Кровь не вода 4 - Василий Седой

Понятно, что я, получив такие вести, времени терять не стал и, погрузив на свои галеры пару сотен запорожцев, сразу же отправился в путь. Правда, этому предшествовал разговор с казацкими старшинами, который оставил после себя неоднозначное послевкусие и заставил задуматься, правильно ли я поступаю, стараясь потакать им во всем.

Все дело в том, что на мою просьбу помочь в окончательном разгроме, по сути, безоружных янычар мне ответили отказом. Обосновали, что, дескать, там находятся мои трофеи, которые я как бы себе присвоил, и, значит, защищать я свое добро должен сам.

На моё замечание, что я как бы спасал их задницы, уничтожая османскую эскадру, внимания эти деятели не обратили.

Я не стал нагнетать и ругаться, но заметочку себе сделал. Придёт время сочтемся, потому что я хоть и не злопамятный, но дом при случае в отместку спалю не задумываясь.

После этого разговора, по сути, началась гонка со временем.

Я на двух кораблях, груженных тремя сотнями казаков, летел как на крыльях вниз по течению, а по берегу так же стремительно, меняя время от времени лошадей на заводных, двигались остатки наших невеликих сил.

Мы успели прийти на помощь своим людям первыми, при этом не только смогли подготовиться к встрече сил, идущих на помощь османам, но и неслабо так проредили ряды, по сути, невооруженного противника.

Если я занимался подготовкой к битве на воде, то Святозар перебрался на берег и командовал всадниками, налетая с разных сторон на безоружных янычар, которых пыталась защитить татарская сотня.

Первый день этого противостояния остался за нами, а вот дальше, когда на помощь своим товарищам переправились их подельники с другого берега, все было уже не так однозначно.

Преимущество все равно оставалось за нами, потому что мы тоже переправили на берег ещё пару сотен запорожцев, лошади для которых были, но игры в одни ворота уже не получалось. Да и осторожничал Святозар, не желая терять людей, и действовал аккуратно издали по принципу «подлетел на дальность выстрела, выпустил пару-тройку стрел и сбежал».

Пока казаки развлекались истреблением янычар, я тоже не сидел без дела. Помимо того что отправил вниз по течению разведку, которая должна выяснить, с чем нам придётся иметь дело, и прояснить порядок движения идущих на помощь османских кораблей, я начал готовиться к бою на воде. Понятно, что первым делом поставил свои галеры поперёк реки, подготовив к бою все пушки, но не только.

Помимо этого я организовал работы по поднятию с затонувших кораблей осадной артиллерии, что, учитывая, какие дуры везли с собой османы, было непросто.

По мере того, как мы поднимали эти орудия, их сразу же размещали и готовили к бою на палубах не до конца затонувших кораблей.

Идея, собственно, заключалась в том, чтобы, если не получится угробить идущих к нам осман при помощи недоминоносок, встретить их огнём из осадных орудий.

Самому интересно, что из этого получится, всё-таки серьезные дуры стрелять будут, не чета корабельной артиллерии.

Работали в авральном режиме стараясь успеть поднять как можно больше стволов, попутно укрепляя чем только можно палубы, с которых будем стрелять, и, как выяснилось довольно быстро, совсем даже не зря.

Всё-таки донесли до осман гонцы информацию, что произошло и как мы уничтожили их прошлую эскадру.

Разведчики принесли информацию, что к нам идут три большие галеры, которые по бокам возле самого берега сопровождают десятка три битком набитых янычарами лодок.

К этому времени мы успели поднять и приготовить к бою только четыре осадных орудия, и это, учитывая условия, в которых пришлось работать, реально много, очень непросто, как я уже говорил, было это сделать, но мы справились.

Собственно, этого хватило с лихвой, потому что первую же галеру, появившуюся у нас на глазах, мы накрыли уже вторым выстрелом из осадных орудий, и этого хватило.

Хватило не просто угробить один из кораблей, который, получив пробоину в носовой части, поспешил ретироваться, а вообще хватило для того, чтобы победить в этом противостоянии.

Османы, получив хорошую плюху и оценив степень риска от ведения дальнейших боевых действий, предпочли уйти не солоно хлебавши. Они даже оставшихся в живых янычар, погибающих под непрекращающимся обстрелом запорожцев, забирали на корабли уже за излучиной реки. Кстати, татарам Святозар уйти не позволил, так и выбивал их пару следующих дней, выбирая моменты, когда они отходили от реки, огибая препятствия и оказываясь без поддержки корабельной артиллерии. Всех уничтожил и взял неплохие трофеи.

Так вот и закончилась эта войнушка, и нам осталось теперь только осваивать трофеи и ждать, пока не появится возможность вывезти всю добычу домой. Говоря проще, нужно просто дождаться возвращения стругов, перевозивших переселенцев.

Глава 2

— Может быть всё-таки со мной пойдёшь? Подыщем тебе подходящее место, построим, что там тебе для обрядов надо, и живи в свое удовольствие. — Пытался я уговорить на переезд Святозара. Он, рассмеявшись, ответил:

— Нет Семен, не надо ничего строить. Тем более, что на одном месте мне теперь сидеть не получится. Ты не переживай, буду навещать тебя время от времени, да и не нужен я тебе уже. Вырос ты и окреп, сам справишься.

Грустно, на самом деле, расставаться с человеком, ставшим за прошедшее время не просто другом, наставником и защитником, а, действительно, ближе родственника.

Добив татарские сотни и вернувшись к месту затопления галер, Святозар сразу же начал собираться в дорогу. Буркнув, что и так уже давно должен был уехать, он принялся паковать переметные сумки. Я ходил за ним хвостиком и старался подобрать веские аргументы, чтобы этот человек и дальше находился рядом, помогая мне в моих начинаниях, наставляя и ругая, когда это нужно. Я уже был согласен на все. Только вот ничего у меня не получалось. Святозар был очень уж ответственным человеком и мне теперь поневоле придется обходиться без его помощи.

Грустно, досадно и в какой-то мере даже страшно теперь идти по жизни без крепкой стены за спиной, роль которой играл наставник. Почему-то меня сейчас даже не радует огромная добыча, взятая нами на кораблях. Кстати сказать, Святозар даже не стал дожидаться своей доли от этой добычи, только попросил отправить причитающуюся ему часть в слободу. На этом все, мыслями, похоже, он был уже не здесь.

Проводив наставника и выделив ему в сопровождение десяток казаков, я, чтобы избавиться от невеселых размышлений, начал работать даже с каким-то остервенением. Известно, что время и труд все