Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 - Сергей Сергеевич Мусаниф

— Как давно это было? — спросил Кевин.

— Какая разница? Пару недель назад.

Я сопоставил сроки и меня осенило внезапной догадкой.

— Случайно, не на Земле?

— Какая разница? — повторил Магистр. — Это не имеет к его срыву никакого отношения.

— И мы, конечно же, должны поверить тебе на слово, — заметил я.

Магистр одарил меня долгим уничтожающим взглядом, но он все-таки не Кевин, копья из глаз у него не вылетают. А его недовольство я вполне могу пережить.

По крайней мере, пока мы во дворце императора.

— Он знает, что он такое? — спросил Кевин.

— Нет, — сказал Магистр. — Мы… я посчитал, что он станет куда эффективнее, если будет считать себя личностью, обладающей свободой выбора. Он думает, что он обычный наемник. Периодически его память обнуляется, иногда это зависит от внешних причин, иногда просто потому, что пришел срок, но базовые установки остаются постоянными.

— Зная тебя, могу предположить, что одна из базовых установок — это безусловное подчинение тебе, — сказал Кевин.

— Так было до сегодняшнего дня, — сказал Магистр.

Его перепаяли, подумал я. Или перепрограммировали, что в нашей ситуации большой разницы не имеет.

— И когда ты понял, что это именно он?

— Когда он атаковал. Я узнал его стиль боя.

— А до этого ты ничего не подозревал?

— Я подозревал, что физрук не настоящий, и, поскольку не увидел иллюзии, предположил, что мы имеем дело с обычным доппельгангером, — сказал Магистр. — Знаешь, это странное чувство, когда собственный молоток бьет тебя не то, что по пальцам, а голову проломить пытается.

— Это потому что ты не знаешь, чья рука теперь его держит, — сказал Кевин. — Если его вообще держит чья-то рука. Он мог восстать против тебя самостоятельно?

— Нет, — сказал Магистр. — Я думаю, что его наняли. И кто-то помог ему снять блок.

— Кто мог бы такое сделать? — спросил Кевин. — Какой уровень навыков для этого требуется?

— Уровень Вычислителей, — неохотно признал Магистр.

— А они могли на тебя затаить, — сказал я. — Особенно после того, как ты устроил им чистку рядов.

— Я сделал то, что должен был сделать, — заявил Магистр.

— Ага, — сказал я.

Только повторить этот номер без Гарри у него уже не получится. Потому что раньше для разборок с Вычислителями у него был другой инструмент, Брюс. А теперь Брюса нет.

Может быть, поэтому ему так нужно перетащить сюда Бордена? А вовсе не для тех целей, которые он декларировал изначально? Конечно, задай я ему такой вопрос, он сказал бы, что узнал об измене Кристофа только сегодня, но это будут только его слова. Можно ли быть уверенным, что он не знал об этой угрозе недели или месяцы назад?

Магистр был великим комбинатором, но если сейчас против него действительно играют Вычислители, то делать ставки на результат матча я остерегусь.

И тут был еще один тонкий момент. Если охота изначально велась на Магистра, то причем здесь физрук? Использовать Василия только для того, чтобы добраться до Первого Игрока… Не нужно даже быть Вычислителем, чтобы понять, что это не самый рациональный подход.

Или мы имеем дело с очередным свихнувшимся искином, или целей было несколько…

— Как Кристоф попал на Землю? — спросил Кевин.

— Как все, — сказал Магистр. — Прошел порталом, когда там начался очередной раунд.

— То есть, в своих перемещениях он ограничен общими правилами? — уточнил император.

— Да, — сказал Магистр. — У него нет космического корабля или какой-то убер-пушки, если ты об этом. По стилю игры он обычный рукопашник.

— Неуязвимый рукопашник, — сказал я.

— Такая была задумка.

— Отлично получилось же, — сказал я.

— Сарказм — прибежище неудачников, — парировал Магистр. — Ладно, теперь, когда мы все выяснили, пора отправляться на мой корабль. Время не ждет.

— Подожди, — сказал я. — Мы кажется, мы еще не все выяснили.

— Это нападение ничего не изменило. У нас был план, — сказал Магистр. — Его мы и будем придерживаться.

— А физрук?

— Я уже говорил, что физрук на Земле мне не нужен. Так что, опять же, ничего не изменилось.

— По-моему, кое-что все таки изменилось, — сказал я.

— Физрук мертв, — сказал Магистр. — Ты сам видел, что такое Кристоф в ближнем бою. У физрука не было против него ни единого шанса. Все его абилки и навыки — системные, на Кристофе они не срабатывают. А то, что у него могло остаться своего… Этого в любом случае недостаточно.

— Ты в этом уверен?

— Да, — сказал Магистр.

— А что по этому поводу думаешь ты, Кевин? — попытался я зайти с другой стороны.

Император допил коньяк и поставил пустой стакан на столик.

— Мне жаль это признавать, но похоже, что Оберон прав, — сказал он. — В моем дворце действует запрет на телепортацию, исключение составляют только люди, входящие в белый список. Единственный способ попасть в этот список — воспользоваться для перемещения свитком, начертанным моей рукой. Кристоф прошел сюда именно таким свитком. Подумай, где он мог его взять? Особенно если вспомнить, за кого он пытался себя выдать.

— И что это доказывает? — не понял я. — То есть, каким образом?

— Вряд ли физрук ходил по системным мирам, размахивая свитком перемещения, зажатым в руке, — сказал Кевин. — И вряд ли он мог его просто выронить в том месте, где Кристоф мог его подобрать. Свиток достали из его инвентаря, а ты можешь представить себе условия, при которых физрук позволил кому-бы то ни было копаться в своем инвентаре?

— Свиток дропается?

— Да, — сказал Кевин. — С очень большой вероятностью.

Я потер лицо рукой.

— В любом случае, мы должны найти его тело.

— Зачем? — спросил Магистр. — Это просто потеря времени.

— Он сделал бы это для любого из нас.

— Вполне возможно, — признал Магистр. — Физрук был не самым рациональным человеком.

Его фраза прозвучала максимально неправильно. Что это за бред про “физрук был”? В моей сознании эти слова никак не хотели становиться рядом.

Физрук, конечно, не самый приятный человек, но он — часть моей жизни, в конце концов, он несколько раз спасал мне эту самую жизнь, и я никак не мог осознать, что эта часть уже в прошлом.

— Федор прав, — сказал Кевин, и я вдруг понял, что пришла помощь, откуда не ждали. — Мы должны найти его, чтобы воздать ему последние почести.

— У нас тут проблема, если вы не забыли, — сказал Магистр. — Нам надо мир спасать.

— Может быть, мир, в котором ты так запросто забываешь про друзей, и не стоит спасать, — сказал Кевин.

На мой взгляд, это прозвучало излишне пафосно, но спорить с императором не хотелось совершенно. Меланхоличный Кевин, пафосный Кевин, подвыпивший Кевин… Он все равно был живым воплощением власти, и даже Магистр