"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

— Хорошо, — сказал я, готовясь встретить атаку. — Покажите мне, на что вы способны.

Они атаковали одновременно. Катарос — ледяной шторм, тысячи острых осколков, которые устремились ко мне со всех сторон. Сэнд — песчанные шипы, вырывающиеся из-под земли в шахматном порядке, не давая мне места для манёвра. Голд — воздушные лезвия, которые кружили вокруг меня, готовые ударить в любой момент. Флюмен — льющаяся будто отовсюду вода.

Красиво. Очень красиво. И очень опасно. Но… всё равно бесполезно…

Я не стал уклоняться. Вместо этого я создал вокруг себя многослойный щит — земля, вода, воздух, огонь, всё, что мог, сплетая стихии в единую защитную сферу. Атаки ударили в неё с разных сторон, заставляя щит трещать, но я держался, вливая ману снова и снова.

— Не останавливайтесь! — крикнул Катарос, и они усилили натиск.

Я чувствовал, как мана утекает рекой. Щит трещал по швам, готовый рассыпаться в любой момент. Если я не сделаю что-то прямо сейчас, они меня сокрушат. И тогда… Я выключил щит.

В тот же миг их атаки обрушились на меня, но я был готов. Я прыгнул вверх, перелетая через ледяные осколки, уходя от земляных шипов, уклоняясь от воздушных лезвий. Водяной хлыст схватил меня за ногу, но я разорвал его простым импульсом огня и приземлился в нескольких метрах от них, тяжело дыша.

— Неплохо, — сказал я, чувствуя, как по лицу течёт пот. — Очень неплохо. Но недостаточно.

Они смотрели на меня с ужасом. Они вложили в эту атаку всё, что у них было — и я выжил. Мало того, я почти не пострадал. Им потребовалось несколько секунд, чтобы осознать это.

— Как… как ты это сделал? — прошептала Флюмен.

— Я просто был быстрее, — ответил я. — И я умею просчитывать ваши действия наперёд. Вы же действуете импульсивно, на эмоциях, не думая о том, что будет через секунду.

Я сделал шаг вперёд, и они инстинктивно отступили, даже Катарос, всегда такой надменный и уверенный, побледнел и сделал шаг назад. Я остановился, давая им время прийти в себя.

— Бой окончен, — сказал я, и мои клинки, которые всё это время лежали в ножнах, даже не шелохнулись. — Вы проиграли.

— Но мы ещё можем… — начал Катарос.

— Можете, — перебил я. — И проиграете ещё раз. Да, я потратил изрядно маны, но у вас её осталось ещё меньше. Итог очевиден. Не упрямьтесь.

Тишина повисла над полигоном. Студенты молчали, переваривая поражение. Адам и Солани, стоявшие в стороне, переглянулись, но ничего не сказали.

— Почему? — спросила Голд, и её голос дрогнул. — Почему ты не использовал знания Данталиона? Ты мог бы победить нас быстрее. Легче.

— Ну во-первых, я обещал. А во-вторых, потому что вы должны понять одну важную вещь, — я подошёл ближе и посмотрел на них в упор. — Знания — это не ещё не всё. Главное то, как вы их используете. Вы узнали то, что не знают другие, но вы не стали от этого лучше. Вы просто… нахватались верхушек. Даже не смогли нормально встроить эти знания в свой привычный стиль боя.

— Мы… — попыталась возразить Сэнд, но я перебил её.

— Да, вы сильнее других студентов. Да, вы знаете больше. Но вы остановились в развитии. Вы почили на лаврах, решив, что уже достигли предела. А это далеко не так.

Катарос сжал кулаки. Его лицо исказила гримаса боли, не физической, душевной. Я вновь задел его гордость. Задел то, что было для него важнее всего.

— И что нам делать? — спросил он, и в его голосе не было прежней надменности, только пустота.

— Учиться, — ответил я. — Не заклинаниям — вы их и так знаете. Учитесь мыслить. Анализировать. Просчитывать противника. Действовать в команде. Вы не сможете стать по-настоящему сильными, пока будете полагаться только на себя.

— Но ты же полагаешься на себя, — заметила Флюмен.

— Я — другое дело, — я усмехнулся. — Таков уж мой путь. Я сам выбрал его. А вы… вы только начинаете свой…

Я замолчал, давая словам улечься. Студенты стояли, опустив головы, и я чувствовал, как в них происходит внутренняя борьба. Признать поражение — тяжело. Особенно для тех, кто привык побеждать. Ещё и когда им дали такую фору.

— Ты прав, — наконец сказала Голд, поднимая голову. — Мы зазнались. Слишком быстро поверили в свою исключительность. Спасибо, что показал нам это.

— Не благодарите, — я покачал головой. — Просто запомните этот урок.

Катарос молча кивнул и, развернувшись, зашагал прочь. Голд и Сэнд последовали за ним, перешёптываясь. Флюмен задержалась на несколько секунд, глядя на меня странным взглядом, в нём было что-то, похожее на восхищение.

— Ты действительно силён, Фауст, — сказала она. — Даже без знаний Данталиона. Я уважаю это. И рада, что ты стал нашим учителем.

— Спасибо, — ответил я.

Она ушла, оставив меня одного. Адам и Солани подошли ближе, и я заметил, что Солани улыбается — едва заметно, уголками губ.

— Ты был жесток, — сказала она.

— Они это заслужили, — я пожал плечами. — Кому-то нужно было спустить их с небес на землю. Почему бы и не мне?

— Ты мог бы просто сказать, — заметил Адам. — Не обязательно было их бить.

— Слова забываются. А такие уроки — нет, — я поднял пиджак с земли, отряхнул от пыли, и накинул на плечи. — Они запомнят этот день. И, возможно, станут лучше.

Я уже собрался уходить, когда Солани окликнула меня:

— Фауст.

— Да?

— Ты правда