Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

что они знакомы. Вот только Кейти явно не слышала ни одного слова и была дезориентирована. Надо будет попросить магистра Атирона устроить адептам встряску в следующем году. Пусть их научат оказывать первую помощь, а не вести себя, как в театре.

Единственное, что оправдывало праздных зевак — практически все были третьекурсниками. Их ещё не готовили к подобному, все премудрости поведения и действий в подобных ситуациях начинают разбирать с четвёртого курса. До того, адептов просто учат управлять своей магией. Остановившись около Хазард, я дождался, пока она меня увидит.

— Ты меня слышишь, Кейти? — спросил я и увидел, как она качает головой.

Я закрыл уши девушки ладонями и принялся её исцелять. Конечно у меня это выходит намного хуже, чем у того же Стефана, но справиться с такой элементарной травмой может любой маг. Однако спустя мгновение я чуть не выругался. Этот гад успел кинуть в Кейти «заклинание оглушения». Понятия не имею, как оно прошло сквозь защитные чары, но именно из-за этого, Катрин ничего не слышала.

— Что это было? Где Ледира? Её надо отвести к кому-нибудь, кто занимается всем этим делом, — затарахтела Кейт, как только я снял с неё чары.

Вздохнув, я посмотрел в ту сторону, где оставил Ледиру. Там уже никого кроме Дамиана не было. Друг коротко мне кивнул, подтверждая, что девушку увели, а следом я заметил жест одного из офицеров тайной полиции, который шёл за мной следом. Нам с Катрин указали на выход. Явно это и есть те люди, которые должны отвести нас в безопасное место.

— Успокойся, Кейти. Ледиру уже забрали, мы тоже сейчас отсюда уходим, — проговорил я, и взял девушку за руку.

Мы направились в сторону портала. Я улыбнулся, поскольку в кои-то веки Катрин меня неимоверно обрадовала. Она не пыталась проявить самостоятельность в самый неподходящий момент, а молча последовала за мной.

Катрин Хазард

Нас с Рейнодом привели в общий холл, где уже собрали всех адептов, которые тихо переговаривались и шептались. В глазах присутствующих, читались лишь три эмоции: недоумение, растерянность и страх. Не удивительно. Мне и самой было очень страшно. Правда, я в отличие от остальных адептов знала, в чём суть проблемы. Пока ректор и магистр Атирон рассказывали, что происходит, к нам подошёл Дамиан. Парень сообщил, что экзамены перенесли на начало учебного года.

К тому же из слов ректора я узнала, что весь этаж женского общежития, где проживал наш курс, опечатали. Вечером его полностью уничтожат магическим огнём, вместе со всеми вещами адептов. Связанно это было с распространением «магического мора», который все называли «болезнью». Оказалось, что о «магическом море» знают единицы. Недаром офицер службы безопасности напомнил нам с де Шантайсом о неразглашении. Сеять панику среди адептов никто не собирался. А решение закрыть академию объяснили тем, что погибшие адептки заразились друг от друга опасным заболеванием.

Только адепты не дураки. Они прекрасно видели, что произошло и при каких обстоятельствах. Эту проблему магистры решили очень быстро. Всем адептам напомнили, что они учатся в военной магической академии. После сообщили, что сотрудники не умеющие держать язык за зубами, императору не нужны. К моему удивлению, завуалированная угроза помогла. Теперь об этом говорили лишь единицы и то шёпотом, но с каждой секундой разговоров становилось всё меньше.

Ректор закончил объяснять нюансы, связанные с закрытием академии и отправил адептов с третьего по пятый курс в столовую. Дамиан сказал, что первыми по домам уйдут младшие курсы, а за остальными будет проще проследить в закрытом помещении. В принципе правильно. Я помню, как у нас на первом и втором курсе все себя вели, словно они не в академию поступили, а приехали на праздник жизни.

Когда мы зашли в столовую, де Шантайса и Дамиана, позвал ректор. Я же направилась за стол, где уже сидела Ледира. Стоило мне сеть рядом, как девушка прошептала:

— Говорят, ещё одна адептка заразилась. Интересно, что же это за болезнь такая, с которой не могут справиться целители?

Ледира была одной из тех, кто всё никак не мог успокоиться. Я смотрела на де Канти и не могла понять, зачем она лезет в то, что её не касается? Нет, чтобы сидеть тихо, держаться подальше от заразы и радоваться, что не заболела. Ведь о целительстве она знает ничтожно мало, помочь ничем не сможет, так к чему попусту трепать языком?

— Знаешь, Ледира, всегда считала тебя умнее, — не выдержала я. — Тебе прямо сказали молчать и не говорить об этом. Почему ты всё никак не угомонишься? Или ты знаешь что-то, о чём неизвестно магистрам? Так иди и расскажи им.

В первое мгновение девушка обиженно надулась, но спустя минуту вдруг тихо произнесла:

— Вообще-то я видела кое-что, — её глаза отчего-то тут же округлились и она затараторила: — Только я не могу рассказать об этом никому. Понимаешь?

Вот после этих слов, она завладела моим безраздельным вниманием. Ледира меня очень удивила. Что значит, она не может рассказать об этом никому? Ведь мне девушка сейчас начала об этом говорить. Чем же я отличаюсь от остальных людей в академии и за её пределами? В голове занудно пропищал тихий голосок подсознания: «Ты не местная, к тому же маг холода». Но об этом никто не знает. Возможно, девушка имела в виду, что молчит, поскольку это тайна?

Я быстро обернулась и посмотрела на Рейнода с Дамианом, которые по-прежнему разговаривали с ректором. Ледира замолчит, если парни подойдут к нам. Необходимо было расспросить её, пока мы тут сидим вдвоём, раз уж она решилась всё рассказать мне. Нет, мы не были с Ледирой подругами, как таковых подруг у меня на материке не появилось. Слишком много странностей было вокруг меня, чтобы обзаводиться близкими друзьями.

Скорее у нас с девушкой был тот редкий вид странных отношений, когда два человека говорят друг о друге чистую правду. И нам было неважно насколько это может ранить. Но меня устраивало такое положение дел, Ледиру также, поэтому проблем никогда не возникало. Именно поэтому девушка спокойно восприняла мои слова насчёт пустой болтовни и не ушла обиженно сопеть в уголок.

— Кого ты видела? — спросила я, не давая Ледире замолчать и закрыться в своих мыслях.

— Из комнаты Риланы выходил какой-то мужчина, — тихо произнесла она. — Он был в мантии преподавателя, только я уверена, что никогда прежде не видела его в академии. И он был странным. Как бы объяснить,