Торговец вольного города - Дмитрий Яковлевич Парсиев

— Да помню я! — она закатила глаза. — Но ведь мы всё равно маги, есть кольцо или нет. Да и способности использовали по минимуму, только на сложных клиентах. Если будем вести себя осторожнее, то всё пройдёт, как прежде. Тем более у нас есть ты.

— Именно. Есть я, глава рода. И я запрещаю вам впредь заниматься подобными вещами.

— Но как иначе добывать макры? — расстроилась она. — Это ведь был самый простой и приемлемый способ. Мы же последнее не отнимаем, так, немного макров… Охотники потом ещё добудут! Уверена, многим даже не жаль столь незначительной потери.

— Если ты действительно так думаешь, то мне очень жаль. Зачем вообще в академии учитесь?

— Но профессия охотника сложная и опасная, — резонно заметила Анна, уверенная в своей правоте. — Женщинам там не место!

— Некоторые женщины бы с тобой поспорили, но не суть. Зачем вам тогда вообще академия? Зачем посещать её?

— Ну, магия же…

— И что? Ты же ею пользоваться не будешь, так как не собираешься ходить на Изнанку. Или фаерболами камин зажигать собралась? Овощи резать воздушным ножом? Очень продуктивное применение специального образования. Ах да, мы кое-что забыли! Аристократки не готовят, для этого есть прислуга, как и для того, чтобы в камине огонь развести.

— Но… но… — она начала заикаться, не находя аргументов.

— Поиск будущего мужа, верно? Вы за этим пошли в академию? Действительно, рассадник молодых неженатых аристократов. Но есть одна маленькая загвоздочка: а зачем ты им нужна? Что у тебя, что у Яны, кроме красивого личика и фигуры, нет ничего. Огромное приданое? Нет. Врождённые особенные магические таланты? Снова мимо. Вы хороши как любовницы максимум, и то до поры до времени, пока молодость не уйдёт.

Анна совсем расстроилась, в уголках её глаз появились капли влаги, наполненные обидой.

— Почему ты такой жестокий?

Я выдохнул и взял девушку за плечи, после чего заглянул в глаза, которые уже были полны слёз.

— Посмотри на меня, Аня.

Нехотя, но она всё же подчинилась.

— Потому что я не хочу врать тебе. Ты хорошая девушка, но кто скажет правду? Мама? Она слишком сильно вас любит, чтобы объективно смотреть на ситуацию. Я желаю тебе только добра, и это правда. Если ты хочешь… Если действительно этого хочешь… то выходи за простолюдина-охотника. Он будет любить и ценить тебя, а также в семье всегда будут водиться деньги.

— Как папа? — Анна всхлипнула. — Но он… Это очень опасная профессия, а аристократы сильнее остальных. К тому же им нет смысла рисковать ради денег.

Я на такое лишь усмехнулся и покачал головой.

— Кстати, у Яны ведь есть врождённый талант, верно? Большая физическая сила. Это от отца?

— Но как ты… — Анна ошарашенно уставилась на меня, а потом отвела взгляд. — Там, в школе…

— Да, но не только. Почему она скрывает? Эта особенность — её капитал в привлечении аристократического рода, занимающегося охотой. С такими данными гораздо больше шансов удачно выйти замуж.

— Мама говорит, — совсем тихо ответила девушка, — что женщина должна быть слабой, иначе ни один мужчина на неё не посмотрит, потому что будет видеть конкуренцию себе. Мужик с грудью — так она это называет.

Я лишь покачал головой на это заявление.

— Чушь. Разве у вас не учатся настоящие охотницы? Они что, популярны как женщины?

Ответить на это Анне было нечего.

— По поводу риска и охоты, — вернулся я к теме. — Налоговые льготы и социальные привилегии — вещь хорошая, конечно, но есть разорившиеся семьи, которые мало чем от простолюдинов отличаются. И им приходится рисковать. Подобных людей не так много, да и не думаю, что ваша мать хотела бы видеть своих дочерей в таких браках.

— И что же мне делать? — совсем сникла она.

— А что ты хочешь?

— Я… не знаю.

— Тогда подумай об этом. Любить маму и сестру не синоним подчинению. Ты взрослая девушка, у тебя должны быть свои интересы, если не хочешь прожить чужую жизнь, притворяясь другим человеком. Рискуешь так никогда и не стать счастливой и на старости лет остаться наедине с сожалениями.

— Х-хорошо, — кивнула Анна. — Я подумаю.

— Умойся пока, а то твоя мама решит, что я тебя очень сильно обидел, и накричит, — постарался улыбнуться приободряюще.

За завтраком Екатерина опять попыталась клянчить денег на бытовые расходы, но без прежнего фанатизма. Похоже, она поняла, что так просто меня уговорить не выйдет.

— Вы подготовили документы по аренде?

— Да, — сквозь зубы ответила мачеха. — На столе в кабинете.

— Отлично, — кивнул я. — Благодарю за сотрудничество!

— Вернёшь кольцо?

— Посмотрим на ваше поведение. Не беспокойтесь, ваш вклад будет оценён по достоинству.

— Скарабейников, не наглей. Не заставляй меня прибегать к крайним мерам!

Я внимательно посмотрел на неё.

— Минус один балл рейтинга.

Её лицо удлинилось в недоумении.

— Что ты несёшь?

— Сейчас у каждого из вас по нулю баллов. Как станет сто, я отдам кольцо либо попрошу Первопредка вернуть дар.

Сёстры переглянулись. Яна подтолкнула ко мне тарелку с пирожками.

— Угощайся, Серёжа. Пусть и не свежеиспечённые, но очень вкусные к чаю, — улыбнулась она.

— Плюс один балл, — сказал я, смотря на мачеху и взяв пирожок. — Учитесь, Екатерина.

— Екатерина Андреевна для тебя, — сквозь зубы зло процедила она.

Я вздохнул и покачал головой:

— Минус один балл.

Женщина хлопнула по столу ладонями:

— С меня хватит!

Сказав это, она поднялась со стула и ушла, так и не допив чай.

Это своеобразное противостояние забавляло меня немного, но продолжаться вечно не могло. Потому я и хотел продать дом, чтобы окончательно распрощаться с надоедливым семейством.

Да уж, насыщенное утро выдалось. А ведь мне ещё надо было сбегать к Виктору за товаром, отнести часть Харитону и вернуться в лавку. Всё же сегодня будет мой первый торговый день в новом статусе.

* * *

Погружённый в свои мысли, я, наконец, вошёл в лавку. Обвёл взглядом помещение у улыбнулся: вид меня вполне устраивал. Галина вчера хорошо поработала, всё вокруг блестело чистотой. Не хватало только цветов, но она обещала уже сегодня