"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

class="p1">В открытой аудитории сейчас явно работали с серебрянкой, а отблески я наблюдал в коридоре — серебряные прожилки прорисовались в воздухе, в радиусе нескольких метров от дверного проёма.

Голова закружилась, я приостановился.

Сеть из прожилок передо мной мерцала, неосязаемая. Я уже не мог абстрагироваться от неё визуально. Было понятно, что она простирается и за пределы здания, просто моему восприятию был доступен лишь небольшой участок.

Я поднёс перстень к одному из её узлов, и она впитала лиловый блик.

Может, мне только показалось, но на миг я почувствовал через сеть всех остальных представителей клана Вереска, как бы далеко те ни находились.

Финиан, Флендрик, Вита и Бинна, Уна и Бруммер, Даррен, Рунвейга, Тэлвиг…

И Нэссу я вдруг почувствовал тоже, хотя её перстень был совершенно другого цвета…

Их браслеты и перстни стали для меня ориентирами, точками опоры в этом информационном пространстве. Головокружение отступило.

Я подошёл к порогу аудитории, заглянул.

Экзаменационный стенд в виде рамы для фотографий стоял недалеко от двери. На ней крепился какой-то снимок — ребром ко мне. Серебряные прожилки, соприкасаясь с ним, вспыхивали ярче, лихорадочно искажались, меняли конфигурацию.

Столы были отодвинуты к стенам, чтобы освободить центр аудитории. А в дальнем углу столпились все мои оппоненты — Вирчедвик, Грегори, Кэмден, Донелл и Гвеннер. Они совещались возле одного из столов. Перстни у них отблёскивали серебром, фамильные же оттенки едва просматривались.

Я сделал шаг в их сторону. Они обернулись. Гвеннер дёрнулся мне навстречу, но Вирчедвик предостерёг спокойно:

— Не отвлекаться.

И одновременно с этим Вирчедвик неуловимо-быстрым движением, которое даже я не смог отследить, швырнул мне под ноги кубик серебристого льда. Тот раскрошился по полу, и мне показалось, что сила тяжести вокруг меня увеличилась на порядок, а тело налилось чугуном. Я чуть не упал, меня приложило плечом о стену. Стало трудно дышать, и я не мог двинуться.

— Фон в этом здании сейчас — аномально плотный, — сказал Вирчедвик. — Образно выражаясь, воздух так уплотняется, что не нужен даже прямой контакт для воздействия. Я много интересного выяснил, исследуя краску. Впрочем, ты тоже молодец. Хорошо развил свои навыки, если сумел добраться сюда. Но драться со мной даже не пытайся. Силы несопоставимы — у меня было больше времени и намного больше ресурсов.

Я оглянулся через плечо на фотографию в раме — теперь угол зрения позволял её рассмотреть. Это был следопытский снимок — панорама столицы, сделанная откуда-то с крыши. Среди домов чётко выделялась старинная прямоугольная башня, которую лорд-арбитр использовал как свою резиденцию, а также более современная конструкция из стекла и бетона — здание, где работал премьер-министр.

И ещё я заметил — в ту же раму была вставлена пластина из толстого стекла, поверх фотографии.

— Что ты собираешься сделать? — спросил я.

— Сеть ты, вероятно, видишь, — сказал Вирчедвик. — Она визуализирует информационную структуру общества. Сейчас мы воздействуем на неё через серебрянку.

— Ради чего?

— Закончим, и объясню. Гвеннер, твоя очередь.

Тот взял со стола большой фотоаппарат с лампой-вспышкой, встал перед фотографией и взглянул на неё через видоискатель.

— Давай, — подбодрил Вирчедвик.

Гвеннер нажал на кнопку.

Вспышка была пропитана серебром. Она высветила все предметы в аудитории с предельной контрастностью, а сеть из прожилок, наоборот, потускнела. Несколько серебряных линий вспыхнуло на стекле, прикрывающем фотографию в раме.

Я проморгался. Линии на стекле вновь стали невидимыми, а прожилки вокруг вернули себе прежнюю яркость. Их искажения возле фото стали заметнее.

— Теперь я, — произнёс Вирчедвик.

Я всё ещё не мог приблизиться ни к нему, ни к раме, тяжесть давила.

Забрав у Гвеннера камеру, Вирчедвик приложился к видоискателю.

Вспышка.

На стекле опять засверкали линии, но их теперь стало больше, и они сложились в картинку. Это было ещё одно здание — оно наложилось на сфотографированный пейзаж, очень ловко в него вписалось.

Рисунок на этот раз сохранился даже после того, как погасла вспышка.

К нему притянулись те серебряные прожилки, что были ближе.

Они взаимодействовали с рисунком, метались по его контурам, и он с каждой секундой дополнялся деталями, становился реалистичнее — и будто продавливался через стекло, впечатываясь непосредственно в снимок.

— Ну, вот и всё, — констатировал Вирчедвик.

Он положил камеру на стол, а сам присел на соседний.

— Видишь ли, Вячеслав, — сказал он непринуждённо, — меня не устраивает положение дел на материке. Я не вижу перспектив ни для здешней системы распределения власти, ни для себя лично внутри неё. Тебе это может показаться банальным. И в самом деле — такие недовольные есть, наверное, в любом мире. Тебе известны и способы, которые они применяют для исправления ситуации. Дворцовые перевороты и прочее в том же духе. Но эти способы ненадёжны. Надо иначе.

Глава 21

— Сам посуди, — продолжал Вирчедвик, — насколько абсурдно выглядит текущий расклад. С одной стороны, использование красок-эффекторов — основополагающий фактор и для нашей политики, и для экономики. С другой же стороны, кланы, которые распоряжаются краской, сами отдают власть, когда заключают сделки с обычными богачами. Лорды считают, что они смогут контролировать нуворишей, и внешне всё пока так и выглядит. Но на практике нувориши уже подминают лордов.

— Экая жалость, — буркнул я.

— Да, у тебя это не вызывает отторжения, Вячеслав. Ты ведь и сам, по сути, торгаш. Но я собираюсь изменить ситуацию. Жёсткое разделение между старой аристократией и новой буржуазией — вот теперь главный принцип. Никаких сделок непосредственно между ними. Всё — через новый клан Серебра, который завтра появится. Ему будут подотчётны и лорды, и нувориши.

— Новый клан — это вы пятеро?

— Пока да, — кивнул он спокойно, — но мы уже подобрали себе технических ассистентов, самых толковых. Будут работать за доступ к некоторым функциям серебрянки. И да, работы предстоит много. Контакты с внешними мирами отныне — тоже исключительно через нас, разумеется.

— С чего ты решил, что все согласятся с этой новой системой?

— Она будет вшита в информационную ткань, — ответил Вирчедвик. — Серебрянка даёт такую возможность, она ведь тесно завязана как раз-таки на информацию. Запрет на сделки между лордами и магнатами станет общеизвестным фактом, он будет восприниматься как нечто давно привычное. Любые попытки его нарушить мы будем пресекать жёстко. Привычной будет казаться и роль нашего клана, тем более что к завтрашнему утру наша резиденция появится там, где сейчас строительный котлован.

Серебряные прожилки, соприкасаясь со снимком, вибрировали сильнее, впитывали концепцию. Я угрюмо заметил:

— Нынешняя система — с изъянами, я не спорю. Но тебе хочется не столько её исправить, сколько получить власть. Именно под этот мотив ты