать, то вряд ли развяжешь. Мало ли, стырит что-нибудь или, наоборот, подложит, что может оказаться еще хуже. Подобные типы на такие штуки горазды. Ну, и оружие всегда при мне. К счастью, на момент разговора мне всего неделю оставалось доработать и практика будет закрыта.

* * *

Тридцатого я работы завершил, мне начальник партии дневник практики подписал. Я со всеми попрощался. К нам как раз машина пришла с припасами. Это я пост сдал, а мужики еще весь август будут пахать, да еще и часть сентября могут прихватить, если морозы не ударят, поэтому без снабжения никак. Ну, а меня обратным рейсом подкинут до геологической базы. Заодно я доставлю мешки с образцами.

Чуть не поругался с начальником, потому что я каждый мешок принимал со всей тщательностью, осматривая, чтобы не было порезов, прорех, и опечатано все тщательно. Как Лелик из «Бриллиантовой руки» говорил:

— По всей форме: опись-протокол, сдал-принял… отпечатки пальцев!

А иначе никак, иначе потом в колено-локтевую позу поставят и доказать, что не верблюд, будет крайне сложно. Ну, я-то с моими знакомствами, думаю, отобьюсь, не станут гнобить известного писателя, но все равно неприятностей поимею, еще на материк вовремя улететь не смогу.

Нам припасы на УАЗике привезли — понятно, не гонять же из-за потребностей десяти человек грузовик. А «бобик» отличается неприхотливостью и высокой проходимостью. Вот с комфортом дела похуже. Приходилось в свое время слышать, что эфиопы специально закупали у нас УАЗы. Потом они на их шасси английские ленд-роверы переставили, совместив проходимость российских внедорожников с комфортом западных.

Ко всему прочему, «буханка» еще и тем хороша, что починить ее можно на коленке, даже посреди тайги. Худо-бедно, но после импровизированной починки до места доедет.

Рядом с водителем садиться не стал, в салоне как-то удобнее. Там пара матрасов обнаружилась, видимо, специально для ночевки. Я их постелил друг на друга, рюкзак под голову сунул и, не обращая внимания на тряску и завывания двигателя, придавил на массу. Считай, почти месяц нормально выспаться не мог, неудивительно, что меня сморило.

Проснулся оттого, что шум затих. Открыл глаза — машина стоит на берегу ручья. Водитель примус на улице раскочегаривает.

— О, проснулся, — смеется, — Я уж думал, что так до самой базы проваляешься.

— Да, я думал, что приехали уже, — сообщил ему, позевывая.

— Да не, — еще часа четыре дороги, — махнул рукой водила, — Надо перекурить, чайковского погонять. У меня хороший, индийский.

Я тоже в дело включился, пока он примус настроил,