Снова в строю - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

так, что можно подумать у императора рога! Даже если они и есть, то какое кому до этого дело⁈ Ну, тут перегнул, монархи должны быть безупречны. И, кстати, это удар не только по Николаю Второму, а по всей его семьи. Конечно, я не уверен, что происходит в этом мире и какие отношения между великим старцем и Александрой Федоровной. Но историки откуда я родом, дают гарантию, что Григорий Распутин не имел физической близости с императрицей. Правда, если судить по их перепискам, то супруга Николая Второго платонически любила великого старца и они имели духовную близость. И вот тут-то возникает вопрос, а не сильнее ли это физической измены? Но это уже совсем придется углубиться в философию. Тем не менее, Александра Федоровна еще была благодарна Распутину за то, что тот облегчал приступы у цесаревича. При этом доподлинно известно, что своей фамилии великий старец соответствовал и вел разгульный образ жизни. Впрочем, в этом мире дела обстоят аналогично, если верить слухам и рассказам того же князя Грузинского. А не доверять последнему у меня нет оснований.

— Михаил Юрьевич, ничего такого в газетных статьях нет, — произнесла Нелли Генриховна и попыталась объяснить: — В центральной прессе примерно тоже самое пишут. Сами же понимаете, что сплетни и слухи вызывают живой интерес у читателей и газеты лучше продаются.

— И тем самым бросают тень на царскую семью и монархию в целом, — мрачно произнес я. — Надеюсь, в подготовленных вами материалах для публикации ничего такого нет?

Госпожа Зотова замялась, отвела взгляд, нервно руки в замок сцепила, но нашла в себе силы признать:

— Есть, в том числе и рассказы нескольких слуг из Царского Села.

— Где мы, а где императорская резиденция, — покачал я головой. — Как к вам попали сведения? Вы их проверили?

— Нет оснований не доверять моим источникам, — задумчиво произнесла журналистка. — С самими служанками не общалась, мне передали их рассказ на двух приемах у знатных особ и, заметьте, дамы, которые об этом поведали вхожи к императрице.

— Очень за них рад, — ехидно ответил я. — Вот только почему они в Москве оказались? Стали неугодны и решили отомстить? Или им эту величайшую тайну, — криво усмехнулся, — сообщил какой-то обиженный на императора господин? А что, если слухи придуманы врагами империи, дабы посеять среди народа недоверие к правящей власти? Нелли Генриховна, возможно, не совсем точно перед вами задачу поставил, какое направление у нашей газеты-журнала. Мы будем бороться с желтой прессой и слухами, порочащими императора и его семью. Слухи высмеивать и приводить факты, показывать, как государь заботится о народе и переживает за империю. А что насчет благотворительности под патронажем Александры Федоровны?

— Но это не вызовет живой интерес, — возразила Зотова.

— А вы сделайте так, чтобы люди прониклись! — буркнул я. — Давайте разбираться с теми материалами, которые подготовили.

Нелли Генриховна вздохнула и вытащила из ящика письменного стола стопку бумаг и пачку фотографий, в том числе и пилотный номер газеты-журнала. В этот момент в дверь постучал охранник и доложил, что какой-то паренек настаивает на встрече со мной.

— Господин Голицын, простите, но он говорит, что вы велели ему к этому времени подойти, — немного смущенно заявил служака, которому уже за сорок. — Мы ему сказали, что если соврал, то по шее надаем, но он на своем настаивает.

— С одним пацаном и в самом деле условился тут встретиться, — взглянул я на часы. — Правда, он должен был раньше подойти.

Я извинился перед госпожой Зотовой за заминку и покинул кабинет. Настроение далеко не радостное, дела в типографии идут не по моему сценарию. Еще и неизвестно, чем обернется запуск этакой пропаганды. Долго ли получится содержать убыточное предприятие? Что-то есть сомнения, что в ближайшее время текущие затраты оправдывать газета-журнал не сможет. Про прибыль или возврат вложенных средств уже не говорю. С другой стороны, все же надеюсь на то, что новый формат прессы люди встретят на ура. Первые выпуски точно будут пользоваться успехом, потому что это новинка.

— Господин, хорошего дня! — воскликнул Сашка-молния и победоносно посмотрел на хмурого охранника: — Говорил же, что мне назначено!

— Привет, — махнул я пацану и указал в сторону Руссо-Балта, — пойдем, поговорим.

— Прокатите? — с придыхание спросил тот.

— Не в этот раз, — покачал я головой. — Но за руль разрешу сесть и даже баранкой можешь покрутить.

— Правда, не врете⁈ — выпалил Сашка вопрос и смутился: — Простите, вырвалось.

Пацаны во все времена одинаковы, мысленно усмехнулся я.

— Ничего страшного, не обижаюсь, — хлопнул пацана по плечу.

На этого мальчишку-подростка возлагаю большие задачи. Справится ли он, если его постоянно не контролировать? Сложно сказать, но деваться мне некуда. Когда уселись в машину, то некоторое время молчал, давал пацану за рулем освоиться. А тот, как дитя неразумное, надувал щеки, крутил рулем, прикладывая все своим силы и даже стал имитировать рык мотора. Похоже, он представил, как сам ведет Руссо-Балт.

— Слушай внимательно и запоминай, — потер я висок.

Сашка-молния сразу же отлип от руля и ко мне повернулся.

— Михаил Юрьевич, у вас какие-то проблемы? Готов помочь, чем могу, — без улыбки произнес парень.

— Первое — отыщи моего начальника охраны и передай ему, чтобы он показал тебе портрет графа Прохорова. Этого человека надо бы поискать в Москве, но не усердствовать. Как говорится, на авось. Желательно перерисовать его физиономию и раздать твоим надежным приятелям. Есть кто-нибудь, кто хорошо рисует?

— Катька справится, она у меня художницей мечтает стать. Да мамка ее противится и ругается, что бумагу и карандаши переводит.

— Эта не та ли девица, которой ты сладости брал? — поинтересовался я.

— Она, — улыбнулся Александр.

— И хорошо рисует?

— Мне нравится, — пожал парень плечами.

— Главное, чтобы узнать смогли, — задумчиво произнес я и уточнил: — Говоришь, ее мать ругается, что напрасно бумагу и карандаши переводит?

— Есть такое дело, — со вздохом согласился мой собеседник.

— Ладно, этот вопрос решаем, — усмехнулся я. — Насчет распространения газеты-журнала все в силе, но, боюсь, первый номер завтра не появится. На всякий случай приходи завтра и узнай у госпожи редакторши, когда будет тираж. А еще, мне необходимо знать, что происходит в скаутском движении. Слышал о таком?

— Разумеется, —