Гарри и его гарем 11 - Нил Алмазов

Я ещё увеличил температуру. Орать он не будет — не в его интересах, чтобы и остальные узнали, что он тут устроил.

— Хватит! Хватит! Хватит! Я всё скажу! — вырвалось у него сквозь невыносимую боль. Да у него даже слёзы потекли от напряжения.

— Другое дело, — сказал я, прекратив воздействие. Мне не доставляло удовольствия причинять ему боль, но и жалеть его не собирался.

— Ты что, ещё и магией крови обладаешь? — тяжело дыша, спросил он.

— В твоём теле, как и в любом другом, достаточно воды, чтобы можно было обойтись без магии крови, — намёком ответил я. — Так что? Рассказывай. И ты до сих пор не представился, хотя моё имя тебе известно.

— Дай мне хоть сесть, а то очень неудобно так разговаривать.

Я усадил его спиной к стене, после чего он продолжил:

— Падший меня зовут.

— Это не имя.

— Правда, что ли?

— Будешь паясничать?

— Ладно-ладно, не буду. Я известен именно как Падший. Моё имя знают только родные и знакомые, так что оно тебе ни о чём не скажет.

— Хорошо, Падший. Продолжай. Зачем тебе эта ламия и что ты с ней делаешь? И ещё: её можно спасти?

— Не знаю я, можно или нет. У них очень сложная энергетическая сеть. А я вообще не маг. Мне просто нужен был её яд. У одарённых он магический, поэтому я старался извлечь его с помощью различных зелий. Перепробовал уже всякие, ничего не помогает.

— Так, понятно. Вернёмся к теме яда позже, — ответил я, потому что у меня появилась идея, как спасти ламию. — Где ключ от твоей комнаты?

— Здесь. — Он кивнул на куртку. — Внутренний карман.

Я без труда нашёл ключ и встал.

— Куда ты? — Падший поднял на меня взгляд. — За стражей? Давай договоримся, а?

— Нет, не за стражей. Сдавать никому я тебя не собираюсь. Пока не собираюсь. Сейчас вернусь.

Оставлять его одного было небезопасно, даже ненадолго. Поэтому я охладил его руки и ноги настолько, чтобы он не смог сдвинуться с места. Стиснув зубы, он застонал, изо всех сил терпя холод; было видно, что понял, для чего это нужно. Умереть не умрёт, а подлечить его при надобности можно будет.

Вскоре я оказался в нашей комнате.

Мелия до сих пор спала. Падший не успел причинить ламии серьёзных страданий, поэтому она не проснулась. Но её нужно разбудить: она умеет лечить куда лучше меня. И если ламии действительно потомки демонов, то эта ламия вряд ли воспримет Мелию как врага. Они могли ощущать друг друга как родственные души, и риск получить порцию яда в таком случае будет значительно меньше.

Мелия спала на удивление крепко, и растолкать её оказалось непросто.

Наконец, когда я сильнее тронул её за плечо, она с трудом разлепила глаза и, явно ничего не понимая спросонья, посмотрела на меня.

— Ну давай ещё поспим, — хрипло пробормотала она. — Я совсем не выспалась, Гарри.

— Сейчас ночь. И послушай меня внимательно. Дело очень серьёзное.

Когда я вкратце рассказал ей о случившемся, сон у неё как рукой сняло: она быстро слезла с кровати и оделась, будучи готовой.

Мы без промедления пошли в комнату Падшего.

— Отмени уже свою магию, прошу, — едва ли не простонал он, увидев нас. — Я ж рук и ног так лишиться могу.

— Ну, живым-то ты всё равно будешь, даже без рук и ног, — спокойно ответил я, но всё же снял с него магию.

— Какая она красивая, — заворожённо произнесла Мелия, подходя к ламии. — Бедная, что ж он с тобой наделал…

Она села рядом и начала внимательно осматривать ламию, явно магическим взором.

— Подумаешь, несколько зелий влил, — буркнул Падший. — И ничего она не бедная.

— А это что? — Мелия посмотрела на него таким гневным взглядом, какого я ни разу не видел.

Я подошёл ближе и только сейчас заметил на шее ламии тёмную горизонтальную полоску — явный след удушения. Подходящее у него прозвище, ничего не скажешь…

— Я не хотел, — произнёс он. — Мне пришлось.

— Да? — начал я не на шутку злиться. — Если б не хотел, то и не делал.

Мои попытки совладать с собой и сдержать гнев не увенчались успехом: подошёл к Падшему и хорошенько ударил его ногой прямо по почке.

— Мне пришлось, — развёл я руками, глядя на него, пока он корчился от боли. — Я не хотел.

Затем вернулся к Мелии, которая уже что-то делала с ламией, и спросил:

— Её можно спасти? Или уже поздно?

— Я вижу не только внешнее физическое насилие над ней. У неё повреждены некоторые органы. Если не ошибаюсь, всё из-за разных зелий, причём в больших количествах. Аура тоже пострадала. Она как будто лишилась части своей сущности. Мне нужно больше времени, чтобы всё понять. Очень сложная энергетика.

— Этот, — я кивнул на Падшего, — сказал, что она одарённая.

— Ну теперь понятно, — вздохнула Мелия. — Я ею займусь, сделаю всё, что в моих силах. Только не отвлекай меня пока.

— Конечно-конечно.

Оставив её, я вернулся к Падшему и сел перед ним на корточки, чтобы смотреть ему в глаза.

— С таким выродком, как ты, даже разговаривать не хочется, — сказал я. — Но придётся.

— Давай всё-таки договоримся. — Он поднял голову и посмотрел на меня. Это был взгляд уже не уверенного в себе человека, а того, кто просто хочет жить.

— Ты мне ничего толком не рассказал. О чём мне с тобой договариваться? Не хочется в темницу, да? Тогда есть другой путь…

Падший понял, о чём я говорю. Он опустил голову и тихо произнёс:

— Тебя это не волнует, наверное, но, понимаешь… У меня жена, дочка маленькая. Кроха совсем. Родители уже старенькие. Как они все без меня?

— А у ламии, которую ты пытал и поил своими зельями, нет родителей, которые за неё переживают? Может, у неё муж есть, дети. Но тебя это не остановило.

— Нет у неё мужа и детей. Только родители. И…

— Я не собираюсь с тобой тут до утра возиться, — перебил его. — Поступим так: ты отвечаешь на все мои вопросы — и тогда шансы