Стрелочники истории - Вячеслав Александрович Алексеев

в итоге получил ручную гранату в гусеницу и замер окончательно. Ганомаг тоже получил свое и уже горел, густо дымя черными клубами. Мотоциклистов срезал пулеметчик едва ли не в первые минуты боя, одновременно с гранатами в борта танков сопровождения. Оставшиеся пять-шесть выживших охранников потихоньку отползали кустами по кромке леса, бросив своего командира.

Залогин залез на танк, постучал в люк прикладом автомата и ласково попросил:

– Герр Гудериан, ком из танка, кригс капут, короче, выходи, иначе сожжем. Есть тут кто-нибудь, кто по немецки шпрехает? – Залогин осмотрел своих бойцов.

– Есть. – ответил Петр Филимонов.

Он залез на танк и начал переговоры с генерал-полковником. Пару раз танк стрелял из пулемета, но неприцельно, ибо с той стороны соваться дураков не было. Закончилось тем, что по приказу Залогина бойцы полили моторный отсек бензином, но поджечь не успели – едва почуяв знакомый запах, люк открылся, оттуда сначала вылез сам Гудериан, а следом еще три танкиста.

Пока шли переговоры, бойцы успели быстро похоронить трех своих павших бойцов, перевязать пятерых легкораненых, тяжелых, к счастью, не было.

– Концерт по заявкам прошел успешно. – передал Залогин по рации. Выдвигаемся к точке "Б", к полуночи будем на месте.

– Принято. – отозвалось в наушнике.

Подхватив Гудериана, отряд скорым маршем двинулся в глубь леса. Там в паре десятков километров была удобная полянка, куда в полночь приземлится У-2, чтобы отвезти живую посылку за линию фронта. Петр Филимонов устанавливал мины вокруг танков и в самих тоже. Удобные у потомков мины. думал он. – простые в обращении, крепятся куда угодно, легкие, не то что наши – по 4 кило, а главное – после боевого взвода их невозможно разминировать. Вот немцы помучаются!

Бобруйск, 4 июля 1941 года.

Наблюдатель на дереве сообщил, что видит колонну из восьми танков, полтора десятка тягачей с пушками, грузовики. Ползут к кромке леса, скоро скроются за деревьями, потому – где они остановятся, будет не видно.

– Артиллерию пригнали, по нашу душу. – прокомментировал майор Афанасьев.

– Это, как я говорил, будет наша забота. – ответил Серега. – Думаю, минут десять-пятнадцать у нас есть – пока доедут, развернутся, пристреляются. Короче, я сейчас отлучусь минут на двадцать. Будем выключать пушки.

Афанасьев удивленно поднял бровь, но промолчал.

– Юр, остаешься за старшего, Саша, пойдем со мной, с пушками разбираться.

Пройдя последний окопчик, держащий оборону с тыла, Серега спросил у бойцов:

– Как на этой стороне?

– Пока тихо, тащ командир, немцев не видно. А у вас уже бой был?

– Постреляли немного. Так, мы минут через полчаса будем возвращаться, смотрите – нас не зацепите.

После этих слов приятели нырнули в самую чащобу. Серега поднял руку, постоял минуты три. Ничего не произошло. Тогда он включил рацию:

– База, база, требуется помощь.

– Где вы? – раздался голос Сашки из наушника. – Черт возьми, никак не могу найти.

– Последний тыловой окоп видишь?

– Вижу.

– Вот от него на север метров 50 и чуть левее, где молоденькие елочки в круг встали.

– Все, нашел.

Рядом с елкой открылась дверь в иной мир и приятели нырнули в нее. Дверь закрылась.

У портала сидели попаданцы из 1993 года, погранцы с красноармейцами 41 – мехводы, даже пара немцев – механиков околачивались недалеко. Само собой и Сашка с Димкой. Еще Серега заметил Беларусь, приткнувшийся сразу за деревянными воротами "окна", два немецких тягача ганомага, обе Шишиги и КАМАЗ. Метрах в десяти стояла штабная палатка, двое красноармейцев, под присмотром Димона, сидели у рации с компом. Кабель тянулся к деревянным воротам. При каждом открытии подпружиненный кусок провода выскакивал наружу, при закрытии – втягивался внутрь. Отвод был и к видеокамере. Вероятно, на ней закреплена вторая антенна, поменьше.

"Ну, Кулибины! Да, Шибалин приготовился по взрослому. – подумал он. Похоже, не только людей, но и технику собрался вытягивать!". Оглядевшись, спросил:

– Ну как там с Гудерианом? Все закончилось?.

– Почти. – ответил Андрей Волков. – Они сейчас к точке эвакуации топают, поэтому до полуночи нужно держать немцев тут. Тем более, что фрицы пока не в курсе, что у них генерала умыкнули.

– Как так? – удивился Серега. – У него ж рация мощная и еще передатчики есть на других машинах.

– Была рация! – усмехнулся Сарнов. – Пока они на дороге стояли, я внутрь две проволочки сунул и несколько тысяч вольт из разрядника-парализатора. А на танках сопровождения еще проще – лампы выходного каскада кокнул. Сразу после того, как немцы получили сообщении о подрыве второго моста. Послушать могут, а сами на связь выйти – никак.

– И у мостов – штатно. – добавил Геннадий. – Едва самолеты показались, мы монки рванули, мосты то до этого еще свалили. Пешки прилетели, а бомбить некого – живая сила вся лежит и техника сильно покоцана, грузовички горят. Так, немного на бронетехнику сбросили, что на одном, что на втором. А все остальное Гудериану досталось. Летуны, небось, эти мосты на себя запишут. Пусть их, мы не жадные.

– Понятно. У нас проблемы – немцы пушки подвезли. Гаубицы, примерно две батареи. Да еще восемь танков.

– Ну, танки – не страшно, по лесу не пройдут, а пушки – это действительно серьезно. Саш, давай посмотрим – что там за пушки, не наши ли? – предложил Шибалин. – Мы как раз их и ждем. Гудериан дал добро на две батареи из 78 артиллерийского полка.

– Уже. Вон, на мониторе. Прямо у леса выстраиваются. – ответил Сашка.

– Гаубицы, 105 мм. Двенадцать штук – две полных батареи. Что-то многовато на три сотни пленных. – прикидывал Серега.

– Немцы думают, тут полк в полном составе и вооружении. – ответил Калужин.

– С чего это? – удивился Серега.

– Мы их переговоры слушали. – ответил Шибалин. – Немцы считают, тут армейский склад где-то был, вот они и вооружились по полной.

– Хм! А ведь немцы правы – тут действительно склад попался! усмехнулся Серега. – Так чего с пушками делать будем? Может рванем боеприпасы и пускай себе стоят?

Шибалин задумался, потом ткнул пальцем в Серегу:

– Можно и так. Опять ты мне весь план поломал. Я то думал, как эти гаубицы нам приватизировать, но твой намного безопаснее. Хотя и трофеев существенно меньше будет.

– Так давай свой план предлагай.

– То, пока – военная тайна. Кому надо, те в курсе, А остальные… Не люблю заранее трепать, потому как верная примета – не сбудется. Так что, терпи. Нет, на первом этапе почти как у тебя, только я монки