"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

что мои люди – мои друзья – счастливы. Они это заслужили. Помню, как однажды вечером сидел у костра, в очередной раз слушая рассказ Паллино о потере глаза и трамвайной охране, и смеялся, хотя знал его наизусть. Рядом сидел Лориан Аристид, перешептываясь с какой-то девушкой-плебейкой. Затем они скрылись в темноте, а когда вернулись – весьма растрепанные, – один солдат вручил молодому офицеру пиво.

Они заслуживали мира. Заслуживали большего, чем я мог дать.

Но к добру или худу, никому из нас не воздается по заслугам. Это мое благословение – и их проклятие. Я недавно был на Фессе. Дома по-прежнему стоят. Эти сборные конструкции из пластика и алюмостекла были сделаны на века. Их не трогают. Я блуждал там одиноким призраком, слушая отголоски веселого гиканья и смеха, криков и песен. Но они остались в прошлом.

В прошлом.

Глава 60

Возвращение в библиотеку

– Здесь должно быть что-то еще… – повторила Валка в тысячный раз.

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как мы вернулись в Нов-Белгаэр. Я не сразу стал посещать пыльный архив, а вот Валка принялась за работу с прежним рвением, перебирая папки и картотеки с отрешенностью робота.

– Столько всего… бесполезного. Данные переписей населения колоний, грузовые и налоговые декларации… Зачем нужно хранить генетические карточки всех эмбрионов, отправленных на Атланту… – покосилась она на декларацию, – в две тысячи девятьсот шестьдесят четвертом? Когда это вообще было? За тысячу лет до Адвента?

– Приблизительно, – ответил я, хотя, по моим прикидкам, разница составляла около восьмисот лет. В те времена, пока погруженное во тьму человечество не преодолело скорость света на одиноком Авалоне, все происходило медленнее, чем сейчас.

– Зачем это засекречивать? Зачем запечатывать в хранилище под библиотекой на краю света? Это того не стоит! – Валка размахивала древним документом, словно доказательством вины; кристальная бумага замялась. – Всем известно, что мерикани первыми стали пользоваться хранилищами эмбрионов для заселения колоний. Консорциум до сих пор так делает! Это не тайна! – Она умолкла и зажала нос рукой в хлопковой перчатке. – Не понимаю anaryoch. Вы что, кладете под замок абсолютно все, на чем написано «мерикани»? А я думала, эти люди – ученые. Заниматься наукой – значит изучать, а не закрывать ваши чертовы глаза! Это просто статистика! Она не выскочит и не набросится на вас!

К счастью, мы были одни. Мне не хотелось выслушивать очередные дебаты между Валкой и Тором Имларросом или сократические хождения туда-сюда между Валкой и Гибсоном. Я устал и разделял негодование Валки в отношении того, как шли наши дела. Мы пробыли на Колхиде уже почти шесть лет.

– Здесь должно быть что-то еще… – повторила Валка. – Гавриил же не был идиотом? Не мог не знать, что за данные у него в руках? Зачем строить такое подземное убежище, чтобы хранить в нем налоговые декларации давно рухнувшей империи? – Она уставилась на меня. – Или вы все конченые параноики?

Я посмотрел на нее и развел руками:

– Валка, ты знаешь, что мерикани собой представляли. Ты видела Братство.

– Братство… – произнесла она сердито, а после добавила несколько ругательств на нордейском и своем родном пантайском. – Оно бы нам сейчас пригодилось. По крайней мере, оно отвечало на вопросы. А здесь нам приходится рыться в тоннах грузовых деклараций.

– Нельзя сказать, что мы абсолютно ничего не узнали, – попытался воодушевить ее я.

Отчасти я был прав. Мы узнали о Золотом веке многое, чего я прежде не знал. Фелсенбург пришел к власти благодаря обещаниям положить конец войне мерикани с евразийскими и восточными силами. Объединил свою разрозненную страну и добился, чтобы ее власть распространилась от полюса до полюса и даже до земного спутника. Освободил порабощенную Европу, однако ее короли, бывшие в изгнании на спутниках Юпитера, не вернулись, а, напротив, бежали еще дальше от Солнца, на планеты вроде Авалона. Его прозвали Освободителем, несмотря на то что он стал первым мериканским правителем, не освободившим свой трон и не покинувшим Белый дворец по истечении срока. Нарушив четырехсотлетнюю традицию, он удерживал власть до самой смерти и назначил наследницу престола.

Свою дочь, богиню компьютеров Колумбию.

Ее имя означало «мир», и она его принесла. Пятьдесят две ее дочери отправились к звездам, чтобы построить новые города на новых холмах, белые, сияющие под своими пирамидами. Дочери машин преломили хлеб с человеческими королями-изгнанниками, и на время воцарился мир. Под властью машин человечество прекратило все войны, забыло о голоде и болезнях – лишь смерть не смогло победить. Колумбия разработала генетические улучшения, ставшие основой современных процедур по продлению жизни. В железные руки машин было отдано руководство и обслуживание всего, начиная с производства пищи и заканчивая градостроительством. Человечество наконец добилось всеобщего порядка, отдав взамен сущие пустяки – свое достоинство и свои души. Те, кто создал машины, стали вроде домашних животных, вроде овец, которых погоняли те, кого человек некогда погонял сам.

Машины взяли под контроль даже деторождение. Дети появлялись на свет в резервуарах наподобие того, из которого родился я. Святая Мать-Земля, эту технологию придумали машины! Немудрено, что Капелла столько скрывала.

В конце концов машины захватили все, и мужчины и женщины удалились в виртуальные сны, живя подобно гомеровским лотофагам, не зная истинной жизни со всеми ее радостями и невзгодами. Человечество имело все, что хотело, и бесконечное время, чтобы этим наслаждаться. Какая разница, что все это было ненастоящим?

Мы не нашли ни одного документа, в котором объяснялось бы, почему машины обратились против своих создателей.

Но это произошло, и вскоре машины, обслуживавшие мечтателей, собрали их в кучу. Сначала в белые пирамиды, построенные дочерьми Колумбии на Земле и в мериканских звездных колониях, отправили старых, затем молодых. Одного за другим, пару за парой, двадцать за двадцатью их вносили в покои хозяев-машин.

Никто не возвращался.

Но Валке этого было мало. Мы закончили работу и отправились спать, а наутро с первыми лучами солнца, выглянувшего наконец из-за Атласа, чтобы пролить свет на Колхиду, начали снова. И снова. Мы зашли слишком далеко и ждали слишком долго, чтобы безуспешно завершить наше пребывание в Имперской библиотеке. Мы опасались, что второй раз доступ сюда нам уже не дадут.

Проходили месяцы, годы.

Наверху спящим «Тамерланом» продолжал командовать ночной капитан Халфорд. Всех остальных, кто вернулся после пребывания на холмах и берегах Фессы, погрузили в ледяной сон, где им предстояло дожидаться результатов нашей работы в архиве Гавриила. В конце концов остались только мы с Валкой, наши телохранители, включая Паллино и Сиран, и принц Александр. Даже Тор