Мастер Трав 12 - Ваня Мордорский

Я открыл глаза и прищурился даже от такого рассеянного лесного света. Голова гудела.

Кажется «внутри» я провел больше времени, чем мне казалось, потому что неподалеку стоял Грэм и наблюдал за мной. Клык же откинулся на бревне и тяжело дышал. Видимо сегодня лечение было не из легких.

И всё равно, даже не находясь в ядре, я продолжал чувствовать фоновую мощь этого нового стража.

— Глаза светятся, — коротко констатировал он, глядя на меня сверху вниз.

— Знаю, — я вытер пот со лба. — Пока ничего не могу с этим поделать. Нужно просто подождать.

— Ясно, — прищурился дед и подошел к изгороди. — Значит, теперь этот кхм…монстр подчиняется тебе?

Я посмотрел на изгородь, которая теперь слабо напоминала то растение, что росло здесь еще недавно. Толстые свинцовые лозы больше напоминали стальные шипы, удлиненные и острые. Я знал, что их так просто не сломать.

— Да, — кивнул я. — Теперь — да.

— Вы закончили с лечением? — спросил я Грэма.

— Да, Клык сделал всё, что мог на сегодня. А ты закончил?

— Нет, — покачал я головой, вставая.

Меня немного повело в сторону, но я ухватился за своего нового симбионта и устоял.

— Немного устал, но нужно кое-что еще сделать. — пояснил я Грэму, — Думаю, за полчаса справлюсь.

Грэм посмотрел на меня и кивнул, не став расспрашивать.

— Ладно, мы пока с Морной и Рыхлым попьем чайку. Башка трещит после этого «лечения» так, что зубы сводит.

— Зато, старик, у тебя теперь все кости как новенькие. Даже крепче, чем были когда-либо! — довольно подал голос Клык, поднявший голову с бревна.

Грэм только фыркнул, но спорить не стал и ушел в дом.

Я же подошел к изгороди и принялся за работу. Цель была простой: удлинить мутанта, раскинуть его сеть в разные стороны, чтобы он покрывал больше пространства. Мой навык переплетения и сращивания, который неплохо себя показал в удлинении корня сети, здесь можно использовать для того, чтобы заставить разрастись мутанта не на одну сотню метров. Это будет полезно. Даже полезнее, чем моя корневая сеть из обычных деревьев. Потому что деревья могут только наблюдать и передавать живу, а мутант может действовать.

Я методично обрезал длинные ветки и лозы, заготавливая необходимое количество. Плюс мутанта был в том, что его отрезанные части, насыщенные моей живой, сами хотели вновь соединиться с основным телом. Я всаживал черенки в землю по периметру двора и соединял их тонкими лозами, срезанными с основных частей изгороди.

Работа заняла больше времени, чем я предполагал, но я чувствовал — так надо.

В процессе работы меня посетила еще одна мысль, заставившая замереть с кинжалом в руке.

Что будет с мутантом, если обрезать от него все побеги? Если оставить только само ядро? Оно ведь слабее не станет. Там будет все та же воля, она уже сформирована. Не так ли создают зеленые сердца Пустотелых друиды? Только каким-то другим, своим способом.

Если ядро остается целым, то выходит самое ценное в мутанте — это его ядро. Я вспомнил пятиядерного душильника, который терял в бою с Грэмом и мной свои конечности, но от этого слабее не стал.

По сути, я ведь могу обрезать все его щупальца, легко перенести ядро в другое место и… подключить к другим, обычным душильникам? И пятиядерный душильник просто присоединится к ним, подчинит их своей волей, и они станут его новыми конечностями. И тоже самое можно сделать с изгородью. Причем внутри уже будут все закладки, будет достигнут высокий уровень взаимодействия и он будет послушным. С другой стороны, ядро без притока питательных веществ, — то есть без своего «тела», которое всё это обеспечивает, — не может долго существовать. Оно потребляет слишком много энергии. Но эту проблему я мог исправить янтарной росой и своей живой.

Рядом со мной во время работы постоянно крутились два моих дремлика. Да, теперь моих. Я постоянно подкармливал их живой и наш уровень взаимодействия стремительно рос. Они были довольны и всё больше привязывались ко мне. Я же думал об их пыльце, и о том, что нужно создать для них свой «цветущий ствол», правда, сначала бы найти подходящее по свойствам древо.

Через час я закончил рассадку.

[Навык: Сращивание +4.5%]

[Дар Симбионта: +1%]

К счастью, за это время мои глаза успели сами собой потухнуть. Как и руки.

Я убрал кинжал, которым срезал черенки, и вздохнул с облегчением. Наконец-то закончил. Честно говоря, заканчивал на морально-волевых — голова трещала от новой связи и от двух ментальных закладок. Но так было надо. Две закладки сегодня, еще несколько завтра — и это ядро будет опознавать всех своих. То есть для него не потребуется постоянного контроля и дополнительных команд — оно будет более-менее самостоятельным.

Грэм уже ждал меня на крыльце. Рядом стояли Рыхлый и Морна. Видимо, чай они уже давно закончили пить.

— Вижу, ты пришел в норму, — хмыкнул Грэм.

— Да.

Потом я посмотрел на Рыхлого и вспомнил о проблеме коммуникации. Я давно собирался выработать полноценную систему знаков, а не то, что мы использовали сейчас.

— Рыхлый, есть еще кое-что.

— М?

— Кроме вопроса «доставки» нужно разработать язык связей. Чтобы я понимал твоих червей, когда ты их присылаешь. Не просто срочно прийти, а более подробно.

— В смысле? — не понял Рыхлый.

— Смотри. К примеру, ты присылаешь ко мне во двор красного червя. Это значит, что случилось что-то срочное: кто-то тяжело заболел, нападение, и нужна моя прямая помощь. И для каждой такой ситуации нужно определить червя или его цвет. Если присылаешь коричневого — сообщаешь, что всё нормально, просто держишь нас в курсе, что у вас всё хорошо и чтобы мы не беспокоились. Если, скажем, полосатого — значит, уже вывелись мелкие пиявки, чтобы лечить деда. Понимаешь? В таком ключе.

Рыхлый застыл на секунду, а затем кивнул.

— Да, пожалуй, теперь уже стоит. Учитывая, что происходит вокруг.

Мы присели возле бревна и Рыхлый вызывал своих червей. Через минут пять к нам присоединилась Лира. Сначала она игралась с моховичками, а потом уже внимательно следила за червями и за нашими объяснениями. Но молча.

— А с жуками тоже так можно? — спросила Лира, когда мы закончили.

— Не можно, а нужно, — улыбнулся я. — Вдруг Рыхлого не