Повелитель гоблинов. Том 2 - Андрей Мельник

Очередной мой удар достиг его правой ноги, когда Орочи, потный и запыхавшийся, с рыком пролетел мимо меня.

— Больно, — признал он. — Ты вёрткий, как жук…

Он развернулся, пытаясь схватить меня руками. Медвежьи объятия — классика жанра. Если поймать и завалить меня на землю, то вариантов у меня будет мало. А значит, нужно самому надавить, поднять темп. Благо моё общее физическое развитие, судя по всему, превосходит его, тем более с усилением от Миори. Ловкость, Скорость, Выносливость, Восприятие — всё это у меня точно выше.

Орочи снял очки и стал значительно слабее. Но что поделать… Слишком нежный у него артефакт. Не то что мои штаны!

Орочи пытался крутиться, напрыгивать на меня, использовать преимущество в росте. Но правая нога его раз за разом подводила. Хромал он уже через раз, не в силах противиться боли.

Я атаковал снова. Обманный выпад влево заставил орка развернуться. Потом резкий удар в то же колено. Сильный и точный.

Нога подкосилась, Орочи зарычал. Он упал на одно колено, но сразу же вскочил и пошёл в финальную атаку.

Я в школе так дрался… Техника называется «мельница»: махай себе руками со всей дури и, если повезёт, попадёшь.

Орочи не попадал… Пот застилал ему глаза. Он шатался. Вскоре споткнулся об землю, потерял равновесие, и я помог ему упасть отбойным ударом голени по его толстенной ляжке, ставя жирную точку в нашем противостоянии.

Ногу орка свела судорога. Он зарычал, схватился за неё и закачался из стороны в сторону на траве.

Я встал над ним и протянул руку.

— А небо тут и впрямь красивое… Среди деревьев… И средь сосен мы были сражены, но нашли друга и соратника, превратив горе в радость, а поражение в победу, — философский закончил он. — Хороший ты боец…

— А ты сомневался? — уточнил я.

— Ну, надеялся, что не так хорош, и я одержу победу, — покачал он головой и поднялся, держась за мою руку.

— Дуэль силы окончена, — произнёс я, восстанавливая дыхание и бешеное сердцебиение. — Переходим к дуэли ума?

Орочи покачал головой усмехаясь:

— Нет смысла.

— Почему?

— Ты вышел без оружия против орка, будучи в два раза меньше, — начал объяснять он прихрамывая. — И победил! Это либо показатель безумия, либо свидетельство храбрости! Безумцем я тебя не назову, так что и в третьем нет нужды. А второе… Ты победил, но использовал не чистую силу, а голову. Чем не показатель ума?

Орочи засмеялся, держась за больную ногу.

— Это что, какая-то орочья хитрость? — спросил я его, удивляясь ответу.

Орочи ухмыльнулся, обнажая свои клыки:

— Да. Откажись ты от дуэли, потребуй компенсировать между нами разницу — и ты будешь трусом. Но ты принял всё, что я сказал, и с гордостью вышел на бой… Продолжать бессмысленно. Ты достойный вождь. Я пойду за тобой.

Он протянул мне руку, и я пожал её.

Мы вернулись в поселение под улюлюканья гоблинов. Они массово пытались повторить нашу дуэль, мучая бедного Ма. Ему досталась роль орка, тогда как все остальные старались достать его своими корявыми гоблин-киками. Но то ногой больно ударятся, то промажут и жопой к небу на землю упадут, то сдачу от Ма получат… Уклоняться от его чапалахов было не так уж и просто.

— Вождь победил!

— Вождь сильный!

— Вождь зеленуху побил!

— Так ты сам зелёный! Зеленуха! — ткнул пальцем в последнего крикуна Болт.

Гоблин был безымянным. До этого момента… А теперь получил воодушевляющий бафф на тридцать минут и смущение до самого вечера из-за остальных гоблинов, что веселились от его нового имени. Как мало им нужно для счастья…

Атари всю дорогу поддерживала орка, но в конце не сдержалась и хорошенько так ему наподдала, обвиняя в слабости.

Орочи честно пытался её остановить, но угомонить орчиху… Ну, знаете, это почти то же самое, что попытаться остановить руками поезд. Я благородно не ввязывался в орочью семейную драму, дабы не сделать ситуацию ещё хуже. Но вскоре всё поменялось, и орчиха начала тыкать пальцем в меня. А ведь я ещё и ни слова не понимаю из того, что она рычит…

Орочи схватил её за плечи, впервые повёл себя как мужик и сурово зыркнул, мигом успокаивая свою благоверную. Что-то там прорычал и перешёл на общий язык всех нас, избранных.

— Этот слабак убил двух минотавров, — серьёзно произнёс он. — Один. Мы всем нашим племенем не смогли победить ни одного. Потеряли столько орков ещё с умертвиями, а он и мертвецов прикончил, и минотавров! Это великий воин, Атари. Мне было честью сразиться с ним и проверить его силу.

Она непонимающе уставилась на него, он опустил голову и ещё раз прорычал что-то на оркском. Она снова спросила. Он уже посмотрел на меня и задал неожиданный вопрос:

— Подтверди. Ты ведь чемпион у себя там, откуда ты родом? Верно?

Я кивнул, стараясь выглядеть серьёзно.

— Орочи прав. Я с детства побеждал на турнирах. По различным дисциплинам ГШО.

Орочи радостно хлопнул меня по спине, чуть не сбивая с ног.

— Вот! ГШО! Это же серьёзные соревнования! — И сразу зашипел непривычные для орков звуки.

Атари оценивающе на меня посмотрела и успокоилась, кивнула. А я про себя подумал: как хорошо, что никто не спрашивает, что это значит. Знай они, что я чемпион Городских Школьных Олимпиад в провинциальном городке, мой авторитет в глазах орчихи сильно упал бы…

Я подвёл Орочи к статуе Диониса в моём доме вождя, когда мы закончили с их разбором полётов. Нога его постепенно восстанавливалась, но он продолжал хромать.

Мой счастливый билет в прекрасную жизнь стоял голышом в танцевальной позе, с идиотской улыбкой на каменном лице.

— Готов стать избранником? — спросил я его.

— Готов, — произнёс Орочи, чьи щёки дрожали.

Я быстро отвернулся, чтобы не прыснуть ему в лицо.

— Кхем… Сейчас призову Диониса. Там пообщаетесь, бумаги подпишите…

Мысленно я воззвал к амбассадору майки-алкашки… Постоял как дурак. Ещё раз повторил. Постучал по лбу статуи…

— Алло! Приём! У нас кандидат в чемпионы! Повторяю! У нас кандидат! Хватит распутством заниматься!

Но ни привета, ни ответа…

Вот ведь почётный житель Бухенвальда! Сын «Балтики-семёрки»!

Орочи посмотрел на меня вопросительно:

— Не отвечает?

— Странно… — пробормотал я. — Обычно сразу является… Видимо, у него