Мир Теней - Денис Игоревич Камков

по обеим сторонам которой стояли высокие шкафы с полками, на которых виднелись корешки книг. На стене справа висели зеленые штандарты с руной Земли, а в противоположную ей стену был встроен массивный, пылающий жарким огнем камин, с кованой решеткой и мраморной полкой над ним. На ней я заметил несколько стоявших рядами золотых и явно очень древних кубков, видимо служивших какими-то памятными наградами или выигранными призами.

Мы расположились в креслах, установленных у самого камина. Между нами стоял низенький круглый столик с напитками и корзиной с фруктами. Я рассматривал молчавшего пока мужчину, одетого в коричневую атласную мантию, отливающую сочными шоколадными оттенками. На спине и рукавах его мантии, золотыми нитями были вышиты руны Земли, которые иногда немного смещались, или же мне так казалось, в неровном свете ярко горящего камина.

Когда он откинул свой капюшон, я увидел, что человек этот был стар. Седая борода и пышные усы, переходящие в бакенбарды, окаймляли морщинистую кожу его лица. Испещренный старческими складками лоб, был похож на песчаный волнистый берег моря, причем не только по форме, но и по цвету кожи. Широкий нос был бугристым и наверняка довольно длинным, полностью его было не видно из-за пышных, седых усов скрывающих его кончик и ноздри. Лишь глаза, пристально и остро смотревшие сейчас на меня, выдавали не дюжую силу и мощь его далеко не старческого разума.

– Так кто же ты такой и зачем прилетел сюда, причем прилетел бестелесной сущностью, словно призрак или грязное умертвие. – Спросил он меня своим тихим, очень низким, почти шипящим голосом. – Говори прямо и честно, ибо ты сейчас полностью в моей власти. В этой башне, принадлежащей моему факультету Земли, мне не найдется соперников, дерзнувших бросить мне вызов. Это место силы для меня, как одного из четырех основателей Школы Волшебства. Заметь, я не пытаюсь тебя запугать, лишь обозначаю твои и свои возможности.

Я ощутил мощное давление на свой разум и одну за другой воздвиг все свои защиты. Одновременно я заглянул в астрал, чтобы убедиться в том, что если станет совсем туго, то я смогу улизнуть из реального мира. Но в астрале я увидел проекцию сидевшего напротив меня в точно таком же кресле главы факультета, растянувшего губы в легкой усмешке и, кивнув ему, остался в физическом мире. Давление не нарастало, но и не становилось более слабым, не смотря на мои попытки ослабить его. Либо мой собеседник не наращивал мощь, либо отрабатывали пока мои защитные барьеры. В любом случае я прилетел сюда не мериться с ним силами, а поговорить, поэтому ответил на заданный им вопрос ранее:

– Как уже мной было сказано, я путешественник. Этот мир заинтересовал меня, и я решил задержаться в нем, и побольше узнать обо всех его обитателях.

– И что же ты уже узнал? Как я услышал, ты говорил с Великим Лесом? – Собеседник говорил совершенно легко, словно и не давил на меня сейчас многотонным прессом.

– Я совсем недавно прибыл сюда. В разговоре с Великим Лесом я узнал об этой дрревней Школе и потому решил пообщаться с тем, о ком сам Лес отзывался при разговоре со мной крайне лестно.

Я подбирал слова и не собирался, по крайней мере сейчас, раскрывать все свои дела, справедливо полагая, что в данный момент говорю с одним из самых главных существ, определяющих жизнь всего этого мира. У меня не было желания раскрывать все свои карты и тем более рассказывать о драконах и об их исходе, потому что неизвестно как отреагируют сильные мира сего, на мое, по сути, самоуправство.

– Это было очень давно, еще до основания этой Школы, мне конечно лестно, что такой древний разум помнит тот наш недолгий с ним разговор. Но я спрашивал совсем не об этом. Кстати, мы еще не представились друг другу. Меня зовут Вельгор Бурый, я Высший Архимаг этой Школы, глава одного из четырех ее факультетов.

– Я Морон, путешественник по мирам и у меня действительно нет физического тела, только астральное. А кто был вторым, тот, что вместе с тобой встретил меня над Школой Волшебства? – Я решил представиться, потому как скрывать свое имя, после того как собеседник открыл мне свое, было бы как минимум неучтиво с моей стороны.

– Это был Агонир Алый! Он, так же как и я – глава одного из факультетов и основатель Штормхольда. – Не стал скрывать Вельгор.

– Видимо его факультет Огня? – Догадался я, с улыбкой, хотя защита моя уже начала трещать по швам, а энергия, подпитывающая ее, довольно быстро уходила.

– Не нужно быть самим великим пророком, чтобы определить это. Так что же привело тебя в этот мир? – Продолжал допытываться маг, как ни в чем не бывало.

– По пути сюда, я не раз натыкался на миры, богами которого являются Восемь. Эти миры были интересны, а этот понравился мне настолько, что я решил задержаться в нем на какое-то существенное время, чтобы, во-первых, как можно более подробно самому познакомиться с этим миром, а во-вторых, чтобы как следует отдохнуть от весьма затратных и зачастую весьма непростых перелетов через лимб. – Сказал я чуть запыхавшись от давящего на мой разум напряжения.

– Восемь наших богов – это дети Создателя этого мира. Мы почитаем их и даже возносим им свои молитвы, хотя помним и самого Создателя, хотя ни он ни мы, давно уже не можем уловить ответных импульсов силы друг от друга. Мы четверо основателей Школы, как и Владыка Великого Леса эльфов Эльсинор, еще помним времена, когда сам Создатель, лично являл нам себя в своих делах и проявлениях божественной силы. К сожалению, эти времена давно прошли, да и дети его все реже показываются в этом мире. Далее для нашего мира начался весьма непростой переходный период, когда Создатель перепоручил детям своим присматривать за нашим миром. Он ознаменовался здесь войной рас, которую смогли остановить лишь мы пятеро, это те, кого я перечислил выше. Люди и эльфы подписали в итоге договор, который составили мы впятером и с тех пор наш мир хоть и живет в мире, как бы это промасленно не прозвучало, но сам мир уже давно не тот. Дети не ведают всех Замыслов Создателя и потому зачастую бездумно экспериментируют, или того хуже – оказывают некое свое влияние, которое на данном этапе открыло дорогу Хаосу в наш мир. И только мы впятером, сейчас стоим на страже, не давая этому миру скатываться в тартарары. – Вельгор отпил из богато инкрустированного драгоценными камнями золотого тонкостенного