Титан VIII ранга - Павел Вяч

Не скажу, что смог сжечь всю эту ораву, но как минимум 90% немертвых грызунов обратились в прах. Пламя сжирало их, словно семечки, ну а осуществляющие управление культисты спохватились слишком поздно.

По итогу, грызуны оказались практически уничтожены, и лес, к моему облегчению, так и не загорелся.

Впрочем, учитывая, какая концентрация Тьмы здесь была — и неудивительно.

— Кажется, я уже близко, — пробормотал я, продолжая свой путь.

Деревьев стало меньше, но теперь все они были чёрные и липкие, словно их несколько десятилетий пропитывали Тьмой. По земле стелился белёсый туман, и он, признаться, напрягал меня больше всего.

И не из-за своего неприятного цвета, который сразу же напомнил мне Школьное Испытание на выбывание, а из-за того, что скрадывал все звуки и силуэты.

Если верить Севасу, то до этого участка леса не доходил никто из разведчиков. А раз так, то я почти у цели. Дремучие заросли оказались далеко позади, и всё, что мне осталось — найти алтарь.

— Х-х-х-х-р-р-р-ра!

Показавшиеся из тумана силуэты костяных медведей ясно дали понять — что-то я раскатал губу.

Впрочем, увидев медведей и волков, я даже обрадовался — по крайней мере, не придётся бегать по лесу, будто я разворошил осиный рой!

— Откровенно говоря, — протянул я, поудобней перехватывая кинжал. — Выглядите вы паршиво. Но ничего, мы это сейчас быстренько поправим.

Если я правильно понял, местные культисты во главе с королевским алхимиком не просто клепали нежить из лесных зверей, что называется, на поток, а проявили фантазию. Иначе, чем можно было объяснить, что один медведь словно собран из костяных пластин и шипов, второй больше походит на тухлый кусок гниющего мяса, а третий и вовсе смахивал на какого-то франкенштейна?

— Х-х-х-х-р-р-р-ра!

Для своей комплекции, медведи двигались необычайно быстро и, что самое неприятное, действовали в тандеме с волками.

Я не стал дожидаться, когда нежить нападёт на меня со всех сторон, и сам бросился вперёд.

Лунный клинок тускло сверкнул, и левая лапа костяного мишки упала на землю. Вот только на этом мои успехи и закончились.

Атаковавшие со спины и с боков волки повисли на мне, словно игрушки на новогодней ёлке, и я с зарождающимся страхом почувствовал — челюсти этих тварей хоть и с трудом, но прокусывают мою кожу!

А следом на меня налетели два мишки — гнойный и франкенштейн.

Их удары лапами заставляли морщиться, а челюсти сжимались так, будто это был кузнечный пресс! Как будто этого было мало, мерзкий гной брызгал во все стороны и, попадая мне на кожу, шипел, словно кислота.

В нос сразу же ударил какой-то тошнотворный запах, и я почувствовал, что моё сознание начало плыть.

Стиснув зубы, я задержал дыхание и, крутанувшись на месте, достал из Инвентаря Воздушный шлем.

Схватив его на манер кастета, я ударил вокруг себя Ветвистой молнией — как быстро она всё-таки пригодилась! — и перешёл в контратаку.

Часть волков сгорели после попадания молнии, часть потеряли лапы или рёбра, ну а медведи разве что замерли ненадолго.

Но мне хватило и этих нескольких мгновений.

Воздушный шлем летал, словно молот, поражал всех вокруг электрическими разрядами, а Лунный кинжал порхал у меня в руках, словно перо. Я не собирался недооценивать противника и давать ему шанс.

Лунная сталь пластала медведей и волков, а Воздушный шлем служил отличным шокером.

Вот только количество врагов почему-то не уменьшалось…

Я бил нежить молниями — увы, но подчас они их даже не замечали — пластал Лунным кинжалом — это было эффективней всего — но немёртвые всё пёрли и пёрли.

Время от времени я вынужденно вдыхал в себя тошнотворный воздух и с нарастающей паникой отслеживал, как мутнеет моё сознание.

Склянки с алхимическим огнём ушли на мелочь, и всё, что у меня оставалось — зелья Исцеления да несколько колб с кислотой.

И да, кислота отлично уничтожала любых костяных медведей, но её было слишком мало.

Единственное, что меня радовало — чем больше нежити я упокою сейчас, тем легче придётся Морозову. За него, честно говоря, я особо не волновался, а вот за женщин и детей, признаться, немного переживал.

Махнув очередной раз перед собой Лунным кинжалом, я не сразу понял, что не почувствовал никакого сопротивления!

Шлем заливал тошнотворный гной, и видел я с большим трудом. А ещё меня то и дело мутило, безостановочно кружилась голова, а руки время от времени начинали жить своей жизнью.

Не выдержав, я скинул с себя шлем и огляделся по сторонам.

Пока шла битва, я и не заметил, как сместился ещё глубже в центр Тёмного леса, и белеющие сквозь туман кости и разлагающиеся куски мяса показывали мой путь.

— Вот это автопилот, так автопилот, — проворчал я, чувствуя, как меня тошнит. — И вообще, кто не спрятался — я не виноват…

Не сдержавшись, я упал на колени, и меня вырвало недавним обедом.

— Вот же гадство…

Я с жалостью посмотрел на чуть помятый шлем и убрал его в Инвентарь, взамен вытащив флягу с водой.

И только когда я наконец смыл с себя всю эту гадость — костяную крошку, протухший жир, гниющее мясо и липкую шерсть — мне немного полегчало.

— Ну что, культисты, — прошептал я, поднимаясь на ноги. — Пока что два ноль в мою пользу…

Привычно усмехнувшись своему голосу, я, пошатнувшись, шагнул вперёд.

По идее, оставалось пройти совсем немного, а большинство козырей королевский алхимик уже выложил. А раз так, то…

— Да ладно, — прошептал я, теряя предыдущую мысль. — Мне это кажется или нет?

Туман, который после уничтожения нежити стал не таким густым, немного расступился, и я увидел вдалеке сияющую Тьмой каменную плиту.

— Вот ты и попался, королевский алхимик… — пробормотал я и, собрав все свои силы в кулак, направился на негнущихся ногах к алтарю.

Глава 27

— Стой!

Поначалу мне показалось, что это очередная слуховая галлюцинация, вель за последние несколько часов я потерял счёт всем этим голосам, которые постоянно ко мне взывали.

— Стой, Титан! Давай договоримся?

Но чем ближе я был к алтарю, тем громче у меня в голове раздавался этот противный голос.

— Да стой, тебе говорю!

— Ты это мне? — на всякий случай протянул я, раздумывая про себя, есть ли смысл пить стандартный антидот.

С одной стороны, смысла вроде как и не было —