Целитель. Back in USSR 2 - Михаил Васильевич Шелест

— Ну, вот и приключение! — подумал я. — Давненько я не дрался.

Подошёл официант и привлёк моё внимание, показав глазами на ребят. Я положил на стол сотню. Сева махнул по столу салфеткой и банкнота тут же исчезла. Ребята, наверное, увидели меня, потому что потопали в сторону «моего» столика.

Глава 24

Но подойти к моему столику ребята не смогли. Им преградили «дорогу» другие ребята, вставшие из-за соседнего столика.

— Спокойно! Милиция! — сказал один из них и ловко вынул из внутреннего кармана пиджака маленькую красную «книжицу».

— Пройдёмьте, граждане! — сказал другой «милиционер», оказавшийся ближе всех к «гражданам» и попытался положить ладонь на плечо первому.

Бройлеры-переростки тормознули так, что второй уткнулся в спину первому, а третий второму и рука «милиционера» осталась «висеть» в воздухе.

— А что случилось? — спросил первый «крепыш», тут же превратившись в обычного отдыхающегося. Он даже «сдулся» немного.

— На каком основании мы пройдём с вами? Мы на отдыхе!

— Предъявите ваши документы! — потребовал первый «милиционер».

— Они в номере гостиницы, — неожиданно для меня сказал второй «крепыш».

— Какой гостиницы? — спросил второй «милиционер».

— Этой! Какой ещё? — сказал возмущённо первый «крепыш».

— Пройдёмте на выход, граждане! Там и разберёмся!

Вместе с двумя милиционерами из-за стола поднялись, скользнув по мне взглядом, и их «подруги».

— Симпатичные какие, — отметил я.

Однако, первый «милиционер» что-то шепнул напарницам и они снова сели туда, где сидели.

Крепыши уверенно вышли из зала вслед за одним из, как я уже понял, моих охранников. Я тоже поднялся и зашагал на выход, но самое главное, видимо, пропустил, так как «милиционеры» с задержанными уже что-то обсуждали и никто ни у кого никакие документы не требовал.

— Значит, все свои, — подумал я. — Забавно! И те девочки тоже, значит, «свои»? Пионервожатые, ха-ха…

Так как я раньше много времени проработал и прослужил в Крыму, то знал, что проститутки здесь работают под контролем «конторы» и на «контору». Значит «качки» — местная «контора»? Или не местная? Девочки, действительно, могут быть приезжими. И «мальчики»… Хе-хе… Детский сад, штаны на лямках. Меня отрабатывали? Через документы прикрытия на меня вышли? А зачем на меня выходить через документы прикрытия? Я же Пашка Семёнов! Значит, не меня искали. Не знает же никто больше, что я могу внешнюю оболочку менять. Только Ивашутин знает. Или не только?

— Хреновые у меня документы прикрытия. Не «броня», как говорил герой Евстигнеева в фильме «Собачье сердце». И всякий Швондер при желании может меня попытаться нагнуть. А мне нужна гарантия неприкосновенности.

— Стабецкий правильно сделал, что ко мне людей приставил, — подумал я.

То, что это были люди Стабецкого, я, почему-то не сомневался.

— Прикреплённые, это хорошо, кстати. Ивашутин и это продумал. Интересно на долго мне их прикрепили? И только ко мне, или и к Пашке тоже? Хорошо бы, чтобы и у него было прикрытие.

Мне не хотелось ни подмигивать беседующим «коллегам», ни каким-то ещё образом привлекать их внимание. Я уже давно перерос «щенячьи» забавы. А вот «коллеги» не выдержали проверку на профессионализм и, прервав оживлённую «беседу», проводили меня взглядами.

Поднявшись в номер, я позвонил Стабецкому.

— Александр Львович, добрый вечер, — приветствовал я.

— Это кто? — спросил полковник.

— Я из Ореанды звоню, — намекнул я.

— А-а-а… Юрий Валерьевич! Не узнал ваш голос. Богатым будете. Что-то хотели?

— Есть вопросы.

— Приезжайте. У гостиницы стоят «Жигули» с номером «три-два-семь-три». Вас отвезут.

— Тогда не прощаюсь.

— Жду.

Я тут же вышел, нашёл машину, сел в неё и приехал к Стабецкому.

— Здравствуйте, товарищ Сафронов, — поздоровался полковник, протягивая руку мне навстречу. — Приятно познакомиться.

— И мне приятно снова с вами встретиться, — сказал я улыбнувшись.

Стабецкий шагнул ближе и всмотрелся мне в лицо.

— Вот это работа! — восхищённо сказал он. — Нам бы такого сотрудника! Вы тоже ныряете на тридцать метров?

— Да, — подтвердил я, не раскрывая всех своих возможностей. — Но сейчас не об этом. Мне нужны такие документы, по которым я мог бы полноценно жить и устроиться на работу.

— А эти? — стал серьёзным Стабецкий.

— Эти — засвеченные. Про них слишком многие знают.

— Это тоже хорошие документы, они готовились для реального человека. Он, к сожалению, уже не сможет ими воспользоваться. И не думаю, что эти документы засвечены. Если вы о том инциденте. Что только что произошёл, то это не из-за документов, а из-за вашего внешнего вида. Местные, хм, коллеги приняли вас за гастролирующего карточного шулера. Их на воровском жаргоне называют «каталами». Они приезжают в Ялту не играть, а отдохнуть. Катают они, обычно, где-нибудь на Кавказе или в Москве, в Питере. Вот и ждали его здесь.

— Хм! Я что, похож на него, что ли? — удивился я.

— Коллеги фото шпилёра[1] показали. Ваша охрана говорит, что сильно похож на вас.

— Шпилер — это кто? — не показал я знание уголовного жаргона.

— Шпилер, это — игрок в карты. Не катала — который шулер, а просто профессиональный игрок.

— Так, мой визави шпилер или катала?

— За руку не ловили ещё ни разу. А не пойман — не вор.

— Понятно, — сказал я и нахмурился. Подумал.

— Значит, на мою фамилию и другие документы имеются? Свидетельство о рождении, там, аттестат зрелости? Диплом о высшем образовании? Военный билет, наконец?

Стабецкий вскинул на меня удивлённый взгляд.

— Ну, а как иначе? — сказал он. — Даже квартира в Москве забронирована. Адрес в паспорте указан. Там, правда, сейчас живут, но прописаны в квартире вы.

— И за что такая милость? — спросил я, немного ерничая.

— Вы шутите? — спросил Стабецкий и добавил очень серьёзным тоном. — За заслуги перед отечеством, полагаю!

— Поня-я-я-тно, — сказал я. — Значит, можно спокойно ехать домой? Только ключи от квартиры?

— Там постоянно кто-то есть. Так Пётр Иванович сказал. И всегда кто-то будет, когда вы, хм, вернётесь. Ну и документы будут вас ждать самые «свежие».

— Хм! Нормально продумано! Главное, чтобы эта ваша квартира не проходила по оперативным учётам. Кто за неё платит?

— Ваш двойник. Хм! Не ваш, конечно