Танат 5. Долг вестника - Виктор Айрон

Древних воинов, которых Хозяева называли реликтами, извлекли из хранилищ примерно триста оборотов назад. Это были реально живые памятники воинственного прошлого расы дрегов. Их запечатали в камни души задолго до того, как этот народ и его формовщики достигли пика в искусстве генных манипуляций. Уничтожать своих соплеменников народ учёных не стал. Вдруг найдется способ перевоспитать их?

Как понимаю, когда создали подземный полигон для опасных исследований, несколько десятков камней с душами этих воинов переместили в Центр. После первых неудач с вторжениями в другие миры, Тени и вспомнили о забытых собратьях своих спасителей. Они разбудили их лидера, а потом дали ему новое тело. Тот самый боевой конструкт, который нас чуть не прибил.

Это оболочка максимально предназначенная для войны. Её сила, скорость, выносливость и реакция были запредельны. Плюс усиленное оружие и спасательный кильм, в который после смерти перемещается тифол с эотулом. Этакая система аварийного спасения или разведчик. Сюрприз, что реликт может иметь для помощи в бою этакого воздушного дрона. Нам повезло, что тот воин не использовал его в бою.

Короче говоря, эти монстры смогли продавить защиту некоторых миров и захватить пленников. Тех, кто стал ращами и слугами Теней. Тогда же резервация дрегов ученых создала новые управляемые биоформы. То есть оживили старые проекты вроде автономных защитников и конструкты типа оболочка с разумной броней. Первые стали спраксами, а вторые переросли в вестников. Благо, что у них были прототипы из числа тех, кто в бою смог впечатлить реликтов.

Услышав это, Даргул сжал кулаки. В своём мире он как раз и противостоял такому древнему воину, защищая рожу святых деревьев от вторжения. Увы, но он погиб, рощу сожгли свои же. Но никто не знал, что души древних растений и павших воинов были ассимилированы.

— Но почему их убрали? Ведь вторжения с их участием проходили успешнее? Они опытные военные.

— Да потому что эти монстры могли бросить им вызов, — развел Трам руками. — тот же лидер реликтов имел среди них авторитет. Поэтому после уничтожения мира тех, кто атаковал поверхность, его не вернули. Он до сих пор там, в том мире. Спит в шпиле, а иногда просыпается и разгоняет местных.

Мне сразу вспомнилось видение гиганта, который сидел на троне в биозамке среди развалин инопланетного мира. И этот некто почувствовал мой взгляд… Я это помню.

Трам продолжил свой рассказ:

— Видел я Творцов, что наблюдали за ним через гар. Нико, они их бояться. Если бы ты им так не поднасрал, они бы не разбудили тех, кого оставили в среднем кольце. В Центре возможно есть ещё такие. Если они их разбудят.

— Нет, — качаю головой, — им нужна лишь ударная сила, чтобы добраться до Узла и вручную перезагрузить мир. Кстати, даже для Хранителя шпиля ты многовато знаешь.

— Так часть Хауфи в городе узнал, — хмыкает бывший Хранитель. — Я сам столько узнал, что итво пил до мобьего визга. Поверь, я всё то дерьмо, что Тени и из личные дреги творили даже не расскажу. Про Теней Танат рассказал. После его пробуждения он стал больше через иныопы отвечать.

— Какая у реликтов слабость? — задал самый животрепещущий вопрос Даргул.

— Нам она недоступна. Мысленное воздействие, — Трам горестно махнул рукой. — Такое же внедрено в спраксов. Если ты можешь думать о чем-то плохом и транслируешь незримому охотнику, то можешь остановить его и сломать. Замер реликт на месте ненадолго, так его, работая по уязвимым местам оболочки, любой отделает как щенка.

— Тогда у нас есть шанс! — стучу я себя по шее.

— Тот первый раз, когда ты заставил спракса отступить, — кивает Стрелок. — Что ты ему показал?

— Поделился ощущениями. Теперь он знает, что такое гореть заживо.

Последние слова я произнёс на английском. Нет, определенно местное подобие языка надо развивать.

— Уже в работе! — откликнулся Ури на мои мысли.

Киваю мелкому засранцу, а потом мы втроем расспрашиваем Трама о уязвимых местах брони реликтп. Тут всё стандартно — гибкие подвижные сочления, которые не прикроешь защитой. Но резать их лучше кристаллической костью, а у нас есть такое, Дим.

Наконец кильм замирает. Поездка была быстрой, но отдохнуть мы успели. Когда в стороны разъехалась плоть кильма, я увидел кое-кого знакомого.

— Вестник Нико, рад, что ты вернулся.

Меня встречала пара копателей и раз. Последнего я узнал, хоть и видел пару раз. Кев, один из бойцов поисковой группы Тэй.

Копателей, которые отдаленно напоминали мукаров, сначала чуть не нашпиговали иглами, дисками и кислотными снарядами. Благо, что Траму они уже доверяли, потому после его жеста опустили оружие. Плюс только я и некоторые другие обладатели слуховых кимбаров понимали их свист.

Но вот спутница Дриса, а это был он, отреагировала насколько неадекватно.

— Нико? Гребанный урод, это ты во всем виноват.

С диким воем, подняв вверх конечности, она бросилась на меня.

Глава 18

Ловко увернувшись и уйдя в сторону, я пропускаю эту боевую машину мимо себя. На привычное поведение мирных копателей её поступки не тянули. Конечно, сейчас они уже не такие пугливые, но эта атака — явный перебор. Однако я вспоминаю старый разговор с Тэй, когда мы летели к Мглистому Пути. О том, кто получил такую оболочку.

— Илу, стой! — кинулся к ней парень.

— А, кто? — только и смогли выдавить некоторые из наших спутников.

Я тем временем уворачивался от ударов ногами и передними лапами. Стрелок меланхолично курил, Трам чесал затылок, а Даргул прислонился к стене и качал головой. Ури, как я успел заметить, отворачивался и закрывал мордочку лапками. А ведь это из-за него мне пришлось тогда возвращаться в Город.

Наконец наперерез озверевшей девушке в теле монстра бросился Дрис. Прижимая её к стене, он свистел что-то успокаивающее. И спасибо Кеву, который