Казачонок 1861. Том 8 - Сергей Насоновский

— Что дальше, Гриша? — спросил Семен.

— Думать надо, Сем. Кто бы мне самому сейчас подсказал, — буркнул я.

Мы уже собирались отойти в сторонку, чтобы разжиться обедом, а если не выйдет, то самим что-нибудь сварганить, как сзади послышался незнакомый голос.

— Эй, братцы! Постойте-ка.

Я обернулся.

К нам шел вахмистр с густыми седыми усами и тяжелым взглядом.

— Вы это нынче наших довезли? Гаврилу с Володькой? — спросил он.

— Мы, — ответил Туров.

Вахмистр оглядел нас внимательно. Особенно задержал взгляд на мне и моих парнях.

— Откуда будете?

— Из Волынской, — сказал я. — Григорий Прохоров. Это Семен Феофанович Туров, наставник наш. А это мои товарищи.

— Товарищи, стало быть, — хмыкнул он. — Малолетки отчего-то одни.

— Так вышло, — не стал я препираться.

— Ага, — протянул вахмистр. — А ты, стало быть, Семен Феофанович, за этими мальцами пригляд держишь?

— Вроде того, — ответил Туров, прищурившись и явно не понимая, к чему тот клонит.

— Не из праздного любопытства мы тут, господин вахмистр, — добавил он. — И раненых ваших бросить не могли. Пришлось к вам поспешать. Раны у обоих худые, особенно у Володи Шалина.

— Спаси Христос, братцы, за это, — серьезно сказал тот и приложил руку к груди. — Доброе дело сделали. Поклон вам от всей нашей сотни.

Он оглянулся на лазаретную палатку и понизил голос:

— Только, выходит, есть у меня к вам еще одно дело. Имеете желание Отечеству послужить?

Слова эти мне не слишком-то понравились. Обычно они означали какую-нибудь авантюру. Причем не самую простую.

— Рассказывайте, дядечка, — спокойно сказал я.

Вахмистр кивнул в сторону коновязи, и мы двинулись за ним.

— Сегодня утром наш разъезд перехватил на дороге арбу, — начал он. — Ехали старик да мальчишка. Мальчишка навроде вас по возрасту. Оба из рода Дауров будут.

— Дауров? — прищурился я.

— Угу, тех самых. Старик с внуком, как сказывали. Ехали себе, не таились. Даже сначала не поняли, чего наши их тормозят. Видать, не знали еще, что у аула ихнего замятня крепкая случилась.

— И что с ними? — спросил Туров.

— Под караулом сидят тепереча, — ответил вахмистр. — Плохого за ними не нашли, и на лазутчиков не похожи. Арба простая: харчи, тряпье, ничего такого. Но раз уж Дауры сами решили с нами воевать, как же их теперь пропустить?

Я выдохнул через нос.

Похоже, в заложники их взяли, хоть вахмистр прямо этого и не говорил. Сначала я не понял, к чему он клонит, но скоро тот сам выложил свой план.

— Если есть среди вас, малолетки, настоящие храбрецы, то, может, сгоняете парламентерами к Даурам? Скажете так да этак: там ваши родичи в плену. Лучше бы вы успокоились и передумали воевать, тогда с их головы и волоска не упадет.

— А то, что они ваших дозорных вчера поубивали, неужто так и оставите?

— Нет, конечно, как тут оставить. Предложим суд и разбирательство. Пусть выдадут свою чудо-бабу. Это всяко разумней, чем всем аулом полечь под нашими пушками.

Нет, не выдадут, подумал я уверенно, но вслух не сказал. Ох уж этот вахмистр. Понимает, куда нас отправляет, что погибнуть можем, а не стыдится. Впрочем, он ведь за своих переживает, бережет своих ребят, а мы ему кто… Да и не приказ это, а просьба.

— А почему именно нам предлагаете? Своих пластунов нету? — не удержался я.

— Ну вы ж там были только что, дорогу знаете. И главное, вы ж малолетки еще. Выглядите не опасно, вас скорее пропустят, не начнут стрелять издали. А вы, пока болтать о мире будете, заодно поглядите, как они там укрепляются, сколько бойцов, как вооружены…

Я задумался. Стало окончательно ясно, что вахмистр не собирается с горцами мириться, хочет просто таким образом дополнительную разведку аула провести. Да и не в его это вахмистрской власти с горцами мир заключать.

Разумеется, кабы не мое собственное желание попасть в аул к Даурам, я бы отказался. Но обстоятельства складываются так, что надо воспользоваться предложением вахмистра. Только вот рисковать жизнями всего отряда я не могу. Съездить к Даурам придется самому, в одиночку.

Даст Бог, и вправду не пристрелят горцы издалека. Тем более что одинокий всадник не выглядит как казачий разъезд. Буду осторожен, Хана буду подключать при каждой возможности. А уж если доберусь до Остапа, тот тоже прикроет, договоримся.

Глава 21. Рискованный визит

Затягивать я не стал. Сборы вышли короткими, особо и собираться не пришлось. Мы толком от дороги отдохнуть не успели, а в хранилище у меня запасов хватало. Теперь, без лишних глаз, я мог пользоваться ими спокойно.

Парни и Феофанович сначала смотрели на мои приготовления молча. По лицам было видно, что эта затея им не по душе.

Семен первым не выдержал:

— Гриша, может, хоть я с тобой?

— Нет, Сема.

— Так один-то чего?

— Просто так нужно, не спорь.

Я оглядел своих пацанов. Семен, Данила, Ленька. Молодые еще, хоть и хлебнуть за короткое время успели немало. Туров, спасибо ему за то огромное, не вмешивался. Он понял, почему я принял именно такое решение.

— Ждете меня здесь, но не дольше четырех-пяти дней. Ежели не вернусь, вместе с Семеном Феофановичем отправляйтесь в Волынскую. Я уж туда сам доберусь. Поняли?

— Гриша... — начал Даня.

— Не перебивай, — осек я товарища. — Со мной будет Хан, не пропадем. И не из таких передряг выбирался, так что лишнего не накручивайте.

Повисла тишина. Семен Феофанович стоял чуть в стороне, опершись ладонью на рукоять шашки, подкручивая ус.

— Слышали, братцы, что командир вам сказал, — наконец произнес он. И, не дождавшись ответа, продолжил: — Тогда нечего сопли на кулак мотать. Сладится все у Гриши, не сумневайтесь.

— Благодарствую, Семен Феофанович.

Я подошел к нему, положил руку на плечо, а затем развернулся и одним движением вскочил в седло Искры. Даня подал мне повод заводной карачаевки.

— Ангела-хранителя в дорогу, — перекрестил меня Туров.

— С Богом, Гриша.

— С Богом, — раздалось со стороны парней.

Я тронул и повел Искру по каменистой ложбинке, выводя на тропу.

Хан уже нарезал круги по маршруту. Сентябрьское солнце стояло довольно высоко, успев прогреть воздух, и пыли