Мусорщик с Терры 2 - Владимир Анатольевич Тимофеев

«Это не я. Это она сама», — пробурчал я, смахнув со лба невидимый пот.

— Слоем К-сплава, кстати, покрыта обшивка яхты, — продолжила сеньорита Мартинес. — Это позволяет менять её внешний вид в широчайших пределах. Так что можно сказать, она тоже, как я, многолика. А с другой стороны, из-под этого слоя отлично видны чужие поля оптического и радиопреломления. Такие, как в ваших плёнках, к примеру…

«Если верить тому, что она говорит, ковергент-сплав №6 производится только в „Тахо сиенса“ и является основным компонентом современных систем маскировки, включая наш бронегель и генераторы полей искажения космических аппаратов», — подытожил искин.

«Да я уже понял».

«Теперь бы ещё уломать её поделиться с нами этим К-сплавом…» — мечтательно протянул подселенец…

— А знаешь, в одном ты всё же ошиблась.

— Ошиблась? В чём? — удивилась Таира.

— Ты отлично проанализировала всю собранную информацию, но сделала неправильный вывод. Я вовсе не ставил перед собой задачу найти все фрагменты «Цветка Шантары». Хотя, конечно, если они попадут в мои руки, я отказываться не буду. Но это будет всего лишь бонусом к главному блюду. Я ищу не «Цветок», я ищу совершенно другое. Моя цель — отыскать те ресурсы, которые требуются, чтобы восстановить мой корабль. Он чем-то похож на твой, но… немного побольше и ему нужен серьёзный ремонт. Одним из ресурсов, за которыми я гоняюсь, является тот самый К-сплав, про который ты говорила

— То есть, ты хочешь сказать… ты хочешь сказать… — она так потешно сделала бровки домиком, что я едва не расхохотался. — Ты хочешь сказать, вы искали… меня⁈ Целенаправленно? Конкретно меня, а не как убежать с планеты?

— Ну, убежать с планеты нам тоже хотелось, но ты угадала. Это было не главное. Главное было сойтись с тобой.

— Да-да. Я, кажется, понимаю, — пробормотала Таира. — Ковергент-сплав №6 — часть бизнеса моего папеньки, его монополия. А у тебя, как я понимаю, монополия на маскировочную наноплёнку…

— Я называю её бронегелем, — поправил я собеседницу.

— Что? А, ну да, хорошо. Гель так гель. Но это, в общем, неважно. Важно то, что это твой бизнес, и ты хочешь его развить. Так?

— Так, — не стал я мешать ей самостоятельно нафантазировать, что я хочу.

— Ага, — отпила она ещё из бокала и ненадолго задумалась. — Так. Понятно. Тебе нужен К-сплав, чтобы улучшить твой гель. Но сплав стоит дорого, пять тысяч дитов за грамм. У тебя таких денег нет и… А, кстати, сколько тебе его нужно?

— Два килограмма. И десяти миллионов диткойнов, ты абсолютно права, у меня действительно нет.

— Во-от! — подняла палец Таира. — Значит, это и есть твоя цель — пролоббировать свои интересы через меня…

Я мысленно усмехнулся.

Она, похоже, просто забыла, что я говорил про корабль, ну, или уверилась, что всё это выдумки, блеф, желание спрятать истину среди анекдотов и баек.

Ну, что же, пускай заблуждается дальше…

— Пролоббировать — да. Я рад, что тебе это ясно и мне не надо ничего объяснять.

Таира кивнула и снова задумалась.

«Мне кажется, ты её раззадорил, и это просто отлично, — сказал искин. — Девочке очень хочется доказать своему папаше, что она тоже разбирается в бизнесе. И ты для неё — тот самый внезапно выпавший шанс, который никак нельзя упустить».

«Хотелось бы думать. Да».

«Будь уверен».

— А знаешь… возможно, что я и вправду тебе помогу, но учти! — ткнула она в меня пальцем. — В этом деле будет и мой интерес. Оч-чень большая доля моего интереса. Но об этом потом, а сейчас… Послушай, а как тебя, в самом деле, зовут? Тебя и твою подружку. А то я ни в жизнь не поверю, что Кевин и Джейси О’Хара — ваши настоящие имена.

— Да уж, в чём-чём, а в этом тебя не обманешь, — позволил я себе улыбнуться. — Имён у меня и напарницы много, и, если честно, я начинаю уже и сам забывать, какие из них настоящие. Поэтому извини, давай пока всё же… ограничимся теми, что есть.

— Не доверяешь, значит? — прищурилась сеньорита Мартинес. — Ладно. Наверное, это правильно. Люди вы непубличные… пока непубличные. Поэтому пусть остаётся, как есть. Согласна… И разреши ещё личный вопрос. Вот ты сказал сейчас, вы — напарники. Просто напарники, да? Ну, может, ещё и любовники. Время от времени… Или там всё-таки нечто большее?

Честно сказать, меня этот вопрос огорошил. Какого-то особого смысла он не имел, и какого-то «особого» интереса к себе со стороны Таиры я не ощущал сейчас ни на йоту…

— Нечто большее? Почему ты решила?

— Я видела, как вы танцевали, — объяснила она.

— Где? В «Орхидее»?

— Да.

— И что в этом было такого?

— Ваше танго. В нём была чувственность. В нём была страсть. И в нём была недосказанность…

Она смотрела на меня. Я смотрел на неё.

— Мне захотелось понять, — продолжила сеньорита Мартинес. — И мне захотелось тоже… попробовать… Ну, если ты конечно не против…

Она встала с дивана и протянула мне руку.

Я, словно заворожённый, поднялся следом. Не знаю, что на меня нашло в этот миг, но я, в самом деле, не мог ей сейчас отказать…

Мы вышли на середину «танцзоны»…

Таира снова щёлкнула пальцами…

Из скрытых в стенах динамиков полилась негромкая музыка…

Эту мелодию я не слышал больше двух тысяч лет, но мог бы узнать из тысяч похожих всего с двух-трёх тактов. «Либертанго» Астора Пьяццолы, написанная во второй половине двадцатого века и буквально перевернувшая само понимание известного танца.

Под эту музыку мы танцевали с Линдой за день до того, как она погибла…

Салида. Базовый шаг…

Таира обнимает меня за плечи левой рукой. Я держу её правой за талию…

Цепочка. Вперёд — в сторону — назад — в сторону…

В мягкое звучание бандеона, сопровождающее и ведущее, неожиданно вплетается пение:

Странно, лицо знакомо мне.

Знаю, что дело лишь в цене.

Демон, таящийся в ночи.

Смерти есть тысяча причин…

Я, кажется, помню эти слова. Когда-то давно на этот мотив их пела Грейс Джонс.[1]

Каминада. Прогулка. Шаги по линии танца…

Тенью ты следуешь за мной.

Молча, укрывшись тишиной.

Дождь. Мрак. И звук твоих шагов.

Холод. Ночь — наш с тобой альков…

Крест. Нога «перекрещивает»