Ярость на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

внимание девушки-телепата. Пусть она не перехватила бы передачу с первой попытки, но непременно уловила бы нарушения в привычном ментальном поле. И переключилась бы на отслеживание странных сигналов. Именно поэтому блондинка — моя следующая жертва. Сбежать с дирижабля я смогу, лишь обеспечив чистоту эфира.

По коридору я двинулся медленно, настраивая себя на любые сюрпризы.

О датчиках известно то, что они заточены под обнаружение иллюзионов. Всплесками ки тут не интересуются — они возможны просто потому, что свои способности могут применить телохранители королевы.

И всё же…

Комбинезон Михалыча потребляет энергию.

Пусть немного, жалкие крохи, но потребляет. И мало ли, как этот процесс воспримет местная автоматика. Что ж, если случится неладное, буду действовать по обстоятельствам. Например, достану «глок» и всех перестреляю…

В нашем ремесле нервы — серьёзная помеха.

Убийца должен нормально воспринимать любые отклонения от первоначального замысла. Главное, чтобы всё не покатилось под откос…

Не покатилось.

Я просочился в тамбур, поднялся по трапу на верхнюю палубу, примыкающую к баллону, и вжался в стену, пропуская кинетика с танто у пояса. Мужчина лет тридцати, с резкими чертами лица и очками-консервами. Прохаживается неспешно, расслабленно. Впрочем, не стоит заблуждаться. Личная охрана шведской королевы — это профессионалы высшей категории. Они способны молниеносно реагировать на любую угрозу, даже если перед этим несколько месяцев ничего не происходило. Такие типы никогда не расслабляются.

Кинетик достиг тамбура, постоял несколько минут, вслушиваясь в едва уловимый шелест вентиляционной системы, и скрылся за дверью. Шумоизоляция на жилых палубах у «Конунга» отменная — рокот моторов вообще не воспринимается.

Убедившись, что больше никто не шатается по коридору, я двинулся от кормы к носовой части.

Кубрик располагался на средней палубе, там же находился камбуз.

Верхняя палуба — это владения королевы. Ну, почти. В носовой части расположена рубка управления, к ней примыкает каюта капитана. А ещё тут имеются гостевые апартаменты: для членов королевской семьи, высокопоставленных гостей и прочих важных особ. Сейчас все эти помещения пустуют.

У двери Астрид дежурили двое.

Я сразу определил мету и прыгуна.

Притормозив, сделал прозрачными переборки и стал наблюдать за кабинетом Астрид. То, что происходило в апартаментах, мне не понравилось. Королева больше не занималась текущими делами, вместо этого она включила селектор внутренней связи и переговаривалась, как я понял, с рубкой. Усилив слух, я смог уловить лишь обрывки фраз.

— … Да, приму… Пусть прыгает… Не чините препятствий… Охрану предупрежу…

Выключив переговорное устройство, Астрид начала собирать разбросанные бумаги. Попутно она раздавала инструкции второму телепату:

— Передай всем, у нас гость. Прыгун. Я разрешила перемещение. Он телепортируется в кубрик. Пусть его оттуда приведут ко мне. Никакого самоуправства. Оружие пусть сдаст, но стандартный обыск запрещаю.

Интрига.

А хуже всего то, что ужин в каюту не приносят.

Путь до Сицилии отнимет у королевы примерно восемнадцать часов. Мы не выходим в стратосферу, движемся с обычной скоростью, без фанатизма. Допустим, девять часов Астрид будет спать. Останется не так уж много времени, чтобы осуществить мой замысел.

Что из этого вытекает?

Придётся всё корректировать.

Для начала — убраться из коридора. Просочиться сквозь переборку под носом у охранников, которые меня не видят и не слышат. Пересечь спальню, войти на проницаемости в шкаф, застыть в окружении деловых костюмов и вечерних платьев. Сделать створки прозрачными.

Из моего укрытия видна часть кабинета.

Та часть, в которой находится Астрид.

