Боярский сын. Дружинник. Часть 2 - Алексей Владимирович Калинин

Здесь за вами следят сотни глаз. Судьи будут оценивать всё: как вы двигаетесь, как прикрываете друг друга, как реагируете на провокации. Долгополый тот ещё провокатор. Он будет пытаться вывести вас из себя, заставить совершить ошибку. Не поддавайтесь.

Я кивнул в ответ:

— Мы будем холодны, как лед Морозова, Мирослава Кузьминична.

— Очень на это надеюсь, — она прищурилась. — И помните: это только первое испытание. Не стоит выигрывать его ценой таких травм, которые не позволят вам выйти на второй или третий этап. Распределяйте силы. Думайте головой.

Тем временем на арене Иллюминарий Георгиевич закончил зачитывать формальности. Он развел руки в разные стороны, и его голос сорвался на торжественный крик:

— ПРИВЕТСТВУЙТЕ ДУЭЛЯНТОВ!

Мирослава Кузьминична отступила в сторону. Завеса перед нами с легким шипением растворилась в воздухе.

Ударил слепящий свет прожекторов. Мы втроем вышли из коридора.

Трибуны взорвались воплями. Я чувствовал на себе сотни взглядов. Одни смотрели с восхищением, другие с ненавистью, третьи с откровенным любопытством. Наша высокотехнологичная броня явно произвела фурор. Мы двигались, глядя только вперед.

С противоположной стороны арены, из такого же коридора, вышли наши противники.

Сама арена между нами все еще была скрыта густым, непроницаемым белым туманом — «туманом войны», который организаторы напустили, чтобы сохранить интригу до последней секунды. Мы не могли рассмотреть полигон вживую, зато прямо над нами, под самым куполом, вспыхнули исполинские магические экраны, транслирующие картинку крупным планом.

Я поднял голову.

На экране появилось лицо Глеба Долгополого. Лощеный павлин был облачен в дорогую, вычурную броню из зеленоватого металла, украшенную золотой вязью. Настоящий аристократ, мать его. Рядом с ним стояли два других бойца. Ковальков и Престолов. Все три бойца были закованы в Мобильные Доспехи.

Когда камеры выхватили нас, и наше изображение появилось на экранах, я с мстительным удовольствием заметил, как дрогнула самодовольная ухмылка на губах Глеба. Он явно ожидал увидеть нас в стандартной академической защите, а не в штурмовых доспехах элитного класса. Его брови на секунду сошлись на переносице, а в глазах мелькнуло раздражение.

«Сюрприз, Глебушка, — мстительно подумал мой внутренний старик. — Мы сюда не в бирюльки играть пришли».

Совестин снова поднял посох.

— Судьи готовы! Зрители готовы! Команды… — он выдержал театральную паузу. — Взгляните на поле вашего боя!

Он сделал широкий, размашистый жест рукой.

Туман, густым ковром устилавший арену, пришел в движение. Он начал закручиваться в воронки, втягиваться в вентиляционные решетки по краям площадки и стремительно растаял.

Когда видимость прояснилась, по трибунам прокатился вздох удивления. Да и я сам, признаться, мысленно присвистнул.

Под туманом оказалась такая хрень, от которой можно было хвататься за голову. Впрочем, хвататься за голову надо бы противникам, так как я видел подобное в прошлой жизни, когда проводил операцию в Сирии…

Да уж… Организаторы постарались на славу и возвели полномасштабный полигон.

На Арене были воспроизведены руины древнего города. Каменные стены высотой в два-три человеческих роста, к ним прижимались полуразрушенные башни, что торчали как гнилые зубы. Пространство пересекали глубокие расщелины, над которыми перекинуты хлипкие мостики. Везде валялись куски арматуры, красовались поваленные колонны, наводили на размышления нагромождения валунов и баррикады из мешков с песком. Кое-где даже росли чахлые деревья, добавляя ландшафту мрачности.

Мой мозг ведаря переключился на боевой режим. Глаза начали автоматически сканировать местность, подмечать детали. Знание местности столько раз спасало в прошлом, что грех было бы отбросить эту возможность сейчас.

«Так… Вон там отличная снайперская позиция на башне, но подъем простреливается. Узкий проход между двумя колоннами по центру… Это же „бутылочное горлышко“, идеальное место для засады. Расщелины слишком широкие, чтобы перепрыгнуть без подготовки, значит, мосты станут ключевыми точками контроля. Рельеф сложный и очень много слепых зон. Ковалькову здесь будет раздолье, он сможет использовать камень и щебень со своими растениями. Но и нам есть где укрыться».

— Ух, ничего себе! Кусок Опасных земель какой-то, — пробормотал Мишка по внутренней связи. — Тут же заблудиться можно.

— Не отвлекаться, — бросил я. — Смотрите на укрытия. Оценивайте сектора обстрела.

Совестин тем временем начал объяснять суть первого испытания.

— Дамы и господа! Первое испытание называется просто: «ЗАХВАТ ЗНАМЕНИ»!

В самом центре полигона, на высоком каменном постаменте, окруженном полукругом разрушенных колонн, вспыхнул свет. Там материализовалось древнее знамя Академии –алое полотнище с золотым гербом.

— Правила просты! — вещал Совестин. — Победителем этого этапа станет та команда, которая первой сумеет прорваться к центру, завладеть знаменем и доставить его к своим стартовым позициям!

Трибуны радостно зашумели. Классика жанра. Понятно, зрелищно, динамично. Всё в духе толпы!

— Однако! — Совестин поднял палец вверх. — На вашем пути вас ждут настоящие испытания. Полигон не так прост, как кажется, и он таит в себе скрытые ловушки и препятствия, которые пока не видны невооруженным глазом! Будьте бдительны!

Он махнул рукой, и к нам подбежали ассистенты преподавателя. Они протянули нам странного вида оружие. Это были массивные пистолеты, с толстыми стволами, по которым вилась руническая вязь.

Я взял один такой в руку. Визор доспеха тут же просканировал его и выдал информацию: «Магический излучатель нелетального действия. Заряд: 5 выстрелов».

— Для всех участников утверждены специальные маркерные пистолеты! — объяснил Совестин на всю арену. — Заряд этого оружия, при попадании в противника, не нанесет ему физического вреда, но мгновенно парализует его тело на десять секунд! Десять секунд полного оцепенения, которые могут стоить вам победы! Кроме того, эти пистолеты могут помочь вам при возникших «неприятностях» на полигоне. Используйте их с умом! У вас всего по пять зарядов!

Я сунул пистолет в тактическую кобуру на бедре. Десять секунд паралича. В условиях скоротечного боя это вечность. Если в тебя попадут, пока ты прыгаешь через расщелину, то ты труп. Ну, или как минимум выйдешь из игры с переломами, когда рухнешь на дно.

— Напоминаю! — рявкнул напоследок Совестин. — Всё должно быть сделано с умом, тактом и благородством! Никаких грязных штучек, ударов в пах, ослепляющих артефактов из-под полы! Судьи следят за вами!

Мирослава Кузьминична, стоявшая у самого края нашего стартового квадрата, подала голос. Это были ее последние наставления перед боем.

— Вы слышали его, — заговорила она по нашему закрытому каналу связи. — Не лезьте напролом. Долгополый не идиот. Он и его помощники ждут именно лобового столкновения, где они смогут задавить вас массой и магией земли. Думайте головой. Прикрывайте друг друга. И помните: это только первое испытание. Не стоит выигрывать его