Новый каменный век. Том 4 - Лев Белин

гладил по голове, пока она всхлипывала средь рёва ветра за стеной. Иногда, нужно просто хорошенько поплакать, особенно женщинам. После этого всегда становится легче.

Когда она успокоилась, я начал стягивать с себя шкуры.

— Что делаешь?

— Скоро станет жарко. — кратко сказал я.

Наверное поэтому, его называли «Красным». Температура начала резко подниматься. Слышал, что она может достигать тридцати градусов при Фёне. А уж местные, вряд ли в иных условиях, могли бы испытать такую жару.

— Ты тоже раздевайся, — сказал я без задней мысли.

Она глянула на меня с интересом, и тоже принялась снимать самые тяжёлые шкуры.

— Дух нескоро уйдёт, — сказал я, усаживаясь на выступ.

— Почему…? — спросила она, подкладывая снятую шкуру под спину. Под неё у неё было что-то вроде накидки из тонкой замши, весьма искусно выделанной.

— Почему уйдёт? — не понял я.

— Нет, — замотала она головой, — Помог? Не ушёл?

— А… — осознал я, — как тебя зовут?

— Дана, — на выдохе произнесла она.

— А меня Ив, — улыбнулся я, — Я помог тебе, потому что когда-то и мне помогли. Хотя, могли бросить.

— Поэтому?

— Ну, да, мне даровали жизнь, я передал этот дар тебе.

— Ты волк, — выплюнула она.

— Да, но когда-то был соколом.

— Сокол? Знаю, видела их на той стороне, — сощурилась она, — у тебя нет перьев.

— Пришлось их оставить, чтобы выжить, — ответил я.

Она замолчала, словно переваривая услышанное.

— Теперь, можешь рассказать, что случилось с вами? На вас напали… напали волки?

Она тут же напряглась, вдавилась в стену. Губы превратились в тонкую линию, а в глазах отразились болезненные события.

— Если ты не хочешь…

— Они пришли ночью, — начала она, опустив глаза, — Мы были у костра. Была большая охота. Много добычи. Мы давали кусок… — мне приходилось вслушиваться, копаться в сказанном, чтобы всё понять. Но даже так, иногда смысл едва не ускользал от меня. — Великим Рогам. Он охраняет нашу стаю, — её рука мягко коснулась кусочка рога, вплетённого в одинокую косу, спускающуюся вдоль шеи.

— Большие Рога, — повторил я, — Олень? — я постарался подобрать максимально полный образ.

— Да. Большие Рога.

— Они напали? Сколько их было?

— Напали. Но мы не видели их. — покачала она головой, — Сначала не видели. Ночь. Дротики ударили из темноты. Мужчины, охотники — первые упали, отдавая кровь. Другие брали копья, но вновь падали. Дротики сильные. Никогда не видела. Они входили в тело, — она ткнула меня пальцем в грудь и у меня пробежали мурашки, — и выходили там, — показала она за плечо.

«Такая убойная сила недоступна для руки. Это точно был атлатль.» — хмурился я.

— Быстро. Очень быстро все упали. Мужчины упали. Мы побежали в ночь. Бежали и бежали. Слышали крик. Они загрызли всех.

— Ты сказала, что это была волки, — напомнил я.

— Да, — она посмотрела мне в глаза, — Волки. — ткнула на клык, висящий на шее, — Видела одного. У него висел такой. Он убил… Таша… — на её лице выступила скорбь.

— Как он выглядел? — осторожно спросил я.

Её губы задрожали. Она медленно подняла руку и показала на кончик уха, а затем резко провела к подбородку!

— БОЛЬШОЙ ЧЁРНЫЙ ШРАМ! — она оскалилась, — Я убью его! Найду и убью!

А у меня в голове всё сложилось. Последние сомнения пропали. Она встретила Шако, которому я оставил этот шрам. И Вака… уже начал воплощать свои планы. И вероятно, медведи как-то оказались на его стороне. Иначе я не знаю, как он сумел так быстро изничтожить целое племя.

— Ха… Ха… — глубоко задышал я, хоть горло и сдавливало. — Дана, — тихо шепнул я, — Если ты пойдёшь со мной… — я посмотрел ей в глаза, — Его зовут Шако… запомни. И я был тем, кто оставил ему этот шрам.

Она растерялась, не знала, как реагировать на это.

Только я, уже понимал, что нет ни единого шанса, что мы сможем мирно сосуществовать с Вакой и его стаей. Он выбрал путь разрушения. Путь, где он ничего не создаст, а будет лишь забирать. Тропу, где он сильнейший хищник в экосистеме. И я был тем, кто дал ему эту возможность, когда показал передовую технологию. Всего один человек. И передовое орудие. И мир получил первого тирана.

— Если ты пойдёшь со мной, — мой голос стал холоден, — Рано или поздно — убьёшь его.

— Да? — спросила она.

— Да.

Это обещание, данное под рёв ветра, было не только для неё. Оно было и для меня. Именно я толкнул первое домино. Я стал катализатором того, что может обернуться гибелью целой популяции. И именно я, обязан прекратить это.

Я всё ещё не знаю, зачем оказался в этом мире.

Но сейчас, я точно знаю, что мне нужно делать.

«Я должен убить Ваку.» — подумал я, и эта мысль меня не испугала.

Глава 19

Мы вышли из тёмной, пыльной расщелины только тогда, когда услышали крик ворона. Резкий, как удар бича, он первым оглашал, что Великий Красный Ветер ушёл — так гласили местные предания, кои создавались поколениями с помощью наблюдений.

За ним, словно подтверждая, послышался щебет и пение птиц, что до того были ниже травы и тише воды. Зашумели, закопошились жучки в земле. Где-то завыл волк, потерявший стаю.

Животные вообще ощущают мир на совершенно недоступном для человека уровне. И человек, как правило, старался к ним прислушиваться. Это давало свои плоды. Недаром многие культуры и народы избирали тотемы, подражали им. Вот и сейчас не зверь шёл за человеком, а как раз наоборот.

— Всё, закончилось, — облегчённо выдохнул я, смотря на чёрно-белые горы, где стена облаков исчезла, была разорвана на белёсые клочки.

Воздух ещё пах пылью, свежей древесной щепой и раздавленной хвоей. Но небо стало привычно голубым, а не тем — прозрачным, едва не чёрным полотном, окружённым рамкой облаков. Ветер же в расщелинах и скалах стал завывать ровной, почти утомляющей нотой.

— Хух…! — вздрогнул я, поёжившись и натягивая шкуры.

После «печки» фёна привычный холод ощущался куда ярче.

— Дух не вернётся? — с опаской выглядывая из-за моей спины, спросила Дана.

— Не сегодня, — ответил я предельно просто и ясно.

Фён не был каким-то невероятно редким климатическим событием. Приходить он мог и несколько раз в год. Только этот был весьма неслабым. Да ещё и разогнанный долиной.

Я оглядел склон — тут и там лежали поваленные стволы деревьев и вырванные с корнем кусты, в ином месте прошёл сход пород, в третьем зиял провал. Всего за день ландшафт переменился в совсем незнакомую картину. А в следующие дни изменится ещё сильнее. Потоки рек пойдут другими путями, обвалы и оползни прикажут зверю