Лицо у женщины напряжённое, хмурое. Кем бы ни был этот прыгун, телепортация не запланирована. И ничего хорошо от визитёра северянка не ожидает.

Раздаётся мелодичный сигнал.

Астрид выходит из кабинета в сопровождении телепата, блондинка тут же покидает апартаменты. Вместо неё входит неприметный человек европейской наружности. Костюм-тройка, классическая стрижка-британка, никаких признаков оружия.

— Вы принесли послание? — уточнила королева.

— Никак нет, ваше величество, — ответил визитёр. Оба говорили по-английски. — Разрешите активировать портал.

— Приватная беседа?

— Да, ваше величество.

— Разрешаю.

Прыгун достал из кармана что-то мелкое, наподобие подшипника, бросил на ковёр. Шарик утонул в ворсе, но тут же засветился ровным голубым сиянием. Королева и визитёр отступили на пару шагов.

В воздухе соткался зеркальный овал.

Линза, отражающая всё, что находилось в каюте.

Поверхность линзы подёрнулась рябью, и в каюту шагнул человек… которого я очень хорошо знал. Джордж Гренвиль собственной персоной. Премьер-министр Великобритании, сменивший на этом посту Кима Ступера.

— Добрый вечер, ваше величество.

Прыгун растворился в воздухе.

Я на несколько секунд выпал в осадок. Портал! То есть, как в компьютерных играх. Устойчивый, не распадается. Не заполненный энергетическими всполохами, как это любят изображать фантасты, а представший в виде гладкой зеркальной поверхности. Даже на те одноразовые штуки, которыми пользовалась Грессер-Гамова, не похож. Качественно новый уровень.

— Сэр Джордж, — сухо улыбнулась Астрид. — Поздновато для чаепития.

— Вопрос не терпит отлагательств, — ответил премьер.

— Пройдёмте в кабинет.

Гренвиль значился в чёрном блокнотике под первым номером. У меня целый пошаговый план разработан, как этого мудака достать. А тут…

Я не верил собственному счастью.

Так не бывает.

Астрид устроилась на вращающемся стуле за письменным столом, Гренвиль занял глубокое кожаное кресло в противоположном углу, так что я не видел его из своего укрытия. Зато слышал голос. Уверенный баритон, роняющий слова, как пудовые камни.

— Вы ужинали, Джордж?

— Да, — коротко ответил премьер. — Ничего не нужно, ваше величество. Я прибыл, чтобы сообщить неприятную новость. Лаура фон Меркен мертва.

Астрид недоверчиво уставилась на собеседника.

Я же мысленно пообещал выписать своим ребятам премии. Операцией по устранению главы Верховного Совета Евроблока руководил Байт Мусаев. Всё было разыграно как по нотам. А хуже всего для моих врагов было то, что они не успевали выработать единую стратегию.

— Детали, — коротко бросила Астрид.

— Нашли мёртвой в собственной постели, — ответил Гренвиль. — Провели экспертизу. В крови следы неизвестного вещества. Определить, что это за яд, не представляется возможным. Лаура скончалась от остановки сердца.

— Сначала Густав, — процедила Астрид, — потом Лаура. Кто следующий?

— Важно понять, кто за этим стоит, — хладнокровно заявил премьер.

— У вас, безусловно, есть версия.

— Не версия, а непоколебимая уверенность.

— Так излагайте, Джордж.

— Уверен, вы и сами знаете ответ. Необъяснимые смерти — это фирменный почерк одного и того же человека. Он, кстати, был замечен в Любеке за беседой с Густавом де Линем незадолго до убийства последнего.

— Иванов, — скривилась королева.

— И ещё один факт к размышлению, — добавил Гренвиль. — За те недели, что Ганзой руководил Натан, младший брат Густава, было отменено распоряжение изолировать холдинг Ивановых от торговых операций на европейских биржах. Этот приказ, как вы знаете, исходил от лорда Камминга и канцлера Доннерсмарка. Канцлер тоже скончался