Страны без солнц - Карл Шрёдер

Сьер, где он будет жечь и грабить. Он может по пути смести Тауру-Два… Вот-вот произойдут жуткие вещи, и их вызвала глупость ее собственного правительства, а Леаль, Гриффина и всех остальных здесь теперь затянуло между шестерен этого механизма. Он же не думал, что сможет от этого отболтаться?

Несмотря на всю чушь, которую нес Хайден, тон его слов пробился сквозь ужас Леали. Невзирая на ворчание внутреннего голоса она украдкой взглянула на командира призраков. Она проживала с Телен Аргайр, которая была родом из призраков, но призраков-мужчин Леаль вблизи никогда не видела. Она часто гадала, как они выглядят.

На призраках лежало проклятие древней генной инженерии. Аниме-моды, вот как их звали: набор косметических изменений, включающий рост, симметричные черты лица, огромные глаза, маленькие подбородки и тонкие эльфийские ушки. Старинные законы запрещали любые модификации, кроме косметических; Леаль понимала, что это было попыткой предотвратить образование новых человеческих видов. Но аниме-модификации были крамольной попыткой обойти правила, потому что визуальный эффект от этих огромных глаз и изящных подбородков будил в людях глубокие материнские и отцовские инстинкты. Тот факт, что они инстинктивно нравились всем, давал призракам огромное преимущество в обществе.

Леаль вынуждена была признать, что командир призраков, с его огромными, ясными глазами и выразительным ртом, был очень привлекателен.

Лицо это, однако, отнюдь не соотносилось с духом, что скрывался под ним. Красота призраков служила уловкой, тем более гадкой, что работала столь эффективно. Неудивительно, с горечью решила она, что этим людям не доверяли и сторонились их по всей Вирге. Страх стер из нее напрочь преданность и любовь, которые она так недавно питала к Телен и Антее Аргайр.

Командир призраков одевался в какой-то необычный, пиратского вида костюм, пестрящий яркими цветами, парчой и кисточками. Он казался шутейным, как бы подражанием военному стилю, но, сравнив командира с его людьми, она увидела, что среди бархата и сверкающих пуговиц таились признаки ранга. Похоже, призраки тоже не доверяли собственной красоте; их общество было жестко иерархичным. Телен заявляла, что это одна из причин, по которой они с сестрой уехали оттуда.

— …Согласитесь, между нами нет раздора, — говорил Хайден. — Мы граждане Эйри, мы просто были в Абиссе с визитом.

— При нас нет посольств, — сказал командир. Знакомый акцент заставил Леаль снова закрыть глаза. — Тюрем тоже нет, или работных кораблей, чтобы вас на них отправить. Все наши люди нам нужны, чтобы сражаться.

— Что вы хотите сказать? Что собираетесь всех нас убить? — из голоса Хайдена исчезли дружелюбные нотки. — За то, что совершил кто-то другой?

— Не вижу другого выбора, — отрезал командир. — Мои извинения — если это что-то скрасит. — Он повернулся, и его крылья взметнулись вверх, загребая воздух.

Хайден крикнул ему вслед:

— Мы пришли предложить свою помощь! Не против Абисса — вы же знаете, что не в Абиссе корень проблем. Дело в твари! Той твари в темноте! Мы пришли, чтобы найти ее и убить!

Леаль едва слышала его; зажмурив глаза, она так крепко сжимала сеть, что та врезалась ей в кожу.

— Что ты знаешь об Эмиссаре?

Она открыла глаза. Приостановившийся командир оглянулся.

— Абисс не стал бы набрасываться на вас, если бы по нему больно не ударили, — быстро сказал Хайден. — Они потеряли корабли, целые города. Готов ручаться, это не ваша вина. Или что у вас тоже были с ним стычки, чем бы оно ни было.

Прежде чем вы нас убьете, взгляните еще раз на ту машину в трюме моего корабля. Мы использовали ее для питания прожекторов, которые вы раньше видели. Но она может больше. Гораздо больше, чем все, что стоит на ваших кораблях.

По красивому лицу командира скользнуло красноречивое выражение скепсиса.

— Почему? Что это такое?

— Это миниатюрное солнце. И я уверен — мы сможем с его помощью убить это существо.

Глаза командира расширились.

— Вот почему мы пришли искать вас, — надавил Хайден — и слишком поздно заметил, как черты лица командира исказила ярость.

Леаль не могла говорить, но ей хотелось завопить: «Нет, нет, лишнее, вы сказали лишнее!»

— Вы, похоже, полагаете, — молвил командир призраков, — что мы хотим уничтожить Эмиссара.

На это Хайден ничего не ответил. Его люди позади него начали переглядываться. Они понимали, что черта пересечена.

— Нам, живущим во тьме, нечего бояться Эмиссара, — сказал командир. — Ваши люди жмутся по пузырькам света, созданным машинами вроде той, что на твоем корабле, из страха, как бы что-нибудь не напомнило вам о том, что вы отвергли столько веков назад — о запредельности, которую вы продали за это! — Он взмахнул рукой, охватив свалку и Виргу за ее границами. — Вы затащили человечество в эту полную темноты яму и захлопнули дверь, а теперь долгие века те из нас, кто вам напоминает про то, что вы отвергли, — мы сносим всю тяжесть вашей горечи и желчи. И сегодня всё то же. Эмиссар пришел не для того, чтобы покарать нас — он пришел извне, из запредельного мира. Нам его слова не внушают ужаса.

Леаль уставилась на призрака. Ни от Телен, ни от Антеи она не слыхала ничего подобного. Сестры Аргайр никогда не изъяснялись языком фанатиков — но, что более важно, они никогда не упоминали о фанатизме как о культурной специфике призраков. Как не упоминала ни одна из историй, известных Леали. Тогда в чем?..

— Вы все время говорите, что эта штука — эмиссар, — крикнул Хайден, теперь явно уже очертя голову. — Эмиссар чего?

Командир разразился неприятным смехом.

— Того, что вы отвергли давным-давно, в начале мира. Того самого, что ваше солнце солнц, Кандес, держит на расстоянии, а иначе оно прокатилось бы вдоль этой долины печали и вознесло бы всех нас к вечному блаженству. Взывающий во тьме — посланник Сингулярности!

И Леаль, прежде чем смогла сдержать себя, громко расхохоталась.

Все глаза обратились к ней, в том числе Хайдена и командира призраков. Ну вот, ты это сделала, подумала она, — но всем им в любом случае умирать, и хотя поэтому можно было на все махнуть рукой, Леаль ни за что не позволит этим идиотам убраться прочь, упиваясь самодовольством.

— Я вижу, вы несколько торопитесь, — язвительно заявила она. Внезапный всплеск яростных сомнений обострил ее ум, и она теперь примечала вещи, которые до сих пор ускользали от ее внимания. — Не оттого ли, что на самом деле не вы здесь начальник?

Хайден перебрался к ней.

— Леаль, что вы делаете? — зашептал он.

Командир сверлил ее взглядом.

— Какая ирония, — громко продолжила она, — в то самое время,