Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 2 - Шуан Мэйхуа

Он не желал видеть своего старшего брата. Точнее, он подозревал, что тот может бродить где-то поблизости, еще с того самого дня, как слышал его голос в столице, подле заново возведенной статуи императора. Значит, ему все-таки не привиделось. И это был Мао Шуаньму, следивший за ним все это время.

– Вот как, – мужчина прикрыл глаза и потянулся к ногам младшего брата. То, что было неведомо другим, от его острых кошачьих глаз невозможно было утаить. Приподняв своими изящными пальцами длинный кошачий хвост, он тяжело вздохнул: – Остался последний. И ты говоришь, что это не мое дело.

Мао Яньсяо тут же распахнул глаза, которые уже вернули свой родной изумрудный цвет. Образ наследного принца тоже развеялся, и второй молодой господин предстал перед первым старшим господином в своем настоящем обличье. Он усмехнулся и, отдернув свой невидимый хвост, бросил:

– Оставь уже меня в покое. Тебе не надоело нянчиться со мной? Ты вроде как уже нашел себе замену в лице старшей дочки императора Лун Чжи, Лун Сюй[19], верно? Так и воспитывай ее, и не мешай мне жить.

– Жить? – огрызнулся Мао Шуаньму, ткнув в грудь брата веером. Он слегка прищурился, и его разноцветные глаза стали еще выразительнее из-за красной подводки над верхним и нижним веком. – Что ты вообще несешь? Какого демона ты вообще творишь? Что ты потерял в императорском дворце? С этими людьми? Вот такую ты хочешь жизнь? Где позоришь всех нас? – Демон был не на шутку зол. Казалось, если бы не последняя оставшаяся жизнь его младшего брата, при потере которой он больше не смог бы переродиться в своем теле, он бы придушил его собственными руками и закопал бы здесь, под землей, чтобы проучить.

Щелкнув по вееру пальцами, Мао Яньсяо заявил:

– Хватит мне одного павлина с веером. Голова болит. – Прикрыв глаза, он снова притворился спящим.

Мао Шуаньму стоял над ним какое-то время, надеясь, что у младшего брата осталась совесть, или хотя бы из уважения к старшему он будет вести себя хоть немного послушнее. Но этого не произошло. Гроб, в котором лежал Мао Яньсяо, заполнился дождевой водой. Наконец, когда чаша терпения переполнилась, Мао Шуаньму закрыл веер и ударил им по своей ладони, сказав:

– Что ж! Тогда поступим по-моему.

Мао Яньсяо уже было возрадовался, что его брат наконец оставит его в покое, но не тут-то было. Толстые цепи, созданные из дождевых капель, обвили лежащего в гробу Мао Яньсяо, не давая ему возможности высвободиться. А сам гроб, стоило его брату щелкнуть пальцами, приподнялся с земли и бережно лег на спины четырех карпов. Их прозрачные плавники двигались так, словно рыбы плыли не по воздуху, а находились в своей привычной среде, под толщей водяной глади.

Мао Яньсяо взревел, непроизвольно начал дергать ногами:

– Опусти меня на землю!!! Сейчас же!

Мао Шуаньму махнул рукой и широкими шагами направился в сторону юга. Он высоко задрал подбородок и прикрыл глаза, спрятав левую руку за спину, а правой продолжал размахивать веером, который от дождя потерял свой роскошный вид.

– И не подумаю… Если не хочешь возвращаться домой по своей воле, я тебя увезу насильно. Все равно ты уже ненавидишь меня.

Мао Яньсяо продолжал браниться и барахтаться, но все его попытки были тщетны. Наконец сдавшись, понимая, что спорить с этим тираном бессмысленно, он заговорил:

– Я должен был помочь Лань Сюэ. Но все пошло не по плану, и этот старший принц Ю Байху все прознал. Он подмешал мне яда в завтрак, а потом я проснулся уже лежащим в гробу и вскоре почувствовал твое присутствие, потому не торопился расправляться с этими людьми.

Услышав знакомое имя, глаза Мао Шуаньму округлились, и он замер.

– Лань Сюэ, – прошептал Мао Шуаньму. Он резко обернулся и, заглянув в гроб, посмотрел брату в глаза: – Где она сейчас?

Мао Яньсяо прищурился на один глаз, потирая единственным хвостом макушку.

– Умерла…

– Вот как, – с горечью прошептал Мао Шуаньму, развернувшись и продолжив путь.

Он так хотел завербовать эту демоницу. Так хотел, чтобы она помогла с Лун Сюй и стала ее правой рукой. Пусть ее брат и причинил много хлопот, если можно было назвать случившееся хлопотами, он считал разумным, если она вступит в их ряды и поможет отомстить людям. Но демоница этого не захотела. Она сказала, что как вмешательство Лань Шицана в войну шести великих государств было ошибкой, так и ее вмешательство будет таким же. Несмотря на то что она проживала в Туманных землях и имела демоническое начало, она всегда называла себя другой и говорила, что Мао Шуаньму не понять ее. Говорила, что у нее есть дела поважнее судьбы демонических земель и всего мира. Мао Шуаньму усмехнулся:

– Интересно, стоила ли ее смерть всего этого? Зачем ты вообще перевоплотился в принца? Где настоящий?

Мао Яньсяо, который все это время продолжал браниться и неумолимо просить отпустить его, неожиданно замолк. Он правда не знал, стоит ли делиться с братом этой тайной. Одним Небесам известно, как отреагирует Мао Шуаньму на новость о том, что Ю Вэйюань, который считается наследником престола трона дракона, на самом деле сын Лань Шицана и Ван Су. Сын тех, из-за чьей любви погибла императорская семья Лун и пало все государство демонов. Что он не человек, а демон. И к тому же в нем должен быть запечатан возлюбленный Ба Шэ, по вине которого их «богиня» страдает столько времени в темнице, в полном одиночестве. То, что Мао Шуаньму считает беспечным, абсурдным, глупым в поведении его младшего брата, вызовет еще больший гнев, возможно, вспышку ярости, вместе с желанием прикончить Ю Вэйюаня. Мао Яньсяо молился всем богам и демонам, которых только вспомнил, чтобы сберечь душу этого несчастного. Он надеялся, что Лань Сюэ не держит на него зла, а душа ее спокойна. Надеялся, что хоть немного очистил свою карму и что Ю Вэйюань все же выберет верный путь и жизнь демонов станет хоть немного лучше.

По крайней мере, она не просила оберегать его вечно. Смирившись с тем, что брат будет расспрашивать или даже пытать, пока не услышит от него правду, Мао Яньсяо прикрыл глаза и решил немного вздремнуть. Неожиданно вспомнив о Люй Яо, Мао Яньсяо усмехнулся себе под нос. Но его голос звучал поистине обеспокоенно, ведь проведя столько времени вместе, они начали терпеть присутствие друг друга.

– Удачи, наставник. Оставляю наследного принца на вас. Надеюсь, вы сможете позаботиться о нем…