Пламя и кровь - Тимофей Афаэль

— Прошу простить, — Нейтан сконфуженно замолчал.

Когда мы вползли на последний этаж, силы покинули даже самых стойких. Зал открылся перед ними во всём своём проклятом величии: гигантский купол, испещрённый звёздными картами, и в центре — пьедестал, окутанный сиянием щита. На нём лежала Печать Богини: диск из чёрного обсидиана, обрамлённый серебряными рунами, которые пульсировали, словно живые

— Здесь тоже ловушка! — сообщил Мирин, разглядывая узор на полу в виде переплетенных линий и рун, сходящихся к пьедесталу.

— Кровь, — догадался Мирин, внимательно осмотрев линии. — Замок требует либо жертвы, либо силы. Сейчас я попробую открыть. Зария, подстрахуй если что.

— Хорошо, — кивнула девушка.

Мирин сосредоточился и положил руки на основание линий, запуская в них свою силу. Линии засветились тусклым, голубым свечением. Сила мага пошла по ним, замыкая руны. Лицо Мирина покрылось потом от перенапряжения. Маг стиснул зубы, но продолжал закачивать силу в механизм.

Когда оставалось совсем немного, он крикнул: — Зария! Еще чуть-чуть, я выдохся!

Девушка положила свои руки на его и тоже принялась отдавать свою силу. Совместными усилиями они замкнули последнюю руну. Механизм щелкнул и щит схлопнулся.

Печать богини парила в воздухе над пьедесталом. Теперь, когда щит рассеялся, ее сияние слепило.

Элия вздохнула и медленно направилась к печати. Протянула руку, пальцы замерли у самого обсидианового диска, а потом святая решилась и взяла печать рукой, снимая с пьедестала.

Эридан внутренне напрягся, ожидая сюрпризов, но ничего не произошло. Больше ловушек древние маги не оставили. Зато они оставили послание.

Рядом с пьедесталом появился высокий старик в мантии. Его фигура была соткана из света. Он осмотрел всех собравшихся в зале и вздохнул: — Это послание для тех, кто рискнул забрать печать от темницы, которая сдерживает сущность, запечатанную в ней. Берегитесь глупцы, ибо не знаете вы, что творите!

— Что это за чудик? — фыркнула Элия, убирая печать в сумку.

— Если сущность освободится из темницы, последует цепная реакция! Другие сущности тоже освободятся и снова станут царствовать, используя людей и нелюдей в своих божественных играх! Выпустив их, вы станете рабами!

Мы с Элией переглянулись. В словах полоумного мага было зерно истины. По факту, сейчас я исполняю волю Аргоса и делаю то, что он мне скажет. Чем это отличается от рабства? Разве что тем, что здесь меня награждают и не бьют кнутом.

— Он может быть прав! — Мирин уставился на нас круглыми глазами.

— Да? — со смешком спросил у него я. — Тогда и обычная работа — это рабство, а уж служение вашему ордену вдвойне рабство.

Маг задумался, переваривая мои слова.

— Не верь всему, что говорят другие. Каждый преследует свои цели. Сейчас нам без этой печати просто не справиться с монстрами. Идем. Твари ждать не будут.

Глава 22

Когда мы вышли с третьего яруса над городом сгущались сумерки. Первое, что бросилось в глаза с возвышения — это десятки факелов, стоящих и мечущихся по первому и второму ярусам города. Толпы людей заполонили нижние уровни. Они были везде, куда не кинь взгляд. Разговаривали, сидели, лежали, готовили на небольших костерках. Не только гражданские были здесь, но и мастеровые. Пустой город в одночасье наполнился людьми.

«Откуда они взялись, бесы побери⁈» — подумал я, с удивлением наблюдая эту картину.

Пораженный увиденным, бросил взгляд вдаль и мне все сразу стало понятно. Перед городом на холме выстроилась молчаливая армия. Черные силуэты в доспехах подсвечивались багровыми отблесками магических кристаллов, горящих как маленькие солнца. Между застывшими, словно изваяния, фигурами, сновали фигурки поменьше.

Элия, стоящая рядом, втянула носом воздух, стиснув рукоять своего меча: — Демоны! Это демоны! — зарычала она, выдыхая воздух из груди. — Сколько же их там! Богиня помоги нам!

Увидев нас, спускающихся вниз, подбежал Хрульд.

— Ты уже все понял, вожак? — спросил он, глядя мне в глаза. — Солдаты и наемники повалили к нам толпой в середине дня! Чем дальше, тем больше их прибывало и все рассказывали одно. Безмолвная армия черных рыцарей движется сюда и убивает всякого, кто попадется на ее пути. Звери или люди они не разбирают. Просто иссушают всех своим черным колдовством, превращая в мумии!

— Значит они пришли сюда просто всех убить⁈ — вскричал ошарашенный Нейтан. — Кто их послал⁈

— Сам как думаешь? — буркнул я, раздумывая, что нам со всем этим делать. Понятно, что придется драться, но как? Вот вопрос. — Хрульд, кто-нибудь их убивал? Об этом говорили?

— Есть тут один наемник. Он сюда с большим отрядом пришел. Зовут Тиберий. Говорит, они пробовали напасть. Пойдем, пусть он лично тебе расскажет.

Мы спустились на второй ярус, привлекая внимание людей. некоторые бросились к святой, испросить благословение, мы же с Хрульдом отправились искать упомянутого наемника. Нашелся он быстро. Сам пришел, когда услышал, что мы вернулись.

— Приветствую, господин, — он поклонился. — Просим вашей защиты. Возьмите нас под свое крыло.

— Ты так говоришь, словно я сейчас пойду и разгоню демонов, как толпу городских пьянчуг, — я улыбнулся, представив себе эту картину. Тиберий тоже несмело улыбнулся, покосившись на Хрульда. — Мой друг сказал, что ты нападал на них. Какой результат боя?

— Мы подкараулили авангард и из засады обстреляли из арбалетов. Болты пробивают доспехи, но ничего не происходит. Они как ходили, так и ходят, а у меня пять человек за мгновения выпили! — прошептал он. — Я не представляю, как с ними драться.

«— Я тоже не представляю» — хотелось бы мне сказать, да нельзя. Когда ловишь на себе опасливые, но полные надежды взгляды, понимаешь, что показывать слабость нельзя.

«Я должен быть решительным и всезнающим, вот только делать-то что? Как убить тех, кого не берут болты? Освящать оружие?» — мысль натолкнула меня на интересную идею. Вот святая может покрыть оружие свое, да и наше божественной силой, а почему я не могу. Я ведь апостол.

— Я пошел спать, — шепнул я Элии.

Та вытаращила на меня глаза и даже хотела у виска покрутить пальцем. Передумала в последний момент.

— Рехнулся? — прошипела она. — Они в любой момент в атаку пойдут! Что делать тогда⁈

— Это я и хочу выяснить, а ты пока разберись с печатью, — я хлопнул ее по плечу и отправился искать лежаночку подальше от людских глаз.

Снова я в храме, снова я