Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

только у него более современная электроника и условия для комфортного проживания двух экипажей, на борту двадцать ракет Х-101 с дальностью пять с половиной тысяч километров. Этими же ракетами вооружены их стратеги Ту-95 «Медведи». Почему было принято такое решение – не известно, но еще Советы форсировали производство летающих радаров А-50 на базе самолета Ил-76 и сверхдальних ракет ПВО воздушного базирования для МиГ-31 и летающего комплекса ПВО С-76У. Напомню вам, что самолет С-76У – ударный, имеет на борту не только радары с АФАР, но и восемь сверхдальних ракет с радиусом поражения до четырехсот километров, или двадцать четыре ракеты Р-33 с дальностью поражения сто шестьдесят километров в четырех барабанах – как самый лучший наш наземный комплекс ПВО «Патриот». Плюс восемь пусковых установок барабанного типа для ракет Р-77 с радиусом поражения до ста километров, каждая вмещает по шестнадцать ракет. В среде советских военных ходят разговоры, что этот самолет С-76У был создан для компенсации угрозы от массового пуска крылатых ракет с подводных лодок класса «Огайо». По сути, это С-300 воздушного базирования, способный быстро переместиться на опасное направление. В комплексе с наземными системами ПВО С-300 «Фаворит» они обеспечивают полную защиту своих рубежей и войск от наших самолетов и крылатых ракет. Очевидно, имея информацию из будущего, они приняли такое решение, понимая, что современными средствами ПВО можно уничтожить любой самолет. А массовый пуск крылатых ракет может пересытить систему ПВО и прорвать ее, – сообщил Вальдхайм. – Вам также стоит обратить внимание на еще один летающий комплекс ПВО С12-У на базе транспортника Ан-12. У него установлены пять РЛС с АФАР «Заслон-М» от истребителя МиГ-31, у него же на борту тридцать шесть ракет Р-33 с дальностью пуска сто двадцать километров в шести барабанах. И этот самолет может находиться в воздухе десять часов. Этих комплексов у них уже полсотни штук! И это не считая пятисот МиГ-31 с шестью ракетами на борту.

– Но это, может быть, хорошая работа их аналитиков, не более того. Они вообще стали прагматичнее, вы, наверное, это сами заметили. Забыли о своих интернациональных обязательствах для защиты стран с социалистической ориентацией, переведя отношения на взаимовыгодную торговлю. Разрешили частную собственность и частные предприятия – у них практически такой же рынок, как у нас. Они в области вооружений ведут себя как французы – наши союзники, которые все системы вооружений разрабатывают и производят сами, хотя, казалось бы, можно находиться под зонтиком НАТО или покупать готовое у нас. Я думаю, что изменения в строительстве вооруженных сил связано с изменением в идеологии страны. Ну и второе – хорошо, предположим, что Советы имеют канал в будущее. Что дальше? – спросил Дукакис.

– Дальше самое сложное: надо добывать информацию об этом канале, чтобы и нам его иметь, – ответил Вальдхайм.

– И какие успехи у вас в этом направлении? – спросил президент.

– Особо похвастать нечем, но мы плотно осваиваем Томск-Южный. Там уже сосредоточено семнадцать наших агентов. Добываем информацию по крупицам и анализируем ее. Но только один из них вхож в закрытый НИИМ, остальные работают на вспомогательных объектах. Один из них трудится на маневровом тепловозе, водит составы с Томска-1 в Томск-Южный. В основном идут грузы в закрытых вагонах, он доводит тепловоз до складов, там его меняет машинист с допуском и ведет состав дальше – куда-то в закрытые склады, куда хода нашему агенту нет. Многие агенты работают в Томске-Южном на частных предприятиях – зарплаты там хорошие, поэтому многие томичи там работают. Там тоже происходят интересные события, прямо скажем, загадочные. Например, торговая фирма «Заря» получает 20-футовые контейнеры со швейными изделиями «Швейной фабрики №4» Томск-Южный. Они затем отправляют эти изделия по магазинам Томска и других городов уже в своих небольших контейнерах. А эту швейную фабрику они не знают, и где она находится они тоже не знают! И эти 20-футовые контейнеры через станцию Томск-1 не проходили! – воскликнул Вальдхайм. – И еще новости из необычного. На Гданьской верфи было произведено восемь комплектов частей для сборки среднего десантного корабля. Эти комплекты были отгружены в СССР и до сих пор не появились на его верфях. Но что-то подобное, груженое на железнодорожные платформы, засекла наша разведка в Томске. Кстати, в Томск-Южный завозится большое количество различного заводского оборудования, в частности полностью металлургический комбинат, аналогичный Новокузнецкому. А такой комбинат в Томске-Южном не появился… В общем сплошные загадки с этим Томском-Южным.

– Джон, что у вас по персоналиям, связанным с Томском-Южным? Кто там играет главную скрипку? – спросил Президент.

– Мы установили одну личность, которая, несомненно, играет там одну из главных ролей. Это некто Миронов, лет пятьдесят на вид. По слухам, подполковник КГБ, его машину пропускают на КПП Томска-Южного и Томска-Северска без досмотра. Номера у машины относятся к КГБ. Часто вместе с Лигачевым – а он, по сути, губернатор Томской области, летает в Москву на встречи в ЦК КПСС. Имеет статус советника ЦК КПСС и правительства СССР. Он курирует это приснопамятный НИИ Микроэлектроники, поставляет много товаров в СССР – у него торговая фирма имеется. Вообще сложно его оценить, кто он и откуда. Следов о нем до 1973 года, когда он появился в Томске, не имеется. Москвичи говорят, что он томич, а томичи называют его москвичом. Мы начали следить за ним, обнаружили его бывшую любовницу – стюардессу Ирину. Начали разрабатывать версию вербовки «медовая ловушка» для нее.

– Хорошо, Джон, продолжайте разбираться с этим Томском-Южным, когда будут какие-то интересные новости, сообщите. Я даже санкционирую операцию по похищению этого Миронова и переправку через границы – закончил встречу президент Дукакис неожиданным карт-бланшем для ЦРУ.

Глава 5.

Строительство океанского флота

Тем временем на верфи в Самуськах продолжалось строительство больших десантных кораблей океанского класса.

– Ваше Величество, готов к спуску на воду наш флагман флота, большой десантный корабль «Русич». Надо бы провести торжественную церемонию спуска на воду, как полагается. Адмирал Касатонов прибыл для этого из Гамбурга. Надо пригласить на церемонию послов Франции и императора Фридриха II, – сообщил премьер-министр на аудиенции в рабочем кабинете Миронова во дворце.

– Хорошо, намечайте дату, проведем как следует. Помнится, там бутылку с шампанским разбивают о борт корабля? – спросил Миронов.

– Да, именно так Ваше Величество, – поклонился премьер.

– Я же просил, Василий Михайлович, хотя бы, когда мы одни, обращаться ко мне по имени отчеству… – с