Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

– Джон, они могли вам просто подсунуть фальшивку, чтобы вы возбудились, – усмехнулся президент. – Насколько мне известно, у вас весьма устаревшая модель процессора, примерно десятилетней давности.

– Да, это так. Но это не отменяет факта, что этот процессор существует! – возразил директор ЦРУ.

– Что это доказывает, и что мы можем предпринять? – спросил президент.

– Это доказывает, что успехи последних пятнадцати лет в экономике Советов явились следствием канала связи с будущим, – буркнул Вальдхайм.

– И все? – засмеялся президент. – Что мы им можем предъявить? Сказать им: «Поделитесь вашей машиной времени»?

– Надо работать в этом направлении, – уже без смеха приказал президент. – Если у них имеется такая машина времени, то нужно украсть ее чертежи и все необходимые узлы для ее изготовления. А теперь расскажите о подробностях кражи этого процессора.

– Мы внедрили в НИИМ своего человека, на это потребовалось пять лет. Агент «Ясень» работал программистом в НИИ Прикладной математики при Томском университете. Но не был связан с какими-то секретными проектами, чтобы не попадать под надзор КГБ. Потом была эпопея с модернизацией БЭСМ-6 – их компьютера, эквивалентного нашей ЭВМ СДС-6600. Затем появились персональные компьютеры в первых отделах КГБ, тогда мы дали ему команду попасть в число их пользователей. Оказалось, что эти персональные компьютеры подключены по сети к какому-то суперкомпьютеру. Производительность его была неизвестна, но производительность персоналки была измерена штатной программкой вычисления числа Пи, оказалось, что она выше нашего суперкомпьютера СДС-7600 в несколько тысяч раз. Агент не рискнул тогда измерить производительность суперкомпьютера, чтобы не выдать себя. Но он сделал это через год, когда уже многие программисты уже сделали это из любопытства. Результат оказался фантастический – суперкомпьютер в миллионы раз превосходил производительность нашего СДС-7600. Мы дали команду этому агенту внедриться в НИИМ, где разрабатывались микропроцессоры для персональных компьютеров. В течение пяти лет он это сделал и оказался в Томске-Южном без права выезда за его пределы – мы гарантировали, что вытащим его оттуда. И мы не прогадали – вот вам результат, я бы сказал стратегической разведки, – закончил Вальдхайм.

– Согласен с вами. Пускай агент и дальше изучает этот вопрос, добывает подробности этого канала связи. Но вы не сообщили подробности кражи, прошу вас, изложите детали, – потребовал президент.

– Наш агент стал работать над микропрограммами микропроцессоров, вошел в группу их разработки, получил доступ в помещения электронщиков. В ящиках столов у них кучи старых микросхем, в том числе микропроцессоров. Копаясь в этом хламе, наш агент и обнаружил этот микропроцессор среди других микропроцессоров производства Ангстрема. Видимо, он попал туда случайно в связи с устаревшей архитектурой. Но наш агент предполагает, что его использовали для изучения при проектировании своего аналога, – сообщил директор ЦРУ.

– И, собственно, выкрал он его с целью доказать нам, что имеется канал в будущее. Наш агент еще не имеет полного допуска к секретам этого НИИМ, но среди разговоров сотрудников, имеющих такой допуск, постоянно мелькают фразы, свидетельствующие об этом. Ну а далее вывезти этот микропроцессор было дело техники. Агент «Ясень» передал микропроцессор нашему агенту «Костылю», который работает сантехником и обслуживает дом, в котором проживает «Ясень». Ну а «Костыль» передал посылку агенту «Альфе», который работает проводником на железной дороге в поезде Томск-Москва. Тот уже передал посылку еще одному московскому агенту, который сделал закладку тайника, а далее ее уже забрал наш сотрудник посольства – сообщил Вальдхайм.

– Понятно. Но вы все же должны отдавать себе отчет, что пока это версия – это могло быть случайной опечаткой или шуткой производственников, – предупредил президент.

– Ну тогда еще такой факт, уже не связанный с разведкой. Знаменитый ученый-вулканолог Дементьев, который спрогнозировал землетрясения в Иране в 1978 году, Алжире и в Италии в 1980 году, в Мексике в 1985 году. Его прогнозам не поверили и не послушали его советов. В результате его прогнозы полностью сбылись, по погибшим и разрушениям. А Советы его послушали и в Армении, при таком страшном землетрясении 1988 года, погибших не было, хотя город Спитак был полностью разрушен. Они заранее расселили его. После этого его послушали и в Иране в 1990 году, им удалось избежать больших жертв при землетрясении в Манджил–Радбаре, можно так сказать. Погибло пять тысяч человек при прогнозе пятьдесят тысяч – не всё смогли сделать власти Ирана для предотвращения жертв – площадь землетрясения и вызванных им оползней была очень большой. Это вряд ли можно объяснить прозорливостью ученого, тем более что никакой теории он не опубликовал. Но теперь, зная об этом процессоре, мы можем предположить, что Советы, имея информацию из будущего, таким образом помогают нам всем справиться с последствиями стихийных бедствий, – возразил Вальдхайм.

– Это несомненно добавляет веса вашей версии – согласился Дукакис. – Но что это нам дает? Как мы можем это использовать пока у нас нет точных данных?

– Я пока могу добавить факты, свидетельствующие о том, что такой канал появился у них в 1973 году и он находится в Томске-Южном, – сообщил Вальхайм.

– Напомните, прошу вас, – попросил Дукакис.

– Коснусь систем вооружений. Как не странно, но тут Советы не стали использовать свои преимущества в микроэлектронике для создания новых систем. Свои крылатые ракеты «Калибр» они испытали чуть-позже наших «Томагавков», и они показали немного лучшую точность. А вот запланированные подводные лодки проекта «Акула», как ответ на наши лодки проекта «Огайо», они делать не стали, ограничившись средними ракетоносцами проекта «Дельфин», которых сделали побольше, чтобы компенсировать меньшее число ракет на лодке. Хотя наши ученые ожидали производства «Акул», поскольку наша разведка сообщала, что началось их проектирование. Но потом последовал приказ прекратить их производство, как и ракет Р-39 для них. Это для нас было совсем неожиданно. Надо сказать, что они здорово сэкономили на этом! Ракеты «Синева» для «Дельфинов» производятся серийно, не нужно тратиться на их разработку. И стоимость восьми «Дельфинов» в три раза ниже стоимости проекта из шести «Акул».

Следующий факт. Планировался запуск в серию сверхзвукового бомбардировщика Ту-160, как ответ на наш сверхзвуковой бомбардировщик Б1. Но опять поступила команда сверху прекратить эти работы, хотя уже был сделан большой задел. Взамен поступила команда делать новый бомбардировщик на базе грузового самолета Ил-76, вооружив его крылатыми ракетами воздушного базирования. И они его сделали, это Ил-77 – вы знаете об этом – это примерный аналог нашего Б-52 по нагрузке и боевому радиусу,