Огни Авалона - Дмитрий Чайка

в той жизни, и в этой. Ты мог просто работать в аптеке, получать ничтожную зарплату и пить отвратную дрянь, от которой можно запросто откинуть копыта. Почему ты не стал так жить? Почему не нашел женщину попроще? Почему хочешь больше денег, чем имеешь сейчас? Живи как все.

— Это не по мне, — сказаля.

— Тогда выгребай, — ответил он. — Что тебе стоило отказать эльфийке, когда она в первый раз пришла к тебе? Это была предыдущая развилка твоей судьбы. Вернул бы ей бумажку с рецептом и жил бы себе дальше. Но ты сам выбрал этот путь. Ты влез в разборки великих, Вольт, а оттуда простого выхода нет. Нельзя сказать: я больше не играю. В таких случаях приходится идти до самого конца. И каков этот конец, я тебе уже сказал. Либо ты, либо он.

— Почему? — спросил я. — Я все-таки не понимаю.

— Ты оборвал предначертанный ему путь, — ответил Хозяин. — Ты гвоздь, который впивается в колесо гоночной машины на финишном круге. Ты кротовая нора, в которой ломает ногу призовой жеребец. Ты аномалия, непредсказуемый фактор, который закрался в безупречно выстроенную комбинацию. Он не может это оставить как есть. В том мире, где он живет, такое не прощают. Он просто обязан вычеркнуть тебя из книги жизни, и будь уверен, он ни перед чем не остановится. Это именно та ситуация, когда рациональное отступает перед иррациональным.

— Хорошенькое дело, — почесал я затылок. — Сходили в лес за женьшенем, называется…

— Забирай, — показал мне под ноги Хозяин. — Он намного хуже, чем тот, первый, но тоже очень неплох. Мы сможем растить для тебя по одному корню в два месяца. Это очень непростое растение, оно ведь вообще не живет в этих краях. Сам по себе такой женьшень будет зреть лет десять, не меньше. Так что один в два месяца — это наш потолок.

— Спасибо, Хозяин, — я поклонился, прижав руку к груди. — Я благодарен за твою помощь. Еще бы суметь ей воспользоваться, при таком-то внимании всякой высокородной сволочи. Кстати, а для чего ты валял деревья в Рамони?

— Пробовал перекрыть русло реки, — признался тот. — Не вышло. Завалы быстро ликвидировали люди принца. Они их просто взорвали. Даже магию не стали использовать.

— Великий лес мне поможет? — спросил я.

— Как в Авалоне? — поморщился Хозяин. — Нет. Река не пускает нас. Цапли еще кое-как перелетят через воду, но Великий лес сделать свой шаг на правый берег не сможет. Это не в моих силах.

— А если битва произойдет на левом берегу? — спросила вдруг Карина.

— Тогда Великий лес придет на помощь, — усмехнулся Хозяин. — Но я тебя уверяю, милая, этот человек в Хтонь не пойдет. Он не так наивен, да и гораздо слабее, чем одна наша общая знакомая. Царствие ей небесное, ну или куда там эльфы после смерти попадают.

— Это хорошо, — улыбнулась Карина. — У меня появилась одна многообещающая мысль…

— Да, это может получиться, — долгим взглядом посмотрел на нее Хозяин. Видимо, он прочитал ее мысли. — Тебе тоже нужно закрыть свой разум, девочка. Вольт умеет варить нужное зелье, но оно действует недолго. Используй настой вот этого…

Хозяин, не глядя, протянул руку, и ветка куста мгновенно вырастила какой-то странный, ни на что не похожий цветок. Он был красивей орхидеи. Такой же яркий и нежный, с вывернутыми наружу разноцветными лепестками. Синие, ядовито-желтые, фиолетовые, они располагались безо всякого порядка, придавая колдовскому цветку невероятное очарование.

— Добавь это в любое зелье, и его действие продлится в десятки раз. Только в «Неваляшку» свою не добавляй, а то перебор будет.

— Это же Анемония хтонис, — восторженно прошептал я. — Я ее только в книге видел. Не знал, что она тут растет.

— Тут много чего растет, — сварливо ответил Хозяин. — Но не для всех. Тебе, так и быть, дам немного.

— Как мы сможем позвать на помощь? — спросил я.

— Я услышу, — усмехнулся Хозяин. — Идите и будьте осторожны. Теперь ваша жизнь не только ваша, но и совсем немножечко моя. Не знаю, как вы, но я своей сильно дорожу. Мне совершенно не хочется быть разобранным на запчасти, чтобы какая-нибудь знатная сволочь жила вместо меня.

— До свидания, Хозяин, — поклонились мы с Кариной. — Мы придем через два месяца, обещаем.

— Елочка на твоей руке, — сказал он вдруг, когда мы уже уходили. — Та, что рядом с ежиком. Она не так проста. У великих резчиков не бывает случайных узоров. Постарайся разбудить свое татау, Вольт. Тебе это пригодится.

* * *

Махач Магадана и Крестов — это, определенно, событие сезона. В прошлом году магаданские своим противникам эпически наваляли, но сегодня пацаны из общаг на окраине поклялись взять реванш или умереть. В команду влились несколько многообещающих бойцов, и это так сильно изменило расклад, что букмекеры принимали ставки пятьдесят пять на сорок пять в пользу крестовских. По слухам, там несколько парней только что дембельнулись из десантных войск, и это качнуло весы азарта в их сторону. Десантура ценилась во все времена.

Бились сегодня ограниченным составом: сто на сто. Остальные ушли в группу поддержки и теперь расположились на краю пустыря, поставив перед собой трехлитровые банки с пивом и разложив воблу. Место эпической битвы ко дню схватки сильно преобразили. Пустырь за гаражами украсил передвижной фудтрак с кофе и ордынской шаурмой. Еще в одном фудтраке восседал лично Петрович, наливая бырло и прочую вкусноту с такой скоростью, что четырехрукие мутанты из Зоотерики просто отдыхали. Сюда принесли кучу ящиков, на которых расселась публика попроще, а наша ложа располагалась в кузове длинномера, куда смонтировали пластиковые сидушки со стадиона. Все удобства для премиальной публики. И видно хорошо, и от мусоров тикать удобно. Так-то массовые драки до сих Уголовным кодексом не поощряются. Не знаю, кстати, почему.

— Бойцы! На линию! — заревел ведущий, и цепочка голых по пояс пацанов выстроилась друг напротив друга, сверля противника изучающим взглядом. Такая униформа не случайна. Разбитая морда заживет, а за порванную рубашку мамка заругает. И не посмотрит, дембель ты там или не дембель. Две сотни парней выстроились друг напротив друга, поигрывая мышцами, пока рефери напоминал правила.

— Ножи и кастеты не доставать, арматуру с собой не приносить, кирпичами