Такидзиро - Семён Афанасьев

Убедившись, что сэмпай прочёл, Ута-тян вывела ещё кое-какие эпизоды по той же теме, не упомянутые Решетниковым. Однако дальше Юто углубляться не стал:

— Спасибо, что освежили. В нашем возрасте новости хоть и читаешь (чем ещё заняться на пенсии) — однако моменты, которые бизнеса прямо не касаются, в моей старческой голове просто не держатся. Вводные уяснил. Такидзиро-кун, ты расскажешь мне наконец эту увлекательную историю насчёт китайских пленных в моём вертолёте? И что тебя в этой связи тревожит?

— Я оценил, как вы ни полусловом не заикнулись на тему законности моих действий, — вздохнул мальчик.

Ну, как мальчик. Почти четыре десятка лет за спиной. Хотя с высоты возраста Юто от мальчика парень ушёл недалеко.

— Ута-тян, девочка моя, не хочешь заварить ещё чаю? — деликатно предложил учредитель, давая понять, что ни на кого не давит и настроен на исключительно добровольный обмен информацией.

* * *

Там же, через несколько минут.

— … поэтому Моэко-тян и направилась на побережье одна — выяснять, не этим ли каналом прибыл деятель, который накануне пришёл убивать в бассейн. И не прибыл ли с ним кто ещё — это была прямая просьба военной контрразведки.

— Понял.

— А оказалось, там уже и канала того нет, вместо него совсем другие ростки пустили корни. Хорошо, что вы позволили вашим транспортом воспользоваться — иначе я мог банально не успеть.

— Ты поэтому их задержал? — Юто ничуть не жалел, что дал парню вертолёт и сейчас всячески это демонстрировал.

— По ним было видно, что это обеспечение какой-то находящейся в производстве операции. Там банально не было иных вариантов — вести душеспасительные беседы, агитировать, убеждать. Звать полицию; ждать, пока доедут. Ещё и покрытия сотовой сети нет — надо через ущелье два км топать к трассе.

— А-ХА-ХА-ХА! — старик живо представил подобный диспут. — Извини, Такидзиро-кун, ты так смешно формулируешь. Занятная сцена, — Юто пару секунд трясся в кресле по инерции. — И что ты у них такого выяснил, что настолько озадачился? Точнее сказать, в связи с чем тебе может быть полезен мой совет и мой личный взгляд со стороны? — патриарх быстро поправился, поскольку ничего давлением выяснять не собирался.

Нам старикам так хочется быть нужными, думал он про себя. Кто-то, как Хьюга Хироя, не получая ожидаемого внимания, начинает делать глупости.

— Эти многого не знали, — Такидзиро ткнул пальцем вниз, имея ввиду этаж Уты-тян. — Хотя один из них, тот, который главный, был в курсе следующего: «Небесная Сеть» как государственный проект и процесс получила очень серьёзные цели на территории Японии. Буквально только что.

Юто снова помолчал. Принял у айтишницы чашку с горячим ароматным чаем, поблагодарил, посмаковал пару секунд, пока не остыло.

— Ожидаемо, — кивнул учредитель после паузы. — Не в том смысле ожидаемо, что я понимаю в контрразведке (не понимаю); а в том смысле, что ты начал с этой Небесной Сети. Но мы здесь все японцы, потому скажу без обиняков. Лично я считаю очень маловероятным китайский успех на этой ниве на наших островах — по вполне понятным причинам, которые сейчас даже не буду озвучивать.

— Согласен с вами ровно наполовину. Это и есть причина моих, м-м-м, размышлений. Тот тип был абсолютно уверен: когда их операция дойдёт до определённой фазы, им будет оказана поддержка на самом высоком уровне. У нас. И всё получится.

— Каким образом? Я с трудом представляю, чтобы наша юстиция и правоохранительные органы…

— Премьер уволит Министра Внутренних Дел, как не справившегося с обязанностями. Канцелярия Премьера обнародует пресс-релиз, который неизбежно отвлечёт на себя всё внимание. Через десяток часов после увольнения главы МВД тот же Премьер уволит и Министра Иностранных Дел — по той же причине, с той же формулировкой. — Отчеканил Решетников.

— Представляете резонанс в обществе и скандал на всё Японию? — вздохнула Уэки-младшая. — Наше законодательство уволить простого министра легко позволяет, это Премьера назначает Парламент. А Кабинет формирует уже он лично и этих под шумок…

Ещё и полиция без Министра начнёт работать на ту сторону, мысленно отметил старик.

— Это очень серьёзное заявление, — внешне же Юто не суетился, никак не напрягся и вообще отключил эмоции. — Я понял, о чём ты, мой мальчик. Такой сценарий возможен лишь в одном случае: если нынешний Премьер трезво оценивает свои перспективы на ближайших выборах и де-факто УЖЕ солидаризировался с Принцессой Акисино.

— У которой свои отношения с Тяньаньмэнь, — кивнул логист. — С нашей высоты не сильно видные. А Премьер договорился с ней тихо и не на виду у камер.

— В точку. Такидзиро-кун, перед тем как я начну действовать либо думать, как действовать, позволь уточнить. Тот человек тебе это всё сам сказал?

— Нет.

— Он думал об этом во время разговора с тобой? Когда ты, как умеешь, смотрел ему в глаза?

— Да.

Юто поставил свою чашку. Сделал знак Уте-тян, чтобы не дёргалась; собственноручно наполнил чашку Решетникова:

— Пей или я тоже не буду. Где сейчас эти китайцы?

— Хьюга Хину-сан имеет знакомого в контрразведке — плавали в одной команде. Она предупредила его, затем вызвала кое-кого из ребят, которые от Центрального Аппарата работали сегодня ночью в бассейне.

— Эдогава-кай уже передали китайцев контрразведчикам?

— Конечно. Минут пятнадцать назад.

— Теперь понятна причина твоих колебаний, — уронил патриарх. — У нас в стране, в отличие от кое-каких других, всё и любое следствие, особенно по этому поводу, рано или поздно упрётся в прокуратуру — просто потому что это закон.

— А прокуратура уже «заряжена», — хмуро сказала айтишница. — Поскольку Министр Юстиции, в отличие от двух предыдущих коллег, с Премьером никаких разногласий не имеет.

— С Дворцом, девочка моя. С Дворцом, Престолом и Троном, — вздохнул Хаяси. — У Юстиции нет разногласий с Дворцом, Престолом и Троном. Премьер — мостик, не мозг.

— Кстати, можно встречный вопрос? Вы настолько полагаетесь на мои слова? Не подвергаете сомнению, не переспрашиваете? — в глазах Такидзиро застыло нечто тягучее. — Не ищите и не рассматриваете иных аргументов и иных источников?

Юто улыбнулся половиной лица:

— Как ты читаешь мысли?

— Просто вижу, о чём человек думает, если поймаю фокус. Получается далеко не автоматически и далеко не всё время — человеческий организм очень несовершенен, хоть я упорно тренируюсь, — парень похлопал ладонью по животу. — Да и под фокусом всю жизнь жить не будешь, это как спринт изо всех сил нестись. Не будешь же всё время бегать. Извините за уточнение, эта информация не для печати, Хаяси-сама.

— Конечно, можешь не переживать.

— Спасибо.

— На твой предыдущий вопрос о