Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

— А все-таки перегибать палку не нужно. Мы же победили. Победили жестокого, очень сильного врага, который напал на нас, как всегда, неожиданно и коварно.

— Для них это «как всегда, неожиданно и коварно», — тихо вставил Ким.

— Именно так, — продолжал тот, в пенсне. — Победили. А победа не бывает без жертв, без героизма, без ошиб…

— Мы разберемся, — отозвался Председатель. — Все это действительно следует хорошенько обдумать.

— Еще немного, — прошептала Ева, — и они станут славословить Рымолову, дескать, под его руководством мы победили и без него — никак.

Кажется, Ростик стал чуть лучше понимать, как происходила эта деградация Председателя — незаметная, последовательная, очень коварная, как действует какой-нибудь органический яд. И еще почему-то Ростику стало ясно, что Рымолова, скорее всего, уже не спасти. Он пропал, не заметив, как скатился… в обычные вожди. Которых и так было слишком много при всех укладах и во все времена русской жизни. И ничегошеньки они не сделали для людей, ничего не сумели практического совершить… для подлинного, а не показного величия страны. Страны — именно страны, а не государства, едва ли не вслух проговорил Рост. Государство-то они как раз приводили к очень непрочному и потому на удивление обманчивому величию, принимая его за действительность, то есть — за величие страны.

Ростик тряхнул головой, чтобы не отвлекаться, чтобы снова оказаться тут, в этом кабинете. Но разницы между страной и государственностью он решил не забывать, идея была грубоватой, но, кажется, правильной. Скорее всего, она стоила того, чтобы ее помнить.

— Хорошо, — очнулся и от своих мыслей Рымолов. — Давайте поступим так — отдадим распоряжение нашим… исполнителям и отпустим их. Они в самом деле нуждаются в отдыхе и восстановлении сил.

— Распоряжение? — отозвался неожиданно Кошеваров. — Так скоро?

— Промедление опасно, — вкрадчиво отозвалась Галя. И кивнула в ту сторону, где сидел Ростик с пилотами:

— Ребята сами тыкали нам этим в нос.

— Да, — снова заговорил Рымолов, — медлить не будем. Вернее, отдохнем как-нибудь потом. Значит, так, Гринев, — Ростик поднялся, — слушай приказ. Обдумай и выскажи предложения, как теперь, используя наши новые… возможности, заставить пернатых отдавать нам часть производимых зеркал. Наши не очень хороши, — объяснил он кому-то из сидящих перед ним администраторов, — сколько Поликарп ни бился.

— Со временем, — прошептал Поликарп, — мы лучше пернатых научимся зеркала делать. Ему просто ждать не хочется.

— И если все получится, нужно будет с ящерицами договариваться, — отозвалась Галя.

— Ящерами, — механически поправил ее Председатель. — Да, будет лучше, если с ними эта схема тоже начнет функционировать. С таким количеством лодок мы без своего топлива, так сказать, только на трофейном не проживем.

— Выполнять этот приказ, как я понимаю, тоже мне? — поинтересовался Ростик.

— Тебе, — согласился Рымолов. — Ты у нас главный победитель, тебе и выполнять.

— Одно дело быть победителем, а другое — захватчиком, — буркнул Ким, но на его слова никто не отреагировал.

А может быть, никто не понял, что это значит. Хотя понимать это высказывание, пусть даже сделанное мельком, почти случайно, все-таки стоило. Более того — было необходимо.

28

— Да вы что, ребята, я же половины этого расстояния без помощника не пролечу, — сказал Ростик.

— Это верно, — отозвался Ким. — Мы начинали на меньших дистанциях. Мне и то было тяжко тащиться в такую даль.

— Если нет желающих сидеть на рычагах крейсера, тогда я могла бы с ним… — протянула Ева разочарованно, но не слишком. Какой-то частью сознания Ростик понял, что она была бы не прочь оказаться в начальниках у Роста, то есть поработать за первого пилота, а может быть, просто посидеть рядом с ним, погуторить о том о сем.

— Нет у нас, милостью Каратаева, второго пилота, который бы адекватно работал с крейсером, — сурово проговорил Ким. И тут же повернулся к Ростику.

— Что ты на меня смотришь? — удивился тот. — Я опять должен что-то придумывать?

— Кто же еще? — искренне удивился Ким.

— Точно, — подтвердила Ева.

Рост вздохнул и начал думать.

Проблема заключалась в том, что лететь на известный город пернатых — производитель зеркал — было далеко. И лететь следовало не на легонькой лодочке, а на весьма уязвимом и тяжелом для работы на рычагах транспортном гравилете. У Роста было понимание, что и как следует делать в кресле пилота, но на всю дистанцию его, без сомнения, не хватит. Нужен был второй пилот. А его-то как раз и не было.

— Может, залетим в Одессу и прихватим Казаринова? — Рост хрустнул пальцами от напряжения. Ева поморщилась от этого звука. — Мне кажется, он неплохо летает на этих ваших лодках.

Ким безэмоционально посмотрел на друга.

— Верно, Казаринов неплох. Вдвоем вы должны справиться.

— Он не полетит, он вредный, — высказалась Ева. — Они все там вредные.

— Ерунда, — решил Ким. — Пообещаем Дондику пару зеркал, он и надавит на Казаринова — как миленький сядет в помощь Росту.

На том и порешили.

Ростик приготовил несколько дощечек с пластилином и полдюжины всяких заостренных палочек, которые имели способность не оказываться под рукой в самый нужный момент, а потом вдруг выяснилось, что Винторук во время сражения с черными треугольниками был ранен. Да настолько серьезно, что Ким даже побаивался спрашивать, выздоровеет ли он.

— Понимаешь, — объяснил он, помрачнев, — боязно. Мы уже столько народу похоронили… Если начну еще волосатиков терять, к которым привязался, то… Не знаю, как-то это еще тяжелее, чем даже друзей. Они, то есть волосатики, какие-то безобидные, за ними глаз нужен, как за детьми.

И он развел руками, словно старался объяснить жестом то, на что у него не хватало слов, хотя, в общем, все было понятно.

— Не такие уж они безобидные, — отозвалась Ева. — Это только про их мужиков так следует говорить. А девки у них… плодоносят, как на конвейере у Форда.

Ростик был склонен согласиться скорее с Евой при общей постановке проблемы, но Винторука тоже было жаль.

— Ладно, возьмем всех, кто захочет с нами лететь.

— Да захотят-то все, только свистни, — отозвался Ким. — Только они не самые путевые при этом окажутся.

Росту, который помнил, что на бой с черными треугольниками они не могли набрать гребцов, было как-то нелегко поверить, что сейчас, в мирных условиях, работать на котлах согласится достаточное количество волосатых. Но он оказался не прав. Стоило Серегину только уразуметь проблему, он протопал к ангару, где обитали бакумуры, прибившиеся к аэродрому, и чуть не в тот же миг пошел назад, к машинам, выбранным для экспедиции к бегимлеси. А за ним семенили почти три десятка волосатых, что было гораздо больше, чем требовалось.

Присмотревшись,