Тени Тегваара - Дмитрий Анатольевич Гришанин

— Уважаемый, Хозяин, вы, вероятно, не правильно меня поняли, — залебезил перепугавшийся сосед.

— Молчи, накажу, — осадил Хозяин.

Очкарик послушно заткнулся. Хозяин продолжил:

— Мне нужен еще один храбрец, которому не понравилось кино.

На этот раз ответом стала гнетущая тишина. Сомнительные лавры соседа Артема не прельстили никого за столом.

— Что, всем понравилось? То-то рожи такие кислые, и под стульями наблевано. Трусы. Ну не хотите добровольно, сам выберу. Господин Дубишин.

— Я? — испуганно пискнул молодой человек, почти мальчишка, лет шестнадцати, сидевший в центральной части стола. — Но почему я?

— Ты самый молодой из моих гостей, господин Залейкин — самый старший. Будет забавно понаблюдать за тем, как вы будите колошматить друг друга. Чтобы подбодрить вас, скажу по секрету, что через такой бой-спарринг сегодня пройдут все за столом. Без боя я никого отсюда не выпущу. Вы будете первыми, и раньше других вернетесь в свои комнаты. Где спокойно, тихо и хорошо… Но пока вы здесь, слушайте и исполняйте. Залейкин, Дубишин, выйдите в центр.

Очкарик и парнишка, понурив головы, вышли во внутренний полукруг стола. Стоя рядом друг с другом, они представляли весьма колоритную парочку. Оба худые, нескладные. Молодой чуть повыше ростом, пошире в плечах. Старый пожилистей.

— Слушайте правила. Драться придется голыми руками, никаких подручных средств. Можете пользоваться любыми приемами, в том числе кусаться и царапаться. Ваша цель — как можно быстрее и эффективнее отключить противника. Даже не пытайтесь изображать бессознательное состояние, обмануть меня у вас не получится, и за симуляцию будете сурово наказаны. Если кто-то в бою испугается и попятится от противника, господин экзекутор вернет трусу потерянную смелость. За пределы очерченного столом полукруга до конца боя выходить запрещается. Вот, собственно, и все. Вам понятно?

— Понятно, — пробурчали первые гладиаторы.

— Тогда раздевайтесь и по моей команде в бой… Ну, чего встали? Давайте, быстренько стягивайте всю одежду.

— Как же мы, голые будем? — пробормотал ошарашенный приказом, красный, как рак, Дубишин.

— Уважаемый, Хозяин, может мы прямо так, — поддержал молодого сорокалетний.

Вместо ответа на спины несчастных первопроходцев посыпались удары невидимого хлыста экзекутора.

Схлопотав по два на брата, поединщики покорились неизбежному злу и разделись до трусов, сложив одежду на пол аккуратными стопочками.

— Я сказал всю одежду, — напомнил неумолимый механический голос. — И это тоже снимайте… Вы плохо меня слушали. Я же сказал — в бою не должно использоваться никаких подручных средств. За одежду может ухватиться ваш противник. Она смягчит наносимые вам удары. Поэтому от нее нужно избавиться, — снизошел до объяснения Хозяин.

Поединщики стянули трусы и, сгорая от стыда, встали напротив друг друга, прикрывая руками сморщенные от страха достоинства. Зрелище было комическое, но никто не смеялся. Памятуя обещание Хозяина, каждый примерял на себя покрытую гусиной кожей «шкуру» поединщиков.

— Встаньте нормально, до писек ваших никому здесь дела нет, — распорядился Хозяин.

Поединщики неохотно подчинились, убрали руки с причинных мест и вытянули их вдоль туловища.

— Очки сними, — посоветовал Залейкину Хозяин. — Мой опыт подсказывает, в бою они могут разбиться и серьезно тебя поранить.

Мужчина снял очки и положил их поверх стопки одежды.

— Отойдите друг от друга на пять шагов, — снова распорядился механический голос. — Все, стоп. Повернитесь друг к другу. На счет три атакуйте противника. Раз. Два. И пусть победит сильнейший! Три!..

Артем был поражен с какой дикой, звериной яростью эти два с виду интеллигентных человека кинулись друг на друга. Он-то предполагал, что экзекутору придется весь бой подстегивать то одного, то другого, и победит тот из них, кто сможет дольше выдержать порку бичом. Но куда там. На счете «три» противники оглушительно завопили и ринулись в атаку безо всяких бичей. Ни тот, ни другой не думали наносить удары, оба, будто сговорившись, вцепились друг дружке в горло, рухнули на пол и хрипящим клубком стали кататься взад-вперед.

Выносливость зрелого мужчины победила силу юнца. Мальчишка вдруг страшно захрипел, его руки соскользнули с горла противника и бессильно шлепнулись на пол, глаза закатились, язык высунулся, из уголка рта потянулась струйка слюны.

А вошедший в раж Залейкин продолжал плющить горло несчастного. Лишь удар хлыста по спине привел обезумевшего дядьку в чувство и заставил отпустить горло захрипевшего парнишки.

— Победил господин Залейкин, — провозгласил в воцарившейся тишине Хозяин.

— Мальчик, что с тобой! — закричал вдруг словно очнувшийся от транса победитель. — Ты почему лежишь? Вставай! — Он бросился было к безвольно распластавшемуся на паркете телу, но был отброшен прочь невидимым экзекутором.

— Ты здорово его помял. Он в глубоком обмороке, — пояснил Хозяин. — Но жить будет.

— Слава богу! — от облегчения ноги победителя подкосились, и он плюхнулся на пол там, где стоял. — Я уж испугался…

— Что убил его, — закончил за Залейкина Хозяин. — Ты был в шаге. Промедли господин экзекутор пару секунд, и паренек был бы обречен.

— Не понимаю, что на меня нашло.

— Не казнись. Ты честно выдержал испытание боем. Сейчас тебя проводят…

Свет в столовой погас. А когда секунд через десять загорелся вновь, во внутреннем полукруге стола уже никого не было. Вместе с бесследно испарившимися Залейкиным и Дубишиным исчезла и их одежда.

— Ну, кто еще готов пройти испытание? — снова спросил набивший оскомину голос.

На предложение Хозяина откликнулись сразу двое молодых мужчин. Один сидел на стороне Артема, ближе к середине стола, второй — с противоположной стороны, так же как Артем ближе к краю.

Оба рискнувших испытать судьбу смельчака были примерно одного возраста: двадцать — двадцать один год, среднего роста, спортивного телосложения и даже одеты были одинаково в майки и спортивные штаны. На ногах у каждого легкие беговые кроссовки. Различались только цвета одеяния и обувки, и значки фирмы-производителя — один был во всем найковском, другой — в адидасовском.

— О! Дело пошло. Я в предвкушении зрелища, — проскрежетал механический голос. — Прошу, господа, на наш импровизированный ринг.

Оба молодых человека вскочили с мест, с разных сторон обогнули стол и оказались во внутреннем полукруге. Не дожидаясь команды, обнажились, сложили одежду стопками у края стола и замерли в пяти шагах напротив друг друга.

— Приятно иметь дело с толковыми людьми, — похвалил Хозяин. — На счет три сходитесь… Раз…