Фантастика 2026-90 - Василий Седой

Эти слова произвели впечатление на всех. И это было правдой.

По прилету я обязал пилота вертолета доставить Федора в частную клинику и заплатить хирургу за молчание. Для этого перевел на карту пилота достаточную сумму. А после сказал ждать на месте посадки. Рядом с добавочной полосой аэропорта находился специальный гостиничный домик для членов летной команды Валентина, где они находились. Мне не хотелось, чтобы вертолет возвратился на остров.

Для экипажа лайнера я так же исказил пространство и предстал в образе брата. Выпрямил спину, поправил узел несуществующего галстука и холодно приказал взять курс на остров Исландию.

Пока все получалось и шло по плану, исключая ранение Федора. Конечно, мое состояние было схоже с комком нервов, сжавшимся от сумасшедшего напряжения. Я очень хотел каждый шаг делать первым, быть немного впереди, потому что если первым шагнет мой брат — мы проиграем.

Нас ожидал многочасовой перелет. Оглядев друзей, я улыбнулся: каждый сел рядом с тем, кто дорог. Леон обнимал за плечи нашу упрямицу Стефанию, которая вела себя теперь кротко и сидела, задумчиво опустив взгляд. Эвелин ютилась в крепких объятиях Серафима, а счастливый Януш прижимал к себе застенчивую хрупкую Николь.

Мия сидела рядом со мной. Я украдкой оглядел до боли знакомый силуэт сгорбленной фигурки и не сдержался — накрыл своей ладонью бледную ладошку, осторожно переплетая наши пальцы. Мия не одернула руку. Она переплела свои пальцы в ответ. Это был отклик. И он так много значил для меня. Мия никогда не позволяла себе ничего чувственного, а сейчас дала понять, что она со мной. Ее сердце рядом, и оно чувствует то же самое.

Мы вырвались из плена моего брата, разорвали узы со страшным островом Северный Брат и получили свободу. И сейчас направляемся в Главные Врата, чтобы сделать финальный шаг и победить. Мы так долго к этому стремились, с тех пор, как наш союз стал союзом, с того момента, как пришло осознание страшного будущего, которое строит мой брат. И вот, это происходит.

Я был бы счастлив. Был бы счастлив этому событию, этой долгожданной свободе и близкой победе, если бы не летел сейчас на свою смерть. И на смерть своей любимой.

Глава 10

Поворот

Я буду там же, где ты

Чем дальше мы улетали от острова, тем свободнее чувствовали себя ребята. Мне же наоборот становилось все тревожнее. Я потерял связь с Валентином и больше не видел его, не знал, что он сейчас делает и где находится.

Уже наступил рассвет, возможно, в этот самый момент мой брат узнал, что нас нет, увидел мои проекции и собирается в погоню. Знает ли он, куда мы направились? Наверное, знает. Ведь если он увидел весь мой обман — понял, что я играл с ним все это время. И в этот раз глава тринадцати вряд ли будет снисходителен.

Неожиданно Стефания тронула мой локоть, она сидела по другую сторону от меня и до этой минуты молчала и смотрела в пол.

— Марк, прости меня. Я столько натворила… Меня готовили, как двойного агента. Я должна была работать на их сторону. И это помешательство с Томасом… Мне словно выключили сознание. Теперь память об этом сохранится до конца моей жизни. Знаешь, я думала, что уже не важна в союзе. Ведь ты получил столько сил и способностей при коронации. Ты один больше всего союза и легко справишься с любой сложностью.

Я удивленно посмотрел на Стефанию и покачал головой:

— Все мои способности от тьмы. И сколько бы их во мне не было, тьма не может уничтожить тьму. Какие бы способности меня не наполняли, они никогда не заменят возможности человеческой души и человеческого сердца. Я говорю сейчас о тебе. Потому что ты важна. Важны твои чувства и желание победить. Для союза важна ты, а не способности. Если тебя нет, все остальное не имеет смысла.

— Никогда не думала в таком ключе. Этот факт для меня как таблетка для исцеления. После того, что я… После моего…

Стефания замолчала и снова опустила голову. Сколько перемен за короткий срок пришлось пережить этой девушке. Мне знакомы такие резкие скачки восприятия, когда мир переворачивается с ног на голову, а потом снова на ноги. Подобное нелегко сразу принять. И Мия усилила это убеждение до состояния шока. Все были под впечатлением, но я особенно, поэтому сейчас решился на вопрос.

— Можно спросить? Что ты видела в тот момент, когда Мия держала тебя за плечи? Что с тобой происходило?

Услышав это, Стефания замкнулась и помрачнела. Она стала смотреть перед собой с таким видом, будто снова переживала ту ситуацию. Пауза затянулась, и я пожалел о своем вопросе. Было очевидно: это причиняет особую боль. Через время Стефания стала качать головой, глядя все в ту же точку, и после тяжелого вздоха тихо произнесла:

— Она показала мне реальность. Я спускалась в ад.

Этих слов хватило, чтобы понять степень правды, которая была показана. Мия не стала смягчать или скрывать, и это подействовало лучше всех словесных доводов.

Мы совершили посадку на запасной полосе аэропорта Рейкьявика, и я также приказал пилоту с командой ожидать на месте. Не посмеют же они ослушаться господина Штефана. Предварительно пришлось временно остановить функции раций в нашем лайнере, на всякий непредвиденный случай.

Дорога до места Северной Точки была самой сложной и выматывающей. Но мы держались. Как уставший спринтер при виде финишной ленты впереди. Знали: это последний рывок, а там ждет победа.

— Ты готовишь будущее для нас? — тихо бросил Серафим, поравнявшись со мной. — А себя в это будущее не включаешь?

— В приоритете — выполнить функцию, — словно автомат ответил я, глядя вперед.

— Марк, сделай все, чтобы остаться на нашей стороне. — Серафим с отчаянием тряхнул светлыми кудрями. — Не может быть, чтобы не было выхода. Так ведь не правильно.

Окинув горизонт взглядом, я «наступил себе на горло» и ответил:

— Будет так, как должно быть. А я лишь часть, которая меняет целое. Не заботься обо мне, мы меняем будущее. Это больше.

Ответив словами Мии, я знал, что она слышит меня, потому что идет рядом. Но у меня не было другого ответа. Хоть такая версия была невыносима для моего сердца, она оставалась единственной разумной. Что поделать. Наверное, я родился для этой цели.

На одном из отрезков пути Николь остановилась и замерла.

— Ну, ты чего? — спросил Януш, склоняясь и заглядывая в лицо любимой.

— Мне