Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Ясно… — задумался Менакер, — давай от теории к практике переходить. Что ты там придумал конкретно для этого концерта?

Я вытащил из папочки тетрадь в клеточку, раскрыл ее, откашлялся и начал:

— Вот тут у меня расписан краткий сценарий выступлений и несколько штук реприз для Андрея и Александра. Мне зачитать или как?

— Зачитывай, — милостиво разрешил Менакер, супруга же все больше помалкивала, из чего я сделал вывод, что слухи о его подкаблучности сильно преувеличены.

Я и зачитал… сначала текст миниатюр, начиная от «Тщательнее надо» и прямо до «Трудностей киношников», а потом кратенькое расписание выступлений. Ответом мне было гробовое молчание, в результате которого я приготовился к худшему. Но вместо него последовало:

— А что, мне нравится… — подал голос со своего кресла Менакер, — живенько так и с элементами юмора. Вот только что такое «Интеграл», не очень понял.

— Интеграл, — начал я пояснения, — вокально-инструментальный ансамбль, основан 15 лет назад в Усть-Каменогорске… это Казахстан… изначально играл джаз, но далее переквалифицировался на рок и кантри. Написал музыку к фильму «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты». На недавнем фестивале в Тбилиси занял почетное третье место. Руководитель Барри Алибасов, солист Юрий Лоза.

— А первое место кто в Тбилиси занял? — тут же вылетело из Андрея.

— Машина времени, — ответил я, — но у нее сейчас немного скандальная репутация, так что лучше бы с ней не связываться.

— С Костей Райкиным могут возникнуть проблемы, — выдал свою часть беседы Ширвиндт, — он очень зазвездился в последнее время.

— Но поговорить-то можно, — осторожно заметил я, — за спрос денег не берут. А если откажется, будем думать, кем заменить.

— А знаешь, Саша, — неожиданно выдала свою ремарку Мария, — я бы с удовольствием поучаствовала в таком концерте. С тобой на пару, конечно… давно у нас не было живого общения с залом.

— Я не против, — тут же согласился Менакер, — вот только тексты у нас с тобой все старые и публике хорошо известные.

— Могу помочь, — против моей воли вылетело вдруг из меня, — вот прямо не сходя с этого места можно набросать примерный план, а завтра был бы готов законченный текст.

— А попробуй, — вдруг развеселилась она, — посмотрим, как это у тебя получится.

У меня в голове всплыла сценка из Камеди-клаба, с Демисом и Мариной Кравец, где они сидят в ресторане на юге, и Демис спаивает Марину.

— Представьте себе, коллеги, — так я обратился ко всем ним, возражений против коллег не услышал и продолжил, — бархатный сезон, Черноморское побережье, ресторанчик в прибрежной полосе Анапы, за столом сидит пара не очень молодых случайных знакомых по совместному отдыху.

Ну и далее кратенько пересказал содержание сценки, благо пересматривал я ее в ю-тубе не один раз. Импортозамещение только пришлось выкинуть, вряд ли в 82 году кто-нибудь понял, что это такое, а так там почти все реалии вневременные были, любовь и страсть, она всем возрастам покорна и практически не зависит от господствующей в обществе идеологии.

— Неплохо, — сдержанно похвалил меня Менакер, — а вопрос про службу в армии вообще похвальный… когда, говоришь, оно будет полностью готово?

— Завтра к обеду, — ответил я, — могу передать емейлом или по факсу.

— Как-как? — хором спросили все присутствующие, и я понял, что слегка облажался.

— Видеотелеграфом, — поправился я, — но для этого на почту придется идти.

— Лучше я сам к тебе заеду, — предложил Андрей, — и заберу живьем, не надо телеграфа.

А потом он переглянулся с Ширвиндтом и добавил:

— И нам с Сашей тоже чего-нибудь добавь в стиле этой анапской штучки…

— Договорились, — бодро ответил я, а Мария Владимировна вдруг засуетилась и пригласила всех на чаепитие, на веранде у них, оказывается, стол уже был накрыт.

Глава 15

Снова Тетрис

И снова Тетрис

Алкоголь в виде настоек и наливок также присутствовал на этом столе, но я наотрез отказался — зачем лишний раз раздражать гаишников… хотя в 82 году аппаратов проверки на трезвость практически не было, но неприятностей они все равно много могли устроить и без привлечения технических средств.

— Так значит, ты из Нижнереченска? — спросила мать Андрея после того, как разлила чай по чашкам.

— Прямиком оттуда, — подтвердил я, заедая чай сладким пирожком. — Из Заводского района.

— Как у вас там живут в Заводском районе? — продолжила допрос она.

— По-разному, Мария Владимировна, — честно признался я, — кто-то мажет черную икру на белый хлеб, а кто-то допивает последнюю четвертинку Русской водки без закуски.

— А если в среднем взять? — хитро прищурилась она.

— В среднем жить можно, — лаконично ответил я, но подумав, присовокупил достойную цитату из Николая Васильевича, — бараны у нас конечно не те, что в Запорожье, но почему бы не жить как-нибудь…

— Начитанный ты мальчик, — улыбнулась она, — читаешь наверно много?

— Это из фильма цитата, — признался я, — Александра Роу, так что скорее смотрю много, чем читаю…

— А еще он электроникой занимается, — наябедничал Андрей, — в эту игрушку, как ее…

— Тетрис, — подсказал я.

— Да, в Тетрис, я целый день проиграл, пока не отобрали.

— Что за игрушка? — заинтересовался Менакер.

— Знаете такую фирму Нинтендо? — ответил я вопросом на вопрос, а когда он отрицательно помотал головой, продолжил, — она выпускает компьютерные игровые приставки, маленький такой квадратик размером с калькулятор, а на передней стороне у него игровой экран и кнопки для управления играми. Цель игры — уложить четырехкомпонентные блоки, тетрисы то есть, как можно плотнее на дне стакана. Вот я и развил немного это дело в направлении, приближающемся к обычному советскому человеку. Эх, жаль, нет под рукой этой игрушки, на живом образце это можно было бы объяснить за 10 секунд…

— А где они есть под рукой? — задал вопрос Ширвиндт.

— Один в Минвнешторге, второй в Минэлектронпроме, — пояснил я, — решают судьбу устройства, жить ему или помереть.

— Какой, однако, ты разносторонний молодой человек, — вычленил главное из моих сбивчивых речей Менакер, — и болезни