Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 2 - Шуан Мэйхуа

– Наследный принц!

Го Цзяньфэн и Чжан Хаожань тут же отступились, а Ли Лэй и вовсе сел в лужу.

Бай Шэн с лопатой нахмурился. Все еще недоумевая, что могло вызвать такую яркую реакцию, он стер капельки дождя со своего лба и, бросая гневный взгляд на опешивших солдат, пробурчал себе под нос:

– Сами надумали, сами испугались. Вы что, труп в первый раз видите? Как вас вообще в императорскую армию-то взяли?!

Однако он и сам потерял дар речи, увидев труп Его Высочества наследного принца Ю Вэйюаня. Его прекрасное лицо было мертвенно-бледным, губы посинели, глаза были плотно сомкнуты, а на шее красовался глубокий порез. Судя по тому, насколько глубоко лезвие вошло под кожу, несчастный явно не сопротивлялся, а убийца проявил особую жестокость.

– Это Ю Байху так его? – дрожащим голосом сказал Го Цзяньфэн.

Бай Шэн сделал несколько глубоких вдохов и выдохов и нервно бросил:

– Это не наше дело. И открывать гроб не нужно было.

Все прекрасно понимали, что борьба за императорский трон – это не простая ссора между братьями. На кону не только их жизни, но и жизни простых граждан, включая соседние государства. Тот, кто обладает поддержкой Сына Неба и императорской свиты, находится в более выгодном положении. Но это не защитит от смерти. Особенно если ты важная персона. Всего лишь один неверный шаг, и все кончено. Бесспорно, за спиной Ю Байху стояло не меньше влиятельных особ, включая многотысячное войско, да и народ его любил. Но в любом случае братоубийство – это большой грех. А раз Ю Байху лично отдал им поручение захоронить труп, то он явно знал, кто именно лежит в гробу. А значит, кровь Ю Вэйюаня однозначно на его руках.

Но больше всего их беспокоило другое. Если труп Его Высочества наследного принца здесь, то кто уехал за принцессой Сяо Мэйли? Почему не отменили свадьбу в связи с кончиной жениха?

– Давайте побыстрее его закопаем, – сказал Го Цзяньфэн.

Ли Лэй, что все это время сидел в луже, наконец нашел в себе силы подняться на ноги. Схватившись за голову, он прокричал:

– Хоронить наследника драконьего трона где-то в глуши леса? В безымянной могиле, как какого-то простолюдина? Да нас же всех казнят!

Они переглянулись, не зная, что делать дальше. Одно дело – простое убийство, а другое – знатного чиновника.

– Уж лучше продолжать молчать, как будто мы и не знали, кто здесь. Просто захороним и забудем, как страшный сон. Спросит кто, скажем, что просто выполняли поручение. Если император узнает, мы попадем в немилость. Своего старшего сына, к тому же единственного оставшегося наследника, он точно убивать не станет. А вот мы попадем под горячую руку. Предлагаю просто закопать, – сказал Го Цзянфэн. Он почесал затылок, слегка взъерошив пропитанные дождем волосы.

Лопата только вошла в землю, зачерпав немного грязи. Рыжий кот, все это время уютно сидевший на руках Чжан Хаожаня, выпустил когти и стремительно кинулся к гробу, запрыгнув на грудь усопшего.

Чжан Хаожан зашипел себе под нос от боли. Он смело подошел к гробу, желая забрать кота, пока тот не заразился чем-нибудь от трупа.

– Иди сюда! Тебе уж точно не стоит беспокоить душу этого несчастного. Бедолаге и так не повезло.

У кота были глаза разного цвета. Левый – желтый, цвета липового меда. Правый – зеленый, словно молодая листва. Они сверкнули алым, когда кот уткнулся пушистой мордой в подбородок принца, промурлыкав:

– Пора вставать.

Ю Вэйюань же, который выглядел как обычный мертвец, продолжал лежать неподвижно под дождем. Ни единый мускул за все это время не дрогнул на его мертвенно-бледном лице. Но когда кот начал вилять пушистым хвостом у самого его носа, тот не выдержал и, схватив кота, распахнул глаза.

Чжан Хаожань, который тянул к гробу свои руки, чтобы забрать оттуда кота, так и застыл, не смея двинуться более ни на один цунь. Сердце Чжан Хаожаня упало, когда принц с перерезанным горлом открыл свой рот и заговорил:

– Не хочу.

Все застыли, боясь лишний раз шелохнуться или выдохнуть. Посмотрев на испуганного Чжан Хаожаня, кот мяукнул. Чжан Хаожаню показалось, что на морде этого милого создания промелькнула ухмылка.

Не выдержав напряжения, Ли Лэй и Го Цзяньфэн все-таки в ужасе закричали и бросились в лес, громко шлепая по лужам.

Бай Шэн вонзил в землю лопату и потянулся за мечом, спеша достать его из ножен. Чжан Хаожань, что находился ближе всего к гробу, упал замертво, не успев даже закричать. Дождевая лужа под ним тут же окрасилась в цвет его свежей крови.

– Демоны! – прорычал Бай Шэн, размахнувшись своим клинком прямо над головой кота.

Лезвие сверкнуло над его пушистой шерсткой, но не задело. Левое ушко кота слегка дернулось, и он обернулся, посмотрев нападавшему в глаза.

Словно кто-то невидимый, но очень сильный перехватил удар последнего своей рукой, защищая своего хозяина. Эта же сила беспощадно отбросила Бай Шэна на несколько чи. Последнее, что успел увидеть Бай Шэн, это белую молнию, что рассекла грозовые тучи, а потом… Прозрачный, собранный из мелких капелек воды мышонок с писком забрался на его грудь. Через долю фэней их стало пять, потом двадцать, сотни… Бай Шэн бился в конвульсиях, пока маленькие полевые мышки, созданные из дождевых капель, залезали ему в рот и пожирали его изнутри. Его крики не длились долго. Вскоре в лесу раздалось еще два возгласа, но и они вскоре смолкли, когда со свидетелями было покончено.

Мао Яньсяо отпустил хвост кота и прикрыл глаза, снова притворяясь мертвым. Убедившись, что все стражники мертвы, демон-кот спрыгнул с гроба и земли уже коснулись человеческие ноги. Это был демон с длинными рыжими волосами, ниспадавшими по широким плечам, облаченный в ярко-коралловый наряд. Все его одеяние было расшито дорогими камнями и бусинами. Более того, правой рукой мужчина держал веер из перьев павлина, которым лениво помахивал. Напоминанием о том, что он был котом всего-то пару фэней тому назад, служил лишь ошейник с колокольчиком.

– Даже умереть спокойно не дадут, – буркнул Мао Яньсяо себе под нос, нахмурившись. Рана на его шее начала постепенно затягиваться, а кожа залилась румянцем, возвращая мертвецу более живой вид.

– Что за представление устроил мой младший братик? – опершись ногой на гроб, игриво протянул Мао Шуаньму[18], наклонив набок голову. Его взгляд был мягким, но осуждающим.

– Не твое дело! – оскалившись, отрезал Мао Яньсяо.