"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

– Отлично! Тогда за работу!

И мы поработали.

Читатель, вы, возможно, слышали, что я выучил язык мерикани за несколько дней. Это не так. Я учил древний английский в детстве – и рассказал вам об этом. Это Валка выучила его за неделю. Подробности нашей жизни с веками смазались, смешались, и мы стали как бы едины в умах жителей Галактики. Боюсь, я не отдал ей должное в достаточной степени, до сих пор не уделил нужного внимания ее работе: тому, как она учила сьельсинский с Танараном, пока я спал, как годами изучала сканы и голограммы, полученные после сражений со сьельсинских кораблей, и так далее… Но я не сделал этого отчасти потому, что всего не помню, и отчасти потому, что для описания того, что Валка узнала о сьельсинах за годы, проведенные нами вместе, понадобилась бы отдельная книга.

Того, что она выяснила о мерикани за несколько лет в Нов-Белгаэре, хватило бы на дюжину томов, но мы не написали об этом ни строчки. По приказу примата Арриана полдесятка кураторов денно и нощно сторожили врата архива Гавриила, чтобы удостовериться, что никто, кроме моей группы, не попал внутрь и что ни один документ не был оттуда вынесен. Двери оставались открытыми, но перед ними возвели проволочный забор и ворота – для того, чтобы архив оставался в безопасности, чтобы бомбы Тора Арамини не пришлось приводить в действие.

Я лишь вкратце расскажу о тех днях в архиве. Бо́льшая часть из того, что мы обнаружили и прочли, была не важна. Записи о неизвестных людях, местах и событиях. Почти все микропленки давно сгнили, документы рассыпались в пыль под пальцами в перчатках, заставляя нас полагаться на более тонкие инструменты.

Валка с каждым днем сияла все ярче. Доктор попала в родную стихию, и ее радость была заметна всем. Я раздумывал, почему схоласты ее терпят. Они знали, что она тавросианка. Быть может, недооценивали точность ее памяти, а может, в глубине души хотели, чтобы тайны их библиотеки вышли наружу.

Кто знает? Я не спрашивал ни Арриана, ни Имларроса, ни даже Гибсона. Нам позволяли читать и изучать, предоставляя столько времени, сколько нам заблагорассудится. Никто ничего не запрещал, никто нас не вызывал.

Прошел год, затем другой.

Пока мы с Валкой с помощью Гибсона и Варро перелопачивали архив Гавриила, солдаты наслаждались заслуженным отдыхом. Как мне потом сказали, узнав новости, весь «Тамерлан» ликовал. А когда Корво сообщила, что дни, проведенные на Севрасте, зачтутся в срок службы, ликовал вдвойне. Из-за войны со сьельсинами обязательную двадцатилетнюю службу заменили на пожизненную, но все солдаты все равно считали дни в надежде, что бесконечная война однажды закончится.

Генерал-губернатор позволила разбить лагерь на Фессе – одном из необитаемых островов архипелага. Первые отпускники разместили там сборные казармы и служебные постройки, рассчитанные на одновременное пребывание до пятисот взводов. Каждая группа оставалась на острове полгода: солдаты купались, рыбачили и охотились в местном лесу. Небольшим группам было позволено плавать – в прямом смысле – с Фессы на соседние острова: Рачу, Джару и Гурру, жители которых были рады принять по полсотни солдат, готовых поделиться военными историями и звонкой монетой. Не знаю, сколько незаконнорожденных детей появилось у рыбацких дочек за эти годы, но, когда пришел мой черед посетить Фессу, я нередко видел девушек, втайне входящих в казармы или уединяющихся с солдатами под деревьями на часок или на целую ночь. До сих пор на Ээе можно услышать, как кто-нибудь с гордостью хвалится, что в его жилах течет кровь солдат Марло.

Кровь Дьявола.

Дьявол… Так меня прозвали с рождения, а потом стали звать императорским Демоном в белом. Но я встречал настоящих демонов – сьельсинов и машины.

Я не такой, как они.

Глава 58

Затерянный остров

Архив Гавриила скорее напоминал не архив, а кладовку. Артефакты со Старой Земли, о которых престол и Капелла предпочли забыть, были сложены как попало, без присмотра.

Но мы нашли документы, отчеты техников службы Авалона, датированные первым тысячелетием, а также дневники мужчин и женщин, штурмовавших великие пирамиды машин на Земле. Даже они были запутанными. Поврежденные микропленки, изъеденные временем копии страниц, откуда были удалены целые абзацы, в то время как оригиналы были либо утрачены, либо спрятаны в других папках архива. Во многих говорилось о прикованных к постелям телах, соединенных вместе проводами. О целых хранилищах тел, жизнь в которых поддерживалась только при помощи внутривенного питания.

Матрицы.

На блеклых фотографиях можно было видеть надутые тела и распухшие от странных опухолей трупы. Они напомнили мне о Братстве, ужасном создании с многочисленными ветвящимися руками. Слишком много рук. Слишком много локтей. Неудачный генетический эксперимент? В других докладах описывались пустые города и континенты. Вся Земля была опустошена, чтобы заполнить жуткие пирамиды.

Ни в одном из документов не объяснялось зачем.

Я уже говорил, что архив Гавриила опоясывал основание шахты огромной библиотеки, но это лишь упрощение. От главного кольца ответвлялись, подобно спицам колеса, коридоры, что вели во внешние хранилища и отсеки, входы в которые были запечатаны. Схоластам потребовались месяцы, чтобы открыть их, не потревожив реликвии. Но в тех залах мы не нашли ничего нового.

Я испытывал разочарование. Валку же это не беспокоило. Прошло три года, а ее рвение ничуть не ослабло. Пока я блуждал по залам архива Гавриила, занося на карту все боковые проходы и повороты, она терпеливо, в течение долгих часов листала страницы документов, сидела на ржавом табурете, просматривая микрофильмы и открывая одну ячейку хранилища за другой. Она даже не замечала, что меня нет рядом.

– Подумать не могла, что у мерикани было столько внеземных колоний, – сказала она как-то, отвлекаясь от распечатанного на прозрачной бумаге досье. – Пятьдесят две! И всех их можно было достичь на субсветовой скорости!

Я поднялся с пола. Глаза устали от чтения, мысли рассеивались после трудового дня.

– Пятьдесят две? – Количество показалось мне знакомым. – Это число уже где-то всплывало.

– Дочери Колумбии, – ответила Валка, не отвлекаясь от работы. – Их было пятьдесят две. Другие… ну, вы бы назвали их деймонами. Впрочем, anaryoch кого только так не зовут.

Другие деймоны.

Другие дьяволы…

– По одной на каждую колонию? – Я встал за ее спиной, скрестив руки.

– Олимпия, Денвер, Балтимор, Атланта… – перечисляла Валка, не читая, – по крайней мере, не то, что было написано на открытой перед ней странице. Я не видел ее лица, но по интонации понимал, что она цитирует прочитанное прежде. –