7 дней до катастрофы - Константин Николаевич Буланов

А художества, пусть и со скрипом, начинали потихоньку претворяться в жизнь.

К примеру, сейчас, сидя в машине, Павлов наблюдал за тем, как на аэродроме Степянка, что раскинулся чуть западнее Минска, где прежде базировались СБ-2 из состава 313-го отдельного разведывательного авиаполка, начинают потихоньку обустраиваться пилоты-истребители на МиГ-3.

Причём сам полк при этом так и продолжал числиться разведывательным. После изъятия СБ-2 в пользу бомбардировочных полков в него даже перегнали полдюжины Як-2 из 314-го ОРАП, чтобы никто не мог вякнуть, что, мол, полк занимается не своим делом.

При этом непременно мог возникнуть вопрос, для чего же всё это было сделано.

А ларчик открывался просто. Именно подобным хитрым способом выходило создать полк ПВО, должный оберегать Минск от налётов вражеских бомбардировщиков, при этом не упуская тот из своих рук. Ведь не следовало забывать, что все специализированные части ПВО обязаны были подчиняться управлению противовоздушной обороны наркомата обороны КА и согласовывать с руководством управления вообще все свои действия. Что, конечно же, вело к катастрофической потере времени. Особенно в первый день войны.

Да и не желал Дмитрий Григорьевич отдавать новейшую технику на откуп своим авиационным командирам. А оба ОРАП-а в первую очередь подчинялись напрямую штабу округа, и лишь во вторую — руководству ВВС ЗОВО. Тому самому, к которому у генерала армии имелось немало неприятных вопросов.

Ведь, исходя из воспоминаний о будущем, имевшимся у Павлова в изрядном объеме, помимо всего прочего, именно эти самые «многомудрые авиационные командиры» и погубили этот, в принципе, неплохой истребитель. Как и освоивших данную машину пилотов.

Вместо того чтобы ставить им задачи исходя из объективно существующих плюсов и минусов МиГ-а, как исключительно высотного истребителя-перехватчика, они дружно принялись затыкать ими многочисленные дыры, образовавшиеся в обороне неба военного округа. И даже гоняли на бомбоштурмовые удары! Чем и погубили их, так как в итоге позволили немцам утягивать советских лётчиков на удобные для себя высоты боя. А в качестве фронтового истребителя, если быть до конца объективным, МиГ-3 не плясал от слова «совершенно».

Здесь же первыми противниками данных машин должны были стать немецкие бомбардировщики, поскольку вражеским истребителям добираться до Минска было бы далековато. А в качестве истребителя ПВО МиГ как раз и мог показаться себя прекрасно, даже не смотря на хиленькое вооружение.

— Выстрелов он, видите ли, ждал, — недовольно фыркнул Матвеев, огорчённый тем, что и вторая спичка тоже подвела его в самый последний момент, когда он уже вот-вот предвкушал, что сделает первую успокаивающую нервы затяжку табачного дыма. — Если ты прав, то скоро нам всем представится возможность услышать эти самые выстрелы в таких количествах, что хватит на всю жизнь с запасом. Вон как бойцы стараются, — мотнул он головой в сторону устраивающихся на позиции зенитчиков. — Ну, наконец-то! — третья спичка вспыхнула, как надо, и он с заметным удовольствием запыхал папиросой.

Павлов же перевёл свой взгляд с разбросанных тут и там по всему лётному полю истребителей на новенькие 37-мм зенитные автоматические пушки 61-К, которые лишь его личными стараниями появились на этом аэродроме. Как они должны были появиться и ещё на десятке-другом аэродромов.

Увы, как и со всем прочим, с зенитной артиллерией дело в ЗОВО обстояло далеко не лучшим образом.

К примеру, было бы ой как неплохо иметь на каждом аэродроме, где базировался тот или иной авиационный полк, хотя бы по две батареи МЗА[3]. Но таковых орудий, к сожалению, во всём округе насчитывалось всего порядка 270 штук, свыше половины которых пришли в последние полтора месяца и потому до сих пор не были в должной мере освоены своими расчётами.

Но и из этих 270 штук, в подчинении штаба округа находились лишь 112 подобных зениток. Точнее говоря, в прямом подчинении находились части, вооружённые таковым количеством данных орудий, тогда как все прочие принадлежали отдельным зенитно-артиллерийским дивизионам армейского подчинения. Именно они отвечали за прикрытие штабов армий, корпусов и дивизий, а также войск на марше и в полях. Для чего, понятное дело, примерно полутора сотен орудий было катастрофически мало.

Однако же поделать тут не представлялось возможным ровным счётом ничего.

На фоне прочих военных округов ЗОВО в плане насыщенности МЗА ещё состоял в этаких передовиках, имея некомплект всего-то в 43 % малокалиберных зениток. Тогда как в среднем по армии СССР процент этого самого некомплекта доходил до 75 %-80 %!

Вот только командующему легче от этого не становилось. Ведь, чтобы прикрыть этот конкретный аэродром, он в наглую «украл» с полигона ПВО те зенитные орудия, которые требовалось максимально срочно вернуть какой-то из стрелковых или танковых дивизий.

Более того! Именно по его приказу практически все 76-мм и 85-мм орудия, как из числа окружного, так и из числа армейского подчинения оказались срочно перебазированы со своих мест дислокации или же с единственного полигона ПВО на позиции близ будущих крупнейших узлов обороны, вроде Лиды, Волковыска, Барановичей, Пружан, Пинска и, конечно же, Минска.

А то ведь стыдно было сказать! Важнейшие с военной точки зрения города охранялись хорошо если полудюжиной подобных орудий, тогда как их там требовалось иметь минимум раз в 10 больше!

— Боюсь, что количество услышанных выстрелов окажется куда меньше, чем нам с тобой того хотелось бы, — не меняя хмурого выражения лица, кивнул он в сторону ближайшей зенитки, к которой как раз протягивали полевой телефонный кабель, видимо, для организации прямой связи со штабом городского ВНОС. — Ты хоть в курсе, насколько тяжёлая у нас ситуация со снарядами в округе?

— Не в курсе, — недовольно попыхав папиросой, буркнул в ответ Матвеев, чьё настроение тоже никак нельзя было назвать радужным. — Что, совсем всё плохо?

— На каждую такую вот зенитку у нас имеется ровно 357 снарядов, — ткнул Дмитрий Григорьевич пальцем в сторону обсуждаемого орудия. — И это учитывая неприкосновенный запас резерва главного командования.

— Немало, вроде, — понимая, что не просто так ему об этом говорят, с некоторым сомнением протянул старший майор ГБ.

— Ага. Немало, — только и смог что фыркнуть в ответ генерал армии. — Если не учитывать тот факт, что её техническая скорострельность составляет порядка 160 выстрелов в минуту. Боевая, конечно, поменьше будет раза в три. Но даже так боеприпасов нам хватит хорошо если на отбитие 5–7 атак. А это не более 3-х дней ведения боевых действий. А после всё! Будем встречать вражеские бомбардировщики разве что плевками! Пулемётов-то зенитных у нас тоже кот наплакал — от силы четверть потребного количества. Вот так