Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

походными условиями. После этих слов Никомеду оставалось только скрипеть зубами и тешить себя надеждой, что его друг Птоломей, как-нибудь сам справиться с женщиной которой он почему-то придает столь большое значение.      

  Кроме неудачи с Роксаной у Никомеда имелись определенные проблемы с Ликаоном. Молодой царевич с легкостью был готов продать свое тело, но вот убить человека, а особенно, такого воителя как Александр он не мог. К большому сожалению Никомеда, его дорогой сын был совершенно иным человеком, в отличие от него. Рожденный в пурпуре, он привык повелевать и получать удовольствие, но вот резать людей, это было совершенно не царское занятие. Единственно, что мог сделать юный обольститель, так это подмешать Александру снотворное зелье в вино и когда тот уснет впустить в комнату наемных убийц.

  В день, когда все должно было свершиться, Никомед рьяно молил богов об удаче, но судьба в очередной раз безжалостной рукой перемешала все его карты. В тот вечер, когда Ликаон наконец дал Александру согласие стать его любовником, выяснилась одна деталь предусмотреть которую никто не мог. Оказалось что, свято храня память о своем лучшем друге Гефестионе, царь обязательно требовал, чтобы каждый из его новых любовников надевал одежду покойного, которая хранилась в его шатре. Везти её сюда, Александр категорически отказался и волей не волей, Ликаону нужно было ехать в македонский лагерь.

  Пораженный известием об отъезде сына, Никомед ничего не смог придумать, да и порядком, захмелевший царь ничего не желал слышать против своего желания. С тяжким сердцем проводил Никомед, взглядом своего любимца, искренне надеясь, что все его планы сбудутся в следующий раз. Он был полностью уверен, что Ликаон сам не сможет совершить покушение на Александра, однако судьба по-прежнему продолжала вносить свои коррективы в планы заговорщиков. 

  То, что разыгралось под покровом ночи в царском шатре, кардинально преобразило внутренний мир царевича Ликаона. Не в меру возбужденный вином и давним воздержанием «мужской дружбы», в этот вечер царь был очень груб и агрессивен с прекрасным Ликаоном. И вместо тонкой и пылкой любви, вифинский царевич подвергся жестокому поруганию.

  Гнев и ярость затмили разум царевича и когда, насытившись близостью Александр, пошел за кувшином вина чтобы осушить пересохшее горло, Ликаон напал на него сзади. Выхватив из валявшейся на полу своей одежды тонкий кинжал, вифинец с гортанным криком бросился на своего обидчика, целясь тому в шею. Маленький кинжал не мог нанести большого вреда македонцу, весь его секрет заключался в сильнодействующем яде, которым было покрыто тонкое лезвие много лет назад. Его, в день совершеннолетия подарила Ликаону мать, которой кинжал в свою очередь достался от деда большого знатока в мире отравителей.         

  Именно этот крик в какой-то мере и спас жизнь македонцу. Как бы не был пьян Александр, но навыки воина, заложенные в него с самого рождения, заставил его среагировать на опасность, возникшую за его спиной, правда, с сильным запозданием.

  Узкий клинок кинжала успел лишь только оцарапать шею великого воина, прежде чем, Александр со всей силой опустил тяжелый кувшин на голову Ликаона. С разбитым в кровь лицом, Ликаон рухнул без сознания на прекрасные персидские ковры, устилавшие пол царского шатра. С презрением к столь пустяковой ране, Александр надел на себя хитон и крикнул стражу, чтобы та привела в чувство человека посмевшего поднять руку на повелителя Ойкумены. Устроившись поудобней в кресле, царь приготовился к ведению допроса, однако по прошествию нескольких минут ему стало плохо.

  С непостижимой быстротой у Александра стали неметь сначала ноги, потом спина и руки. Только тогда монарх понял, что лезвие было явно отравленным и звенящим от напряжения голосом, он потребовал к себе Нефтеха, живого или мертвого.

  Верный советник Александра, а по совместимости и его личный лекарь, Нефтех сразу явился в царский шатер, как только начальник царской стражи Леонтикс разъяснил ему, что произошло. Едва египтянин миновал внутренний пост царской стражи, его глазам предстала ужасная картина. По приказу разъяренного Александра, телохранители энергично пытали несчастного Ликаона, применяя при этом самые жестокие, но очень действенные способы пытки. Молодое тело безжалостно кромсалось и ломалось и обезумевший от боли царевич, сбивчиво говорил все, что только знал о заговоре.

  Чувствуя, как неотвратимо отказывают ему руки и ноги, покоритель Ойкумены вошел в сильный раж. Добившись признания от Ликаона, он приказал продолжить мучение молодого человека, и вид его страданий приносил Александру некоторое облегчение.

 - Уберите эту падаль, но не далеко! Мы скоро продолжим – приказал царь телохранителем, и те вытащили окровавленное тело Ликаона, оставив раненого наедине с врачом. Уже с первых минут осмотра, Нефтеху стал ясно, что Александр отравлен ядом черной болотной гадюки, после укуса которой, человек умирал ровно через две минуты. Сделав это открытие, египтянин только удивился; тот факт, что царь еще жив, объяснялось либо малым количеством яда попавшего в кровь, либо давностью лет, за время которых он ослабил свои пагубные действия.

  Сделав это ужасное открытие, Нефтех стал немедленно готовить лекарственное снадобье, которое хоть в какой-то мере должно ослабить воздействие яда на организм. При этом он мужественно держал на своем лице маску спокойствия и невозмутимости, под пытливым взглядом царя.

 - Не волнуйся государь. За свою практику я встречал подобные яды и могу сказать только одно, яд их мгновенен и то, что ты жив лучшее подтверждение того, что все обойдется – успокоил своего царственного больного лекарь, чем вызвал у Александра огромное душевное облегчение.

 - Пошевели руками – приказал Нефтех, и царь послушно исполнил его приказ.

 - Вот видишь, руки шевелятся, хотя и немеют. Значит, действие яда сильно замедлилось и это хороший знак. Сейчас я дам тебе противоядие, которое полностью остановит яд в твоей крови и тогда угроза полностью минует тебя, государь.

 - Действуй Нефтех, не теряй ни минуты времени! – приказал царь и вскоре он уже глотал живительный эликсир. Он живительным потоком прошелся по всему телу и под его воздействием страх смерти все это время терзавший царскую душу сразу пропал. Александр немного успокоился, а затем глухо произнес.

 – От судьбы видно не убежишь. Предсказание вновь настигло меня и все в той же последовательности. Старый, рыжий и вино. С вином и рыжим все понятно, но кто, же из них старый? Скорее всего, Никомед, хотя какой он старый. 

  Услышав о предсказании, Нефтех только скромно промолчал, давая царю самому в полной мере ощутить правоту слов сказанных им же, много