Изгой - Александр Олегович Анин

— Отпустить тебя домой? Да запросто! Погостишь сколько-то, расскажешь, что знаешь, с рисунками и иллюстрациями и иди, но… Любой дар развивается ступенями, и что бы шагнуть на следующую, нужно опять немножко умереть. — усмехнулся молодой.

— Серьёзно?

— Серьёзней некуда. Наши предки раньше на магических животных охотились, но чем больше прилагали усилий, тем сильнее эти звери становились. Люди, конечно, тоже в развитии не стояли на месте, тем более, есть шанс как умереть, так и перенять дар. В общем, в один момент такие желающие просто поняли, что охотиться на людей проще, но и магические звери перестали нападать на селения, и прямая опасность от них уменьшилась, хоть и ареал обитания мы им серьёзно сократили. Суть только не в этом, а в том, что лично я уже трижды подставлялся под пулю, чтоб подняться на следующую ступень. Да, это неприятно и очень волнительно, но выгоды ощутимы. — немного красуясь своим бесстрашием, пояснил Волейслав.

— Очково это всё. Одно дело на задании нежданно пулю поймать, а вот так подставиться…

— Очково? — ухмыльнулся серый мундир. — Это мягко сказано, но друзья — то на что? Договариваешься, что будешь гулять на лоне природы в выходной, а твой товарищ пасёт тебя с ружьишком. Ты его не видишь, а он сам выбирает время и место для выстрела. Только расстояние нужно не меньше ста шагов.

— В меня стреляли ближе. — заметил Смолин.

— Вот и отгребли. — усмехнулся собеседник.

— А в пещере?

— Ну, как правило основные «пряники» выпадают тому, кто первый обидел.

— Ну да, Серёга первым стрелять начал. — согласился Никита. — Но охотник…

— Так он же из леса стрелял?

— И?

— Деревья могли обзор перекрыть. — как глупому пояснил мундир.

— Верно, что-то я туплю.

— Медведь тупостью поделился. — сказал Волейслав и в голос захохотал.

— Серьёзно? — переспросил Смолин.

— Да нет, шутка. Ты ведь служил?

— В морской пехоте, но вопрос ведь очевидный!

— Не волнуйся, это же была ночь, и как бы ты мог сделать правильную оценку?

— Я вообще стволом собак отгонял и вспышку выстрела даже не увидел.

— Тем более. Тут ещё ты не учитываешь того, что одарённые у нас собак бы отвадили легко и ненавязчиво. А раз ты этого сделать не мог, значит тебя восприняли неопасной добычей, вот и вышло как вышло.

Миски за разговором неожиданно показали дно, и Никита понял, что объелся. Кулеш с мясом, какие-то корнеплоды, чем-то похожие на картофель, ноздреватый хлеб, нарезанный кусками лук, сметана… Всё просто, но чрезвычайно сытно.

— Ну вот, сейчас по лавкам, и можно теперь и баньку истопить. — Тоже оживился Волейслав.

— По лавкам? — не понял Никита.

— По торговым лавкам. — пояснил Волейслав. — Сменное бельё тебе же нужно? Вещи в дорогу…

— Понял.

Поднявшись из-за стола, невольные спутники облачились в верхнюю одежду и, впуская в распахнутую дверь клубы морозного воздуха, покинули трактир.

— Слушай, Волейслав… — решил продолжить задавать вопросы Никита.

— Что?

— Мы же на Земле?

— Конечно. А ты всё гадаешь, куда провалился?

— Ну, да. Кто ж его знает… На вид местность похожая, но это получается, что я переместился во времени?

— Скорее всего, да. А так не дрейфь, это по-прежнему наша старушка Земля — Флея. — усмехнулся мундир, а Никита чуть с шага не с бился, пытаясь понять, шутит Волейслав, или у этой планеты двойное название? Впрочем, если судить по луне этой планеты, то это точно Флея, но почему совпадают созвездия?

Крепко задумавшись, Смолин пришёл к выводу, что правильного ответа на вопрос он не найдёт. Расстояние до звёзд на глаз не угадать, так что может в этот момент времени он видит знакомые звёзды, а придёт лето, и ночное небо изменится. Хорошо, что всё же остается надежда, что однажды он сумеет вернуться, вот только ещё раз, или даже несколько, переживать гибель очень не хотелось. Какую бы психологическую накачку на службе не давали, а голос тела был категорически против.

***

Город жил своей жизнью, и в воздухе пахло печным дымком, разбавленным тонким ароматом свежего конского навоза.

По улицам спешили завёрнутые в меха и тулупы прохожие, звеня бубенцами, проезжали запряжённые в сани лошадки, блеяли в стайках овцы да козы, и всё это было разбавлено людскими выкриками. Какая-то женщина звала Снегиря, с удалецким гаком кто-то колол дрова, а извечное «Куда прёшь?!» вообще, наверное, присуще любому миру.

Волейслав шёл гоголем, сдвигая перед собой рыхлый снег воздушным щитом.

Мельком бросив взгляд на своего сопровождающего, Никита невольно подумал, что мундир явно ещё не женат, уж слишком он выставляет напоказ свою одарённость, как будто демонстрирует товар потенциальным покупательницам. Смолин и сам то и дело бросал взгляды на проходящих по улице молоденьких девушек, только, куда ж ему здесь и сейчас играть в смотрины? Впрочем, для чего он вообще сейчас это обдумывает?

— Волейслав! — снова позвал его землянин.

— А?

— А как эта деревня называется? — решил «подколоть» его Никита.

— Ну, ты загнул… Какая ж это деревня?! Тут народу знаешь сколько проживает?

— Сколько?

— Семь тысяч! — не улавливая сути подначки, ответил мундир. — Это город Тамишев. — пояснил он.

— А столица здешняя как величается? — подавив улыбку, продолжил задавать вопросы Смолин.

— Новгород.

— А до него нам сколько добираться?

— Шестнадцать дней, если на санях ехать.

— А ещё какие варианты? — с непониманием спросил землянин.

— На лыжах. — буркнул в ответ спутник.

Торговая лавка, в которую привёл его Волейслав была далеко от центральных улиц. Тем не менее, ассортимент в ней был весьма неплох, и за пять кун Никита обзавёлся новыми необходимыми в дороге вещами, от ножа до вещмешка с войлочным ковриком и шерстяным одеялом. А потом они дошли до дома Волейслава и, затопив банную печь, принялись носить в баню воду.

Металлических вёдер в Гардарии ещё не делали, поэтому переноска воды от колодца до бани стала сродни неплохой тренировке. Тем не менее через пару часов они, довольные, разместились на полка՛х, наслаждаясь сухим горячим паром.

***

Дом Можжевеловых был небольшим, но достаток в нём, по здешним меркам, присутствовал. Да и как иначе, если искра дара присутствовала не только у Волейслава, но и у