Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

— Я понял, ваше высочество, — покорно кивнул Марк. — Я сделаю, как вы приказываете, и буду носить под камзолом эту кольчугу.

— Моё высочество очень надеется, что ты сдержишь слово, и мне не придётся исполнять свою угрозу.

— Конечно. Я ценю вашу заботу, и согласен потерпеть некоторые неудобства, тем более что покровительство Чёрного лорда заслуживает некоторых жертв.

— Ты, и правда, полагаешь, что я тем самым оказываю тебе покровительство? — с иронией уточнил Аргент.

— Разве покровительствовать любимому племяннику погибшего друга не естественно? — с тем же выражением спросил Марк.

— Наглец! — рассмеялся алхимик, но потом уже серьёзно взглянул на него: — Так рано потеряв Аделарда, я не хочу столь же внезапно лишиться и твоего общества.

Он обернулся, услышав стук в дверь и, поднявшись, направился туда. В спальню вошла Мадлен с подносом, и он принялся расточать ей комплименты и выражать благодарность за то, что она принесла большой кувшин и не забыла о втором кубке. Он снова выглядел молодым, легкомысленным и очаровательным повесой, и Марк наблюдал за ним с улыбкой, напоминая себе, что точно таким же видел его лет двадцать назад и дядя Аделард.

К утру Марк действительно чувствовал себя лучше. После ухода Аргента он крепко уснул и проспал до того момента, как его разбудил Модестайн, напомнив, что ему пора явиться во дворец. Он какое-то время лежал в постели, прислушиваясь к себе, но не чувствовал ни жара, ни лихорадки, только немного болела рана под повязкой, однако, не настолько, чтоб это его встревожило. Он встал, позавтракал и отправился в гардеробную. Надев с помощью слуги кольчугу Чёрного лорда, онвзглянул на себя в зеркало и невольно замер. Кольчуга была тонкой и лёгкой и ладно облегала его торс, искрясь в свете свечей, как рыбья чешуя. Ему даже не хотелось надевать поверх неё камзол, так красиво она смотрелась. И всё же он взял из рук поражённого его видом лакея синий, расшитый серебром камзол. Модестайн очнулся и поспешил помочь ему всунуть раненную руку в рукав, потом подал графскую цепь и драгоценный пояс с аметистами.

Марк явился во дворец, когда король заканчивал свою утреннюю трапезу, в которой принимали участие его ближайшие сановники, а также энфер со своими приближёнными рыцарями. Марк поспешил смешаться с толпой придворных, стоявших возле стен зала, но король, вставая из-за стола, всё же приметил его. В его синих глазах блеснул недобрый огонёк, и он поманил его пальцем, после чего учтиво раскланявшись с Ликаром, направился в свои покои.

Марк пошёл за Жоаном и вскоре уже стоял перед большим письменным столом в кабинете, рассказывая о том, что произошло с ним прошлым вечером. Едва прозвучало имя Аргента дель Луна, король жестом остановил его и попросил своего секретаря, стоявшего рядом, удалиться, после чего кивнул Марку, дав понять, что он может продолжить. Тот рассказал ему всё без утайки, включая и версию о стрелах Арба, высказанную Чёрным лордом, а также о его требовании надеть под одежду кольчугу, которое ему пришлось выполнить.

— Мне больше понравилась его идея запереть тебя в подземелье, — недовольно проворчал Жоан, когда он закончил. — У меня столько друзей, но все эти беды сыплются только на тебя, Марк! И вот ещё одно покушение! Ты думаешь, это снова попытка сорвать переговоры?

— Я пока ничего не знаю, ваше величество, — покачал головой Марк. — Позвольте мне самостоятельно провести расследование.

— Вряд ли с этим кто-то справится лучше тебя и, хоть меня тревожит то, что преступник может повторить попытку, я вынужден согласиться.

— Чёрный лорд полагает, что это кто-то из титулованных алкорцев, потому нам не обойтись без того, чтоб задать им некоторые вопросы, — заметил он.

— Я выберу время, чтоб поговорить с энфером, — задумчиво кивнул Жоан. — Сейчас он с сенешалем осматривает дворцовые залы, терпеливо выслушивая его нудные пояснения. На обед он приглашён к Элеоноре, а после отправится со своими рыцарями в магистрат для встречи со старейшинами ремесленных цехов и купеческих гильдий. К вечеру он вернётся во дворец, и за ужином я расскажу ему обо всём. Где те пластинки, которыми стрелял убийца?

— Я принёс их, — кивнул Марк, извлекая из кармана небольшую коробочку. — Здесь все десять. Та, что помечена, досталась мне, остальные из тела Альби.

— Я покажу их ему. Посмотрим, что он на это скажет. Знаешь, Марк, после всей этой истории с захватом Бламонта, я уже не могу доверять ему, как прежде. Ты не думаешь, что за всем этим может стоять он или его отец?

— Не вижу причин, — пожал плечами Марк. — К тому же подобные интриги не в духе альдора и энфера. Хотя я и не поручусь за их абсолютную искренность.

— Я понаблюдаю за его реакцией, а ты постарайся поговорить с его рыцарями, которые поселились в твоём доме. Ведь это может быть кто-то из них?

— Опять же, не вижу мотива. Элот горяч и простодушен. Он говорит и делает то, что приходит ему в голову. Было время, когда он таил на меня обиду, но всё разрешилось поединком, и мы помирились. С тех пор мы поддерживаем дружеские отношения. Кондар сдержан, но всегда следует правилам. Мы не были друзьями, но он никогда не проявлял ко мне враждебности. Я полагаю, что, если б у него возникли ко мне какие-то претензии, он бы действовал, как это установлено кодексом, то есть либо потребовал от меня объяснений и извинений, либо вызвал на честный поединок. С Лумором мы всегда были добрыми приятелями, хотя после того, как вскрылась моя истинная роль при дворе альдора, он заметно охладел ко мне, однако, общения не избегает. Думаю, он просто не доверяет мне и боится, что я выспрошу у него что-то секретное. Таким образом, я не вижу личных причин у этих троих желать мне смерти. К тому же они преданны Ликару и уж точно не станут делать ничего, что может навредить ему, его репутации или его планам.

— Я понял, — кивнул король. — И всё же будь осторожен. Неудавшееся покушение вполне может повлечь новую попытку. Кстати, почему в том трактире с тобой не было охраны?

— Я не хотел спугнуть Альби, — признался Марк, — надеялся уговорить его сдаться и тем самым сохранить остатки репутации.

— Как видишь, это было ошибкой, — строго произнёс Жоан. — Будь там люди де Ланьяка, убийца не подобрался бы к вам так близко. Впредь, будь любезен, держи охрану при себе, — он задумчиво взглянул в тёмное окно. — В любом случае и