Патриот. Смута. Том 16 - Евгений Колдаев

я. — А потом подумай, прежде чем говорить. Твой король влез в мою страну и попытался играть в политику, дергая за ниточки. И… Как это бывает, поставил не на тех. Он мог выиграть. Мог проиграть. Сейчас… В отличии от Речи Посполитой, Швеция не мой враг. Твой король, если мы договоримся, вряд ли потеряет что-то. Но… Но и не приобретет. Хотя… — Я усмехнулся. — Тут как посмотреть. Ведь Швеция готовится к большой войне. К войне за веру. И опыт твоих людей, полученный здесь у нас, будет очень важен и ценен на полях сражений иной войны. Так?

Горн буравил меня взглядом и ничего не отвечал.

— Но твой король решив играть не сдался, когда понял что его карта бита. На севере не спокойно. Там творится что-то непонятное. Возможно. Только возможно, заметь, я не утверждаю этого. Твой король затеял там войну, подкупил Новгород и Псков. Местных магнатов, бояр, князей, да мало ли кого.

— Это… Это…

— Это вполне возможно, Эверт Горн. И я должен разобраться. — Я поднял руку, останавливая попытки его вставить слова поперк моих. — Я договорю. Мне нужно прийти туда, увидеть все своими глазами, задавить тех, кто встал против Руси, против единой, неделимой, великой, святой Руси. Той, за которую стою я. А дальше я пойму враг ли мне твой король, или его люди, или те, кто в Швеции решил играть свою игру в обход королевской воли… или это происки шляхты, или просто местный бунт. — Хотя в последнем я сильно сомневался. У истощенной Смутой русской земли ресурсы были крайне ограничены. — Поэтому я не могу послать твоих людей на север. Возможно мы станем врагами. И мне это не нужно. Поверь… Я не хочу убивать вас. Вас всех.

— Что?.. — Он пошел пятнами, злость переполняла этого человека.

— Я уже говорил Якобу Понтусу Делагарди, что могу отдать приказ и всех его людей, всех шведов перебьют. Но, видит бог, я не хочу этого. — Смотрел на него пристально. — Какие еще варианты.

До слуха моего донесся скрип зубов. Кулаки Горна сжались. Но тут мне на помощь, на удивление, пришел Кристер Сомме. Он поднялся, положил руку на плечо своему руководителю. Произнес что-то на шведском. Я не понял краткий смысл и это вызвало недовольство. Но Сомме почти сразу перешел на французский.

— Брат. Игорь Васильевич говорит жесткие слова. Но он человек чести. Я говорил тебе, что среди нас был… Был иезуит. И Игорь мог отдать приказ убить нас всех. И… И он был бы в своем праве. Я скрестил с ним клинки и… Он человек чести. Послушай. Брат. — Я видел что злость Эверта не отступает, но он молчал, не смотрел даже на говорившего, но все же не перебивал, не отбрасывал руку. — Встань на его место. Брат. Если король воюет с ним, как он может отпустить нас.

— Тогда что? Мы пленники? — Процедил Эверт Горн. — Кто мы для тебя?

— Вы наемники. — Ответил холодно. — Я плачу вам деньги, кормлю, а вы выполняете то, что приказывают.

— Мы не будем убивать своих. Мы…

— Этого не нужно. Я же говорю, мне не понятно что происходит на севере. Мне нужно время чтобы разобраться. А вы, вы идя на север можете взбунтоваться. Здесь. — Я усмехнулся. — Это бессмысленно. Вы не пройдете домой. Даже если вы захватите какой-то городок, вас ждет голодная смерть.

— Что. Ты. Предлагаешь?

— Вариант первый. Если вам очень хочется вернуться домой. Я могу вас отпустить, но…

— Но?

— Вы сдадите все оружие и порох. Все военное снаряжение и тогда… Хотя вы сами по себе опытные воины… Но в знак уважения к тому, что вы сделали, я отпущу вас сейчас.

— Нет… — Процедил Горн. — Нет, дьявол! Мы солдаты! Мы не… Не свиньи и не землепашцы.

— Тогда второй вариант. В солдаты. Вы наемники и делаете то, что нужно. Год.

— Год? — Он выдал злую, явно ругательную фразу на шведском. — Год это… Это слишком много.

— Мне нужно время, чтобы понять что происходит на севере. Заключить договор с твоим королем. Если удастся это сделать раньше, то твою судьбу будет решать наш с ним договор. Надеюсь… Надеюсь это случится до снега. Но я не могу этого обещать.

— Что мы должны делать этот год, инфант? — В диалог вновь вступил Кристер. Оказалось, что все произошедшее с ним еще в подмосковье в Филях, сыграло приличную роль в наших взаимоотношениях.

— Учить моих людей и стоять на южных рубежах. Куда я предложил отправиться рейтерам Пьера Делавиля. Но… Моя страна большая и там земли много. Вы будете стоять далеко друг от друга. Еще, как вариант, Запорожье. Сечь. Заруцкий.

— Казаки. — Процедил Горн. Никакого доброго отношения к этому служилому сословию в голосе его не слышалось.

— Они самые. — Улыбнулся я. — А когда я договорюсь с твоим королем, все станет проще и понятнее.

— Нам… Нам надо подумать.

— Нужно принять решение сейчас. — Давать ему время на обсуждение с офицерами и, не дай бог, попытку бунта я не собирался. — Думаю, твои люди могут решить сами что им нужнее. Кто хочет идти безоружным с нами на север, кто учить мои людей здесь, на юге или в Москве. А кто, служить у Поля.

— Мы шведы. Мы держимся друг друга. — Процедил он.

Логично, но я всеми силами хотел растащить его воинство. Разделяй и властвуй.

— Еще, как вариант. Думаю весной нам придется идти и помогать Сапеге. — Я усмехнулся. — Вряд ли пан гетман и… кто он там, сможет справиться со всей Речью Посполитой сам.

Швед проворчал что-то себе под нос.

— Я не могу гарантировать этого, Эверт Горн. Но возможно выпадет шанс вновь вместе убивать ляхов.

— Это звучит более интересно, инфант. Дай мне… Дай время, я переговорю хотя бы с Кристером.

— Хорошо. Но здесь и сейчас.

Он кивнул, повернулся к своему подчиненному. Они начали что-то обсуждать на своем родном, который я нисколечко не понимал. Говорили яростно, порой даже выкрикивали какие-то фразы. Доказывали другу-другу что-то.

Ну а я следил.

Прошло минут десять этого иноземного диспута и наконец-то Горн сдался. Видно было что он махнул рукой, прошипел что-то злобное, повернулся ко мне и сказал.

— Хорошо. Мы согласны. Пускай нашу судьбу решит мой король. Но. — Он уставился мне в глаза. — Но, инфант, дай мне слово.

— Какое, Эверт Горн, тебе нужно слово?

— Поклянись, что не прикажешь перебить моих людей.

Я усмехнулся.

— А что, если они восстанут?

— Это другое дело. Я вижу исход твоих переговоров с Карлом, как например… — Он скрипнул зубами. — Война. И тогда