Повелитель гоблинов. Том 2 - Андрей Мельник

в основном по самой стене: из-за корней хватало трещин, куда можно было засунуть пальцы. А ногами притормаживал, останавливался каждые полметра на узлах. И так потихонечку спускался всё ниже… Как в школе учили. Пока физрук не спился… Кстати, он был на Диониса похож…

Резкий порыв ветра заставил мою волю сжаться в узкое кольцо, чуть ниже поясницы. По спине прокатились капли пота. Я выдохнул и продолжил движение вниз. Ещё один шажок, и вот я осторожно ступил на край каменной площадки.

Узкая, шаткая… Будь это не кетра, а орк — ни за что бы тут не уместились. Мне самому с трудом удалось пристроиться.

Сразу оценил пострадавшую: экипировка не простая, но вся подранная. Мало что от неё осталось, мало что прикрывает… Но красоты тела кошкодевушки скрыты, кроме одежды, ещё и плотным слоем грязи, засохшей крови и пыли. Руки покраснели и опухли.

Проверил пульс… Жива! Дышит, но едва заметно. Кожа бледная, губы потрескались и кровоточат. Лицо истощённое, щёки впалые, вены торчат. Сильное обезвоживание как минимум.

— Живая! — прокричал я со всей силы, вызывая радость у гоблинов.

А теперь надо думать, как спуститься нам вниз…

Мозг завис на добрую минуту, но идей так и не выдал. Подумал взять её просто на плечо и вместе спуститься, но… Вдруг очнётся, дёрнется — и звезданёмся оба. Попробую обвязать её верёвкой и спустить. Главное — чтобы ветер не раскачал её и не ударил об скалу.

Дело шло не ахти. Дважды я чуть не сорвался с выступа. Деревце помогало, но сильно прогибалось под моим весом, пока я обматывал верёвкой кетру.

— Ну что, безымянный герой… Давай выбираться из этого живописного, но слишком опасного места, — произнёс я и начал спуск пострадавшей.

Волновался так, что потом вышло литра два жидкости из организма. Руки болели, спина страдала, но я упрямо продолжал опускать её сантиметр за сантиметром. Казалось, это длится вечность, хотя на деле прошла в лучшем случае минута или две.

Снизу уже готовились принимать кетру. Вскоре её подхватили и положили на землю. Я выдохнул… Теперь и мне надо слезать. Только дух переведу…

Выглядела она, конечно, маленькой и худенькой, но что-то организм мой малость прибалдел от такой нагрузки. Да и дерево, что дало опору одной ноге и помогло мне не рухнуть вниз головой, держалось из последних сил. Оборвало как минимум половину корней, что уходили глубоко в скалу.

Надо было последнюю единичку характеристик в Силу кинуть… Но уже поздно.

Я прокричал наверх, чтобы спускались. Миори заорала в ответ:

— КУДА ТЫ ЛЕЗЕШЬ! НОГАМИ СПУСКАЕМСЯ! Как пришли, а не по верёвке.

— Это кто там такой идиот? — уточнил я.

— Это не я идиот, вождь! — трусливо прокричал Спартак. — Честно! Это не я был! Миори, не выдавай меня! С меня пять гусениц! И три личинки!

Ни я, ни Миори это не прокомментировали. Она поражалась тупости кричащего гоблина до последнего, ведь его слова слышали абсолютно все. Я же ждал, пока Система выдаст бонус к технологии взяточничества.

Увы. Этого тоже не было. Но сам процесс эволюции хитрожопости гоблинов налицо.

Я схватился за верёвку и начал спускаться. Теперь всё казался лёгким и простым, так что я мигом оказался внизу.

Остальных гоблинов ко мне и оркам привела Миори и тут же нахмурилась, рассмотрев девушку. Зачем-то схватила её за руку и разорвала остатки одежды, что-то ища на коже.

— Воду подайте, — протянул я руку к гоблинам.

Они выделили мне наш единственный бурдюк. Новые они пока не научились делать, а я и сам понятия не имел, как они создаются. Времени, чтобы разбираться с ними, тоже не было. Слишком много задач накидывает этот мир. То подземелье закрыть, то жопы мыть научить. И такая дребедень каждый день! Так что бурдюк у нас был один… К счастью, гоблины не успели его опустошить.

Я дул на свои горящие огнём руки, а Миори отпаивала раненую по капле.

Пару минут спустя кетра начала приходить в себя, чем вызвала дружный вздох облегчения. Особенно у Карамельки, что места себе не находила при виде пострадавшей.

Кетра начала жадно пить и шевелиться. Ещё через пару минут попыталась открыть глаза. Смотрела куда-то в пустоту, то теряя сознание, то приходя в себя.

Мы перенесли её в тенёк и стали осматривать, ища травмы. Карамелька активно пережёвывала горькие цветы, создавая лечебную пасту.

Кетра снова открыла глаза и начала осматривать нас. Её взгляд с трудом сфокусировался. Она замерла на мне. Проморгалась постанывая. Потянулась к ботинку. Снять хочет? Да, ноги тоже могли опухнуть…

— Ты… — с большим трудом произнесла она.

Хриплый голос выдавал её слабость. Я слегка наклонился, успокаивающе хлопая её по плечу.

— Спокойно. Мы спасли тебя. Всё хорошо.

Её губы зашевелились, и первые слова едва слышно сорвались с них…

— Ты… Умри!

В руке блеснула сталь кинжала. Такого поворота событий я не ожидал! Лезвие летело прямо к горлу. И пусть в руках её нет сил, но одного тычка в артерию достаточно, чтобы умереть.

Мир вокруг замедлился. Я рефлекторно дёрнулся, но почувствовал: не успеваю…

Глава 17

Лезвие неслось к моему горлу, а тело охватил непривычный липкий страх, мешающий двигаться и соображать. Всё вокруг исчезло. Я видел лишь опухшую ладонь и лезвие кинжала. Моя рука двинулась ей навстречу. Не знаю, кто из нас оказался бы быстрее, но в дело вмешалась третья сторона…

Сбоку мелькнула тень, врываясь в моё сузившееся поле зрения, и чужая ладонь схватила рвущееся к моей шее оружие. Ослабевшая зверолюдка не смогла пересилить внезапную преграду на пути. Силы покинули её, и клинок был вырван из ослабевших пальцев. Я отпрянул и сделал кувырок, перекатываясь на безопасное расстояние.

Сосредоточил взгляд на картинке впереди. Миори схватила кетру обеими руками. С ладони моей Астокарай капала кровь. Её взгляд был суровым и хищным. Даже злым.

— Господин, отойдите! — крикнула она, выворачивая руку кошкодевушки.

Мир вернулся к нормальной скорости. Сердце колотилось как бешеное. Несостоявшаяся убийца попыталась вырваться, но у неё не было сил. Спартак и Ма тоже бросились на неё и придавили сверху. Шрам метнулся вперёд, подхватил упавший клинок и отбросил его подальше. Мигом позже я и сам оказался на кошколюдке — силой перевернул её на живот и заломил руку.

— Вторую руку! — рявкнул я. — И верёвку!

Миори хотела помочь, но я сказал ей отойти и проверить рану